Алёна Невская – Измена. Если муж кинозвезда - Алёна Невская (страница 57)

Возможно, я рабыня своих чувств, рабыня этого мужчины… Я никогда не скажу ему об этом, но я знаю, что это так. Несмотря на обиду, несмотря на ту катастрофу, в которую он утянул нас, я не могла вчера поступить иначе. Особенно когда он ворвался в дом, набросился на меня и так поцеловал…

Я слишком люблю его, слишком соскучилась и бессильна перед тем необъяснимым притяжением, которое всегда было между нами.

Никогда в жизни я не испытывала столько ощущений от поцелуя! Даже тот самый первый наш поцелуй, что вскружил мне голову и поднял, как птицу, к небесам, не мог сравниться с этим умопомрачительным взрывом эмоций.

Наверное, это было так потому, что он был такой выстраданный, выжданный, потому что было время, когда я думала, что больше никогда не почувствую его губы на своих губах.

Поворачиваю голову и смотрю на Андрея с нежностью. Даже во сне он такой красивый…

Идеально красивый мужчина, но теперь я знаю, что он не идеальный… Он может быть вспыльчивым, упрямым, ревнивым, может совершать ошибки и даже создавать катастрофы, но я люблю его со всеми его недостатками и поэтому готова простить, закрыть глаза, забыть о них.

Главное, чтобы я видела, чувствовала, понимала, что он по-настоящему раскаивается в этих жутких, обидных поступках и потому не совершит их снова.

Я подвигаюсь к руке Андрея и прижимаюсь к ней губами.

Мы часто не ценим то, что имеем, и только потеряв это, понимаем цену утраты. Это неразумно, глупо, но это свойственно людям.

А еще теперь я знаю, что если успокоиться и убрать злость, упрямство и прочую мишуру и вместо крика и обвинений позволить другому все объяснить, если попытаться поверить близкому человеку, раскрыть ему свои чувства, страхи, то можно предотвратить многие ссоры и катастрофы.

Андрей открывает глаза, и я оказываюсь в кольце его мощных рук. Как же мне нравится это!

— Не знаю, как я смогу сегодня от тебя уехать.

Вздыхаю. Я тоже не знаю, как смогу его отпустить туда, к ней.

Стоп!

Я заставляю себя не развивать свои разрушительные мысли в ту, ненужную сторону.

Все! Только позитив. Мы вместе. У нас все хорошо!

Он переворачивает меня и оказывается сверху. Смотрю в его потемневшие глаза. Как же я люблю своего идеально красивого неидеального мужчину со всеми его недостатками, ведь именно они делают его уникальным! Он словно сходит с пьедестала, на который я сама его водрузила, и становится не божественным, а простым смертным, как я.

Первая тянусь к его губам, потому что не могу выдержать пытку его притяжения, и он накрывает мои губы своими.

Вот только когда мы уже где-то на полпути к блаженству, как откуда-то, словно из-под земли, доносится голосок Ани:

— Мама, я хочу кушать.

Возвращаться на землю так не хочется, но у нас нет выбора. Наше общее невероятное счастье проголодалось.

Дружно завтракаем на кухне, и мое сердце наполняется теплом. Это так обычно и необычно сразу. Это из того прошлого, которое мы чуть не потеряли.

Прощаться с Андреем оказывается еще сложнее, чем я думала.

Я не хочу плакать, но не выходит. Он целует мои мокрые щеки и обещает скоро вернуться, и я верю ему просто потому, что теперь не могу иначе.

42 глава

Крошу ногами тонкий лед лужиц, вымещая на нем свою бессильную злость, будто он виноват в моем новом несчастье.

Я обещала не читать желтую прессу, и я не читала ее, но сегодня на телефон пришло сообщение от Юльки, и я, раскрыв его, прочитала во вложенном файле слова, которые опять запустили программу самоуничтожения.

«Андрей Аверин и Анжела Милявская дали согласие на продолжение съемок нашумевшего фильма «***». Актеры так привязаны друг к другу в жизни, что не хотят расставаться даже на съемочной площадке…».

Дальше я не читала, просто не могла. От возмущения меня колотило. Андрей опять будет сниматься с ней! Было так больно, что хотелось кричать, но я молчала.

Алина дергает меня за рукав.

— Не молчи.

Поднимаю глаза и глухим голосом сообщаю:

— Я пытаюсь спокойно воспринять новость, что мой муж будет сниматься в новом фильме со своей любовницей!

— С бывшей любовницей!

Алина в своем духе, но я так люблю ее за это.

— Какая разница?!

— В этом словосочетании надо делать акцент на слове «бывшей».

Вздыхаю. Моя ревность начало всех проблем. Мне надо научиться доверять Андрею, иначе все опять вернется на круги своя.

Но как это сделать, если, только помирившись и начав строить наши хрупкие новые отношения, он дал согласие на съемки с бывшей?

Что я должна думать?

Как заставить себя не ревновать?

Как я вообще должна реагировать на эту новость?

Я опять со всей силы ударяю каблуком по льдине, как будто это она хищница, позарившаяся на чужое.

— Насть, успокойся! Дождись Андрея, поговори с ним.

Тяжело вздохнув, соглашаюсь:

— Хорошо.

— Холодно. Пойдем пить чай.

Алина тянет меня за руку к крыльцу, крича Ане, играющей с Оскаром:

— Пойдем домой!

Мы снимаем верхнюю одежду и направляемся на кухню. Начинаю суетиться, доставая все, что есть к чаю и пытаясь занять свою голову действиями. Только это может сейчас меня отвлечь.

Алина включает телевизор, и женский эмоциональный голос врывается в нашу кухню:

— Сегодня утром вниз по руслу реки Геналдон сошел ледник. Его движение привело к возникновению селевого потока, который накрыл Кармадонское ущелье слоем камней, грязи и льда толщиной не менее трехсот метров.

Я слушаю и не слушаю ее. Этот голос помогает мне ни о чем не думать.

— Стихия полностью разрушила трехэтажный нежилой корпус санатория «Кармадон», базу отдыха Северо-Осетинского государственного университета, базу отдыха республиканского министерства юстиции, а также нанесла серьезный ущерб жителям нескольких деревень.

Алина взволнованно обращается ко мне:

— Ты знаешь, куда уехала съемочная группа Андрея?

Вздрагиваю и смотрю на нее, вспоминая.

— Куда-то во Владикавказ.

Мы обе уже внимательно начинаем слушать новости.

— Предположительно, под селевой поток попала съемочная группа фильма «***».

Чувствую, что мне начинает не хватать воздуха. Это съемочная группа Андрея.

Алина мгновенно оказывается рядом и, смотря мне в глаза, восклицает:

— Он жив! Я знаю это.

Киваю ей. И повторяю, как заклинание:

— Он жив.