Алёна Рю – Край собачьих следов (страница 101)
– Ты была очень красива в этих брызгах, – сказал он.
– Ах ты! – она шлепнула рукой по воде и окатила его фонтаном.
– Да брось, я ничего не видел, – на всякий случай он выставил руки вперед.
– Уходи отсюда! Оставь меня! – она повысила голос.
– Эри! Эри! Успокойся, – он схватил ее за запястье. – Почему мы вместе не можем насладиться этой речкой? Не будь жадной.
– Ладно, – она посмотрела с недоверием, – Только не приближайся ко мне, потому что, пока ты не появился, я была очень счастлива.
– Я не собирался тебе мешать, – он выпустил ее руку.
– Ты точно ничего не видел? – она сощурилась.
– Точно, – кивнул Рикки, с трудом сдерживая улыбку.
Эри отвернулась и поплыла в сторону, подальше от него. Купание было безнадежно испорчено, но все равно не хотелось вылезать из воды. Она постаралась представить себе, что по-прежнему одна, и здесь никого нет, но ничего не получалось. Он плыл за ней.
– Тебе реки мало? – спросила она, обернувшись.
– Нет, просто здесь глубже, – соврал Рикки.
Эри вздохнула и направилась к берегу, где было мельче. Нащупав ногами речное дно, она встала. «Ну и пусть, он мне все равно ночь не испортит», – решила она про себя. Но не прошло и нескольких минут, как парень снова оказался рядом. Он встал напротив нее по плечи в воде и принялся водить руками в стороны, рисуя на глади большие круги.
– И почему тебе так нравится надо мной смеяться? – не выдержала Эри. – Мало быть моим конвоиром?
– Никто над тобой не смеется, – спокойно ответил он. – Я просто не понимаю, чем заслужил такую немилость. Если бы я мог что-то сделать...
– Мне не нужна твоя помощь, – отрезала она.
– Тогда что? Может, все еще злишься за Шадер? Но это глупо. Мы были детьми...
– Знаешь, это так удобно говорить «мы», – Эри презрительно скривила губы. – Сразу ответственность распределена между некими всеми: Дианой, ребятами, может, даже мной... А правда в том, Рикки, что предатель ты, – она ткнула указательным пальцем в его сторону. – Ты обещал защищать меня.
Рикки вздохнул.
– Хорошо, не мы, но я был ребенком. Хотел завоевать авторитет любым способом. Что, конечно, не красит...
– Если мнение других было так важно, – ее плечи передернуло от холода, – зачем ты вообще стал ко мне ходить? Играл бы с сестрой и дружками и не трогал бы меня...
– Я... – Рикки поджал губы. – Я очень хотел....
– Что? – Эри вскинула подбородок. – Поиздеваться?
– Поцеловать тебя.
Внезапно стало тихо. Они смотрели друг на друга так, словно впервые увидели.
– Холодно, – с усилием проговорила Эри и отвернулась. Не успел Рикки опомниться, как она уже плыла к центру реки. Он последовал за ней.
– Я не издеваюсь над тобой, поверь, – начал он, и чувствовалось, что сильно волнуется. – Если бы я хотел тебе зла, не стал бы помогать, отпускать тебя, когда мог схватить… Наоборот, если бы знал как, я бы и из тюрьмы постарался вытащить.
– Дело не в том, Рикки, – она снова поплыла на мелководье.
– В чем же?
– Неважно, что было тогда в Шадер, – она встала, – и даже неважно, что было вчера.
Рикки нырнул в воду с головой и появился прямо перед ней.
– А что важно, Эри? – спросил он, глядя ей прямо в глаза. – Почему мы не можем нормально общаться?
С его темных волос капала вода. В лунном свете он был похож на речного духа, а она – на коротко стриженную русалку.
– Мы разные, Рикки, – Эри ответила на прямой взгляд. – Я полуэльф и не могу жить среди людей. Меня везут в Ровану, потому что я якобы ведьма. А ты человек, ты Рыцарь Служения, и ты среди тех, кто охраняет меня. Ты Охотник, Рикки, а значит, ты мой враг. И не имеет значения, что там было, или как ты теперь себя ведешь. Мы никогда не сможем нормально общаться, потому что мы на разных берегах.
– Но сейчас-то мы в одной реке, – он посмотрел так, что песчаное дно стало уходить из-под ног. В свете луны его синие глаза блестели, и было в них что-то нежное и в то же время сильное, мужское. Эри понимала, что должна отвернуться, или сейчас что-то произойдет. Но так и осталась неподвижной. И что-то произошло.
Рикки сделал шаг навстречу и, обняв ее за плечи, крепко прижал к себе. Почувствовав тепло его тела, так резко отличавшееся от холода воды, она словно опомнилась.
– Не трогай меня! – воскликнула Эри и стала вырываться, но Рикки не выпускал. Она билась и извивалась, как пойманная рыба, но его руки, казалось, были выкованы из стали. Чем сильнее она сопротивлялась, тем крепче он прижимал ее к себе. Эри чувствовала, как сильно бьется в груди его сердце и как сильно колотится ее собственное.
– Дурак! – воскликнула она в последний раз и уткнулась лбом в его плечо. Рикки поднял глаза на луну, которая подарила этой ночи истинное волшебство. Он чувствовал, как она дрожит, и как горячие слезы капают на его кожу. Он не знал, что с ней, но боялся выпускать, как самое дорогое в жизни.
Сколько времени прошло, понять было трудно. Для обоих мгновения растянулись в часы. Эри плакала сначала тихо, потом неистово, то громко всхлипывала, то снова затихала. На плече Рикки разыгрался целый шторм, но он терпеливо ждал, пока в ее горячем теле не останется ни одной слезинки. Ему хотелось прижать ее к себе так крепко, чтобы она больше никогда уже не плакала. Но он понимал, что тоже в числе тех, кто причинил ей страдания.
Луна скрылась за облаком. Картина вокруг сразу утратила волшебство, подул ветер, и ребята поняли, что замерзли. Эри слегка отстранилась. Ее тело покрылось мурашками, зубы стучали, но она улыбалась странной, блаженной улыбкой, словно все это время пребывала в ином, лучшем мире.
– Ты замерзла, – заметил Рикки, хотя у самого давно посинели губы.
– Надо вылезать, – ответила она и только тут сообразила, что они оба совершенно голые.
– Я отвернусь, – поспешно проговорил он, убирая руки с ее плеч. Стало холодно и неуютно. Эри поежилась и кивнула. Рикки повернулся спиной к берегу и терпеливо дождался, пока она выберется из воды.
– Я принес полотенца, – крикнул он.
– Да, я уже нашла, – Эри подняла с земли кусок белой ткани и, плотно завернувшись, села на свои вещи. Сразу стало так хорошо, что не захотелось никуда идти. – Можно! – крикнула она.
– Тогда и ты не смотри, – сказал он, поворачиваясь.
– Уж очень надо! – она закрыла глаза ладонями. Рикки вышел из реки и закутался во второе полотенце.
– Хорошо все-таки поплавать, – он сел рядом и слегка толкнул ее плечом.
– Да, хорошо, – Эри прислонилась к нему. Луна снова вынырнула из-за облака, и река окрасилась в серебристый свет. Волшебство вернулось.
– Посиди тут немножко, я травы натаскаю, полежим, звездами полюбуемся, – предложил Рикки и отправился обустраивать ложе прямо на берегу.
Эри возражать не стала. Ей было так хорошо и спокойно, что она сама боялась вспугнуть это чувство, а потому ничего не говорила. Ночной воздух становился плотным, обволакивающим. И на мгновение показалось, что никуда не надо ехать, никто ни с кем не воюет, она не сидела в тюрьме, не стояла на эшафоте. И нет в этом мире горя и страданий, а все мертвые живы и находятся рядом.
– Анжела, Корд, – она нашла на небосклоне две звезды, и снова захотелось плакать. Но слез уже не было, на душе стало легко и свободно, как в комнате, из которой вынесли всю мебель. На плечи больше ничего не давило, казалось, что стоит ей встать и взмахнуть руками, как она понесется в фиолетовую высь. Редкое и необычное чувство, простое и загадочное, как лунная дорожка на воде.
– Вот, я все сделал, – тихо позвал Рикки. Эри неохотно встала и переместилась на кучу травы рядом с ним.
– Спасибо тебе, – прошептала она, укладываясь на спину.
– За что? – он вроде бы удивился.
– За это чувство, – она коснулась его руки, и он взял ее ладонь в свою.
Звездный купол нависал прямо над головой, казалось, они лежали напротив самого его центра.
– Это созвездие Воина, – Рикки вытянул указательный палец.
– Где?
– Видишь пять звезд, как пятигранник, – это его щит, а вон те четыре звезды, как крест, – это меч.
– А конь у него есть?
– Нет, коня нет. Но зато есть созвездие Дракона, которого он когда-нибудь победит.
– Когда-нибудь?
– Да, когда наш мир умрет, он превратится в точку, и все-все созвездия сойдутся на поле битвы. А потом из этой точки родится новый мир и новые созвездия.
– И все тогда будут счастливы?