Алёна Полуян – Валдгейм. Эхо пропавших душ (страница 3)

Выбирая блюдо для завтрака, гостья остановила свой выбор на яичнице и блинчиках, поскольку без электричества и холодильника яйца, молоко и сливочное масло будут испорчены. К возвращению Викентия завтрак уже стоял на сервированном обеденном столе.

– Вы навели порядок? – произнес Викентий, усаживаясь за обеденный стол. – Столовая снова приобрела своё очарование. Однако цветы в вазе всё равно выглядят странно.

– Надеюсь, я не сделала ничего плохого, немного общипав клумбу? – сказала гостья, садясь по левую руку от смотрителя.

– На первый раз прощаю, – рассмеялся мужчина. – Спасибо, домашняя еда давно не радовала моих глаз. Вы не против, если я поем немного позже? Перекусил бутербродами.

– Думаю, в таком холодном и отсыревшем доме яичница может подождать часок другой, – она положила в рот кусочек. – Я не смогла найти посуду, которую вы используете. Пришлось потратить воду на мытьё той, что я нашла в одном из шкафчиков. Мы сможем после завтрака исправить, восполнить потери?

– Конечно, – сказал мужчина. – И приятного аппетита!

После завтрака Николина и Викентий отправились на короткую прогулку по саду. Восходящее солнце ярко освещало и пригревало остров. Природа вокруг зеленела и цвела, источая сладкие ароматы цветов и терпкой хвои. Безусловно, цветы, особенно розы, стали дикими без надлежащего ухода, но это не умаляло ни красоты, ни прекрасного запаха, которым они наполняли сад. Куда ни посмотри, росли плодовые деревья: яблоки, груши, сливы, тем самым решая проблему с провизией летом. Мир вне особняка казался оазисом рая, контрастируя с серостью и запустением, царившим в доме. Птицы щебетали и заливались трелью.

– Очень красивый сад. Не помню, когда последний раз видела подобное.

– Моя жена любила это место, – прокомментировал мужчина, глядя на лебедей, изображённых на стене. – Я часто находил её за работой с клумбами или грядками. Порой и сам помогал.

– Вы женаты?

Мужчина немного осёкся.

– Это было давно.

– Она не захотела жить на острове?

– Нет. Она любила его, но по не зависящим от нас причинам ей пришлось покинуть это место и меня.

– Сочувствую. Но почему вы не последовали за ней?

– Николина, я смотритель. Я не могу, – был сдержанный ответ.

Забредя по гравиевой дорожке в самую потаённую часть островного парка, где располагалась беседка, они уселись на скамью. По сдержанным ответам смотрителя было ясно, что он не настроен вести беседу. Но девушка продолжала засыпать его вопросами.

– Викентий, а вам не страшно одному жить в таком большом доме? Он должно быть полон призраков?

– С вашим приездом всё переменилось. Я всегда любил уединение и, когда очередной местный смотритель сорвался со скалы, решил поставить на этом точку и взять дело в свои руки.

Ещё немного времени насладившись отдыхом в беседке, они направились к роднику, который водопадом впадал в небольшое пресное озеро. Викентий и Николина начали набирать воду, разбавляя работу непринуждённой беседой. Вдвоём они очень быстро заполнили резервуары для воды на кухне и в хозяйской ванной. Спустившись на первый этаж для начала экскурса в прошлое, Николина ввела в ступор смотрителя своим вопросом:

– Почему вы не сказали, что ваша дочь на острове?

– Дочь? – взволнованно произнёс Викентий.

Глава 4. Алевтина

– Из окна столовой за нами следила малышка пяти лет с золотыми кудрями, – улыбнулась смущённая гостья. – Боюсь, она не одобрит наше знакомство.

– Алевтина, – тяжело выдохнул мужчина. – Я просил её, но она такая непослушная.

– Она ребёнок. Вы ожидали другого? Стоп. Вы запретили ей со мной говорить?

– Она быстро привыкает к людям, а вы разобьёте ей сердце своим отъездом.

– Я начинаю догадываться.

– О чём? – взволнованно спросил Викентий.

Она отвела глаза в сторону, а он был готов сдаться.

– Ваша жена. Она умерла.

– Да, – прозвучал сухой ответ, даже немного рассерженный. – Не будем ворошить прошлое. Давайте я познакомлю вас с домом? – Викентий отдёрнул шторы в попытке наполнить комнату светом.

В солнечных лучах в танце закружилась пыль.

– Особняк принадлежал родовитой семье Гронеско, – рассказчик посмотрел на пустое пространство над камином.

– Мне показалось, вчера здесь висел семейный портрет.

– Невозможно, все до единой картины убрали ещё много лет назад, желая сохранить их от воздействия времени и мародёрства, – отрезал он. – Я могу продолжать?

– Простите, – девушка послушно уселась на диван, который, казалось, стал выглядеть более новым.

– Строительство особняка началось в 1873 году, в год рождения у Виктора и Элизабет Гронеско двойни. Дом строился для тихой семейной жизни, а для званых ужинов и иных масштабных мероприятий в собственности семейства находилась усадьба на материке. Строительство особняка заняло девять лет и было окончено к 1882 году, – в руках Викентия зазвенела связка с ключами. – Пройдёмте в кабинет хозяина.

В комнате, где хозяин решал деловые вопросы, ощущался недостаток света. Стены, наполовину обшитые панелями из красного дерева и наполовину окрашенные в тёмно-зелёный цвет, создавали уютную атмосферу. На рабочем столе у окна лежали нетронутыми разнообразные документы, старые газеты и прочий канцелярский инвентарь. Книжные полки, полностью уставленные книгами, занимали две стены по обеим сторонам от окна. Рядом с одной из них находилась небольшая софа и журнальный столик.

– Семейство Гронеско, достроив дом, не намеревалось перебираться на остров после трагической истории, разыгравшейся в 1877 году. В том году Виктор Гронеско взял на строительство с собой детей, дабы показать место, где им предстояло летом проводить время. Дети увлечённо играли в игры на свежем воздухе, а глава семейства тем временем решал деловые вопросы. Когда пришло время возвращаться на материк, мужчина пошёл разыскивать детей и обнаружил Максимилиана, стоявшего на краю обрыва. У четырёхлетнего мальчишки на лице застыл ужас.

– Что случилось, сынок? – спросил отец, догадываясь об ответе.

Мальчик не мог произнести ни слова. Виктор Гронеско обхватил ребёнка за плечи, сев на колено перед ним, и повторил вопрос:

– Сынок, что случилось?

– Мы играли, – мальчишка начал рыдать навзрыд. – Я догонял, – пытался он объяснить произошедшее, но слёзы мешали ему говорить. – Папа, я не хотел.

– Ты не виноват, сынок, – Виктор Гронеско начал успокаивать ребёнка.

– Я звал её, – он закрыл лицо руками. – Она не услышала меня.

– Всё будет хорошо, – уже себя и сына успокаивал мужчина, представляя, как будет рассказывать об этом жене.

– Какой ужас! – вскрикнула Николина, на глазах проступили слёзы.

– Да, – согласился смотритель, но никак не выразил свою скорбь. – Дом пустовал до 1902 года, пока сын Виктора, Максимилиан Гронеско, и Милилорейн Валдгейм не вознамерились связать себя узами брака, – мужчина проводил гостью в библиотеку, которая примыкала к кабинету. – В 1903 году с целью вдохнуть в «Дом с лебедями» новую жизнь в день первой годовщины со дня свадьбы Максимилиан дал острову название «Валдгейм».

Библиотека ничем не отличалась от предыдущих комнат и была полностью обшита тёмными деревянными панелями. Здесь, казалось, можно найти любую книгу на свете.

– Кажется, я понимаю, почему вы не могли не стать смотрителем, – девушка провела пальцами по корешками книг, словно по клавишам пианино.

– Кухню и столовую, – начал Викентий, – мы посещать не будем, поскольку вы уже посетили их. На первом этаже дома также расположены три комнаты для прислуги, кладовая и спуск в подвал, куда мы не станем спускаться, поскольку там уже лет пятьдесят живут крысы.

Они покинули библиотеку и снова оказались в холле.

– На втором этаже находятся пять спальных комнат с прилегающими к ним ваннами и лестница на чердак. Остальные комнаты, кроме хозяйской спальни, закрыты для просмотра.

– И чердак?

– Особенно чердак. Я готов ответить на любые ваши вопросы.

– Неужели?

– Николина, что вызвало в вас эту усмешку?

– Вы не рассказали мне историю до конца.

В этот момент в комнату вбежала маленькая светловолосая девочка.

– Алевтина, будь добра, подойди ко мне, – подозвал отец девочку. – Познакомься, наша гостья, Николина.

– Здравствуйте, Николина.

– Зови меня Нина, – девушка улыбнулась малышке.

– А вы можете звать меня Али.

– Николина, почему ваш журнал так заинтересован этим семейством?