Алёна Медведева – Сумасшествие с первого взгляда (страница 21)
– Вы итальянец? – поинтересовалась я, заинтригованная его голосом.
– Что? – он удивился.
– Ваш акцент… и имя… я… – я запуталась в своих мыслях. – Откуда вы?
– Это не важно, – уклонился от ответа он, нажимая на кнопки ключей. Черный гелендваген мигнул фарами.
– А вы прямо весь из себя загадочный, Михаил.
– А вы, Мириада… – он сделал паузу. – Очень разговорчивая. Пожалуйста, садитесь в машину.
Он открыл заднюю дверь внедорожника, помогая мне сесть.
– Что странного в том, чтобы узнать немного больше о вас? – я чувствовала детскую обиду от его холодности.
– Вам не нужно знать обо мне ничего, мисс Альт. Пожалуйста, садитесь, и я отвезу вас домой. На этом все, – его голос был непреклонен.
– Почему? – от его резкого отказа и металлического оттенка в голосе мне захотелось рассердиться и обидеться.
– Без лишних вопросов. Садитесь, – он аккуратно подтолкнул меня к сиденью, но я остановилась.
– Я уж лучше спереди. Разрешите?
Его ладонь на моей руке напряглась, и он нахмурился, но всё же открыл пассажирскую дверь, помогая мне забраться внутрь. В салоне его аромат наполнил пространство тысячекратно сильнее, чем раньше. Он сел за руль, включил зажигание, и я, не в силах отвести взгляд, смотрела на него, будто в полусне. Его телодвижения, его голос… всё казалось нереальным. Это точно было только вино? Может, мне что-то подмешали? Никогда раньше я не смотрела на мужчину так, как на Михаила… Даже Эммет с его идеальной фигурой был совсем иным – привлекательным, да, но это было что-то другое…
– Почему вы так на меня смотрите? – он посмотрел в мою сторону, собираясь выехать с парковки.
– Снимите очки.
– Что? – он переспросил.
– Мне трудно разговаривать с человеком, когда я не вижу его глаз… Почему вы постоянно в них, даже ночью?
Он не ответил. Включив поворотник, Михаил вырулил на дорогу, резко набирая скорость, и я вжалась в сиденье.
– Я, конечно, люблю скорость, – я пыталась дышать глубже, через рот, – но мне очень не хотелось бы запачкать ваш шикарный салон.
Цифры на спидометре постепенно уменьшались, и я выдохнула с облегчением. Черт… машина. Моя машина осталась у клуба. Ладно, сейчас ничего не поделаешь… заберу её завтра. Но есть другая проблема. Крис…
– Какая же я дура, – выругавшись, я потянулась за телефоном.
– Что случилось?
Я снова посмотрела на него и ахнула. Он снял их… снял очки. Когда он повернулся ко мне, я забыла обо всём: о машине, о подруге, о том, кто я и что делаю здесь…
– Я забыла… Подруга… Крис… не предупредила её, – я тщетно пыталась разблокировать телефон.
– Ваша подруга знает, что вы направились домой. Она уехала с двумя молодыми людьми, если я не ошибаюсь.
– Что? Как?
– Она подходила к вам. Вы не помните?
– Нет…
Я действительно ничего не помнила. Но воспоминания о том, как Крис зажигала на танцполе с двумя красавчиками было свежи. Вечер явно будет бурным, и Крис не забудет поделиться всеми подробностями. Я старалась вспомнить события ночи, но от этого только мутнело в голове, и кинула жар по телу. Я расстегнула пуговицы рубашки, с четвертого раза освободив плечи от белой ткани, оставаясь в топе на тонких лямках.
– Я мог включить кондиционер, если вам жарко…
Упс. Об этом я не подумала.
– Спасибо, мне уже лучше, – я убрала волосы назад, расслабленно откинувшись на подголовник.
Краем глаза я заметила, что Михаил смотрит на меня, его взгляд был прикован к моей руке с татуировками.
– Если вы хотите сказать, что татуировки не для девушек, не утруждайтесь. Об этом уже говорили.
– Даже не собирался, – он отвернулся к дороге, и я снова погрузилась в свои мысли.
То, как он вёл машину… можно было смотреть вечно. Его уверенные руки крепко держали руль, словно он управлял не только машиной, но и всем, что происходило вокруг. Периодически он бросал уверенные взгляды в зеркала, а иногда и на меня…
– Куда мы едем? Я ведь даже не сказала свой адрес… – меня осенило.
– Не переживайте. К вам домой, – он затормозил на красном.
– Но…
– Я знаю, где вы живете, мисс Альт.
– Откуда вы знаете моё имя?
Мы встретились взглядами. Да, именно так. Он снял очки… Я даже не заметила, в какой момент это произошло. Каждый миг, когда наши взгляды пересекались, происходило что-то волшебное. Казалось, что в его глазах заключена целая вселенная, полная эмоций, мечтаний и историй, ожидающих своего часа, чтобы быть рассказанными… но хозяин этих глаз оказался невероятно молчаливым и эти загадочные истории, боюсь, останутся тайной для меня.
– Михаил… – я обратилась к нему, и он, прищурившись, отвернулся.
– Мириада, вы… —
– Ада, просто Ада. Не люблю своё полное имя. Чувствую себя с ним тяжело…
– Ада, – тихо произнес хриплый голос, и по моему телу пробежал разряд. Боже…
– Откуда вы знаете, кто я… Это ненормально. Тогда, в беседке, вы отказывались говорить со мной. Сейчас не вижу смысла скрывать…
– Думаю, ваша личность не секрет, – сухо произнес мужчина, но меня не устраивал такой ответ.
– А ваша…
– А моя вас не должна интересовать.
– Поверьте, Михаил, уже поздно. Она меня очень интересует, – откровенно призналась я.
Раз уж он настолько не идёт на контакт и, скорее всего, больше нам не суждено увидеться, я решила воспользоваться этим шансом.
– Нам ехать еще примерно двадцать минут. Всего двадцать минут, и мы, наверное, больше никогда не увидимся. Ведь если я попрошу ваш номер, вы вряд ли дадите его мне?
Он покрутил головой, не отрывая взгляда от дороги.
– Даже если я буду писать вам ночью и высылать свои эротические фотографии?
Михаил резко затормозил, и я чуть не влетела головой в лобовое стекло, но его рука удержала меня в нужный момент.
– Пристегнитесь, – строго скомандовал он.
– А что вас так удивило? Женщины никогда не отправляли вам нюдсы? – подшучивала я.
– Мириада, вы…
– Ада! – перебила я.
– Хорошо, Ада. Вы бы не могли помолчать?
– Нет. Не в моём стиле. Вы ведь не зря подметили, что я разговорчивая, стараюсь поддерживать планку.
Он недовольно покачал головой, и я не сдержала улыбку. А вот об улыбке Михаила оставалось только мечтать. Его суровое выражение лица не менялось, оставалось безэмоциональным.
– Откуда вы, Михаил? Я ведь не отстану, поверьте мне на слово. Проще будет…
Я не успела договорить, потому что он перебил меня уставшим голосом.