Алёна Моденская – Ойме (страница 26)

— Ваш эспрессо. Пожалуйста.

У мужика, оказывается, челюсть отвисла. Он закрыл рот и только коротко кивнул.

Уходя, оставил неплохие чаевые. И гадать не нужно. Хорошо, когда люди вежливые и воспитанные.

Удивительно, но в эту смену почти все гости оставляли чаевые. Может, из-за макияжа. Может, по другой причине. Но все ведут себя культурно, не скандалят. Не то что в городе, где повсеместно слышны крики и ругань.

Может, череп не то чтобы тянет из людей души, а пробуждает низменные инстинкты? У кого что накопилось гнилое, то и лезет наружу? В любом случае, надо это прекращать. Но сначала надо разобраться с Каролиной и Егором. Она же его со свету сживёт. Как бы их разлучить?

Лёка смотрела в чашку из-под капучино, оставленную кем-то из гостей. По стенкам растеклись волны, человека ждали ухабы на его пути.

И тут у Лёки мелькнула мысль. Если Яна говорит правду, и они следят за Робертом, провернуть план будет не так уж сложно. Главное, чтобы он был не трезвым. И Лёке понадобится хороший грим, чтобы он потом не смог её узнать, если случайно встретит. И, конечно, мазычи должны согласиться помочь. А почему не попробовать?

После смены Лёка постучала в кабинет Марты. Там, кроме хозяйки, были ещё Яна и Квиле.

— У меня есть предложение, — сказала Лёка, закрыв за собой дверь. — Я помогу вам с черепом, если вы поможете мне в одном деле. Вам это, наверное, тоже будет интересно.

Последнюю фразу Лёка произнесла, глядя на хозяйку.

— Заинтриговала, — улыбнулась Яна. — Ну, выкладывай.

— Нам понадобится хороший грим и встреча с Робертом Крутовым на пустынной улице. Желательно ночью.

Нити-привороты

Лёка сидела на заднем сиденье машины мазычей. По рулю барабанила пальцами Лариса, Яна рядом наносила последние штрихи макияжа.

— Ну? — Яна повернулась к Лёке. Выглядела она как карикатурный трансвестит: в парике, с приклеенными ресницами, нарумяненными щеками и губами на пол-лица.

— Ничего так, — сказала Лёка. Оказывается, в горле пересохло. Собственное отражение было почти копией Яниного.

— Я старалась сделать нас похожими, — проговорила Яна, убирая косметический набор в сумку. — Если повезёт, этот упырь вообще не поймёт, что нас двое. И узнать потом не сможет.

— Вообще не понимаю, зачем это надо, — процедила Лариса, не оборачиваясь.

— Ну, нас попросили, — протянула Яна, искоса глядя на Лёку. — Да и вообще — может пригодиться.

На балкон многоэтажки, во дворе которой стояла машина, вышла пьяная компания. Кто-то орал матом, кто-то просто вопил. Потом что-то полетело в палисадник и со звоном разбилось.

— Вот уроды, — покачала головой Лариса. — Люди стараются, цветы высаживают, деревья. А этим лишь бы где нагадить.

— Странно, — произнесла Лёка, чувствуя, что начинается мандраж. — Это ведь и их дом тоже.

— А им всё равно, где гадить. Здесь кучу навалят — пойдут в другое место. Там тоже всё замусорят. Такие люди. — Яна говорила совершенно спокойно, будто сидела в кафе и ждала свой заказ, любуясь видами из окон. Но она же профессиональная ведьма, ей, наверное, не страшно. Не то что Лёке, у которой ладони давно стали мокрыми от пота и, кажется, начинало крутить живот.

Во втором часу ночи гости вечеринки стали расходиться. Роберт и Лолита вывалились из подъезда, шатаясь и обнявшись. Развернулись и стали что-то кричать вверх, а им с балкона отвечали ржанием.

— Вот пакость, — прошипела Яна. — Надо, чтобы он был один.

Роберт и Лолита загрузились в его красную машину и покатили прочь из двора.

— Они же пьяные, — нахмурилась Лёка.

— Я тебе больше скажу, — проговорила Лариса, заводя мотор. — Этот упырь — дальтоник, да ещё на препаратах, а прав у него вообще никогда не было.

Красная машина Роберта выехала из двора, ведьмы и Лёка двигались следом на небольшом расстоянии. Начисто игнорируя сигналы светофоров, парочка мчала по ночному Растяпинску к элитному коттеджному посёлку, где жили семьи Главновых и Крутовых.

Лёка надеялась, что они по пути никого не сшибут и сами не разобьются. Повезло — до домов они добрались в целости. Роберт высадил Лолиту, которая, шатаясь, ушла в свой особняк.

Видимо, уже не в силах заезжать в гараж, Роберт тоже вышел из авто. Прошёл пару шагов, споткнулся, ухватился за забор. Обернулся, глянул на машину, махнул рукой и поплёлся дальше.

— Ваш выход, — через плечо сказала Лариса. — Камеры не работают, так что — вперёд.

Яна вылезла из авто первой, пробежала по дуге и выпрыгнула прямо перед Робертом.

— Ай, дорогой, позолоти ручку, — улыбаясь во все зубы, пропела Яна с киношным акцентом. Плюс она ещё размахивала руками перед лицом Роберта, а на запястьях звякала полтора десятка браслетов. — Ай, позолоти, всю правду расскажу!

Пока Роберт пытался понять, мерещится ему Яна или нет, Лёка тоже потихоньку вылезла из машины и на цыпочках подошла к ним сбоку. Яна трясла плечами, так что множество звенящих украшений на её груди трепыхались и бесконечно звенели.

— Ну, позолоти ручку, а? — Яна ухватила Роберта за руку, провела по ней двумя ладонями. — Всю правду расскажу!

Роберт, шатаясь, сунул руку в карман и высыпал Яне в ладони кучку монеток.

— Ай-на-нэ-на-нэй! — Яна взмахнула расписным платком, изящно крутанулась и дала Лёке время зайти к ней со спины. Потом ещё взмах — и вместо Яны перед Робертом уже стояла Лёка и рассматривала его руку.

— Вижу ждут тебя трудности, — попыталась сымитировать голос Яны Лёка. — Много трудностей. Тяжело придётся, ой, тяжело.

Яна потихоньку вытащила из кармана Роберта смартфон и запорхала по нему пальцами. А у Лёки уже иссякла фантазия.

— И вижу дальнюю дорогу, — лепила Лёка всё, что шло на ум. — И красная королева рядом, ой, и чёрная здесь же. Ай-яй-яй, чёрная дама-то рядом. Совсем близко. Держись от неё подальше, ой, подальше.

Яна сунула телефон обратно в карман Роберта и кивнула Лёке.

— Ну, прощевай, красавчик! — Лёка взмахнула платком, как учила Яна, и вывернула его тёмной стороной. Вдвоём они убежали к машине, а Роберт остался стоять на дороге, тупо глядя на свою руку.

— Вам бы в театре выступать, — усмехнулась Лариса, уводя машину из коттеджного посёлка.

Яна, хихикая, отлепила ресницы и сняла с головы платок.

— Ты чего такая хмурая? — смеясь, спросила Яна Лёку и толкнула её локтем.

— У него линия жизни обрезана, — проговорила Лёка. Её спектакль не позабавил. Она вообще жалела, что всё это затеяла.

— Про чёрную даму придумала? — через плечо спросила Лариса.

Лёка только покачала головой. Она эту даму видела в последнее время слишком часто, чтобы ещё и выдумывать.

Лёку подвезли до дома. Она выглянула в окно, убедилась, что никого из соседей поблизости нет, и пробежала в подъезд. Дома умылась и легла спать. Но сон не шёл, и даже Груша, свернувшаяся калачиком в ногах, не помогла. Пришлось снова глотать валерьянку.

На следующий день Лёка волновалась так, что руки дрожали.

— Слушай, успокойся уже, — прошипела Яна, наклоняясь к ней через стойку буфета. — Ты вообще ни при чём, на тебя в жизни никто не подумает.

— Да я не из-за этого. Просто. — Лёка пожала плечами. Даже слова сегодня как-то не складывались.

— Здравствуйте. — За стойкой появились мальчик с фиолетовыми волосами и девочка с пирсингом и в шляпке. Оба похожи на блогеров. Ясно, сейчас начнутся каверзы. Это и хорошо — хотя бы можно отвлечься.

— Чем вас порадовать? — спросила Лёка, натягивая улыбку.

— Эм-м, — театрально задумался мальчик. — Мне, пожалуйста, шоколадный шоколад в шоколаде. Но чтобы с кофейным вкусом.

— Сделаем, — кивнула Лёка и спросила у девочки: — А вам?

— А мне что-нибудь забористое! Чтоб прям вау!

Лёка подалась вперёд и, понизив голос, спросила:

— Алкоголь уважаете?

— А у вас лицензия есть? — таким же заговорщицким тоном спросила девочка.

— Есть. А вам восемнадцать есть?

Девочка, картинно закатив глаза, показала водительские права.

Лёка ушла к кофейному аппарату. Для парня в чашку положила шарик шоколадного мороженого и залила его эспрессо. Сверху полила шоколадным сиропом и бросила шоколадной стружки.

Девочке на дно чашки налила ром, потом кофе, и сверху добавила взбитые сливки.