Алёна Май – Проект Алиса Громова (страница 2)
«Алиса!»
Матвей всё же добился от Алисы результата, утвердил контент, и фотографии улетели в безграничный интернет. Громова не забыла и подпись: «Как всегда, шикарный букет от моего рыцаря! Кажется, он что-то готовит, девочки. Сердце так и просится выпрыгнуть. Разве можно быть такой счастливой? И, как всегда, флористы @fresh.flower радуют качеством и свежестью цветов. И как ОН только умудряется находить всё самое лучшее?»
Алиса не переставала удивляться тому, как такая навязчивая реклама не отталкивала людей от её блога. Но Матвей каким-то чудом умудрялся выстроить контент-план так, что подписчики только прибавлялись. Возможно, им просто нравилось смотреть на её лицо, ведь Алиса отличалась удивительно миловидными чертами лица, пухлыми губами, в меру пышной грудью и подтянутым телом. Генетика страшная штука. Хотя её мать далеко не топ-модель, возможно, сыграли роль гены отца.
Многие стремятся к такой внешности, проводя часы в спортзале и обкалывая себя всем, чем можно и нельзя, а вот Алисе даже напрягаться не приходилось. И хоть она без конца рекламировала всякие средства по уходу, по сути ничем, кроме увлажняющего крема, и не пользовалась.
Только вот эта красота никак не помогала найти нормального парня, а потом Алиса и вовсе попала в сети Матвея. Возможно, она нагрешила в прошлой жизни: соблазнила короля или императора, за что её казнила ревнивая жена. Кто знает?
«Молодец,» — одобрил пост Матвей.
«Спасибо, хозяин.»
«Заеду за тобой в шесть.»
«Чайник ставить? Или чего покрепче?»
«В шесть.»
После случая с секс-игрушкой, он стал реже подниматься. Его дико раздражало сидеть и смотреть, как Алиса красится. А она делала это нарочито медленно, когда он был рядом. Он предпочитал отсиживаться в машине.
— Где шесть, там и семь.
И он это тоже знал, поэтому приехал в восемь.
Прим. автора:
{1} Имеется ввиду песня Минаева — Шоколадка.
Глава 2
Не сказать, что Матвей Донцов был полным подонком, хотя отдельным личностям и могло так показаться. Он просто искренне считал себя умнее многих.
Матвей встретил Алису случайно, и стоило увидеть её по-детски круглое личико, горящие глаза, тонкую изящную шею, подчеркнутую чокером, родинку под глазом и губы нежно-розового цвета, прекрасные своей натуральностью, как Матвей сразу понял, что нашел
Нет, он не искал себе девушку или жену. Ему нужна была модель. Он так пресытился искусственными красотками, век которых закончится сразу же, как рассосется гиалуронка и ботокс в их и губах и лбах, что позволил другу затащить его на быстрые свидания. Ему нужна была свежая кровь: настоящая славянская красота и желательно молодость.
Алиса казалась идеальным вариантом. Молодая, амбициозная, с немного странным чувством юмора, но вполне здравыми мыслями. До неё он уже успел поговорить с десятью девушками, и ни одна не смогла удержать его внимание ни внешностью, ни разговором. Алиса же, хоть и была не менее активна, чем остальные «охотницы на мужчин», но всё же держала дистанцию и скорее проверяла Матвея на прочность. Ощущалось недоверие, она почти устроила ему допрос с пристрастием, а он с удовольствием его поддержал. Она не спрашивала ни о его работе, ни о семье или образовании, ни о том, какую машину он водит. Она много говорила о кино, театре, интересовалась, в какой последний музей он ходил и как относится к животным. Это показалось ему странным — его бывших больше заботил статус и кошелек, нежели искусство или благотворительность. Это противоречие внешнего вида Алисы и её рассуждений, действительно, заставило Матвея продолжить общение.
Дело оставалось за малым: пара встреч, чтобы расположить к себе и не прослыть каким-то извращенцем, а затем предложить стать его моделью. Всё произошло даже быстрее, чем он планировал. Алиса со своим желанием стать актрисой и проваленными вступительными жаждала славы, как никто. А съёмка у популярного фотографа, ещё и бесплатно… Алиса не смогла устоять.
Идея раскрутить её в соцсетях появилась уже позже, после разговора с тем самым другом, который большую часть времени теперь проводил где-то в районе Сейшелов. Снимки Алисы привлекли внимание, но её личный блог требовал некоторых вложений, чтобы начали поступать рекламные предложения. Матвей помогал выставить кадр, обучил основам композиции, подписчиков становилось всё больше и наконец блог вышел на тот уровень, который позволял брать приличные деньги за пару слов о бренде, магазине или и вовсе всего лишь за отметку где-то в углу.
Только вот Матвею начало казаться, что Алиса жаждет большего, в их личной истории. Он почувствовал, что необходимо провести границы.
Да, Матвей поступил как полный мудак (в глазах Алисы, конечно же!). Он не хотел ввязываться в отношения с девушкой на десять лет младше, да и вообще ввязываться в какие-либо отношения, которые до этого у него ничем хорошим ни разу не заканчивались.
Матвей всё больше отдалялся. Тем временем подписчики Алисы, да и его, всё строили теории вместе они или нет.
В голове Матвея это звучало лучше, чем прозвучало на самом деле. Но Алиса, к его удивлению, немного подумав, согласилась. Последнее, что она хотела — возвращаться к родителям из столицы, а потому ей нужны были деньги оплачивать квартиру и хотелки. Правда, она заставила Матвея снять ей апартаменты в сто квадратов. Уж зачем ей такие — он не знал.
Единственное, что после его «гениальной» идеи, за которую он когда-нибудь получит премию Дарвина, вызывало напряжение — поцелуи. Держаться за руки, обниматься для фото и прочее — не проблема. А вот целоваться… Целовать Алису было чертовски приятно, а потому опасно. Думать о ней не как о девушке, а как о соучастнике во лжи, с каждым днем было всё тяжелее и тяжелее. Он как сейчас помнил их первый поцелуй: он смущался как восьмиклассник на своей первой дискотеке, а Алиса же, как и подобает актрисе, отыгрывала до конца — ни тени сомнения на лице. Поцеловала так, что Матвей еле сдержался, чтобы остановиться лишь на этом.
Спустя пару месяцев она стала называть его «хозяин», и с тех пор продолжала выводить его из себя. Матвея не то чтобы это напрягало: он попросту терялся и предпочитал молчать. Тогда шестеренки в голове Алисы крутились сами и выдавали что-то адекватное.
Иногда ему казалось, что не стоило связываться с этим дьяволом под личиной ангела. Особенно, после того как застал её с секс-игрушкой в руках, раскрасневшуюся и взъерошенную. В его голове даже промелькнула мысль поддаться искушению и наброситься на неё прямо в коридоре. Хотя он не был уверен, что она положительно отнесётся к такого рода порыву. Но, благо, годы работы фотографом, в том числе и в ню-съемках, помогли удержаться. Женское тело для него всегда было не более чем холстом для художника: подбери ракурс, выбери свет, дополни композицию — и на выходе получишь произведение искусства.
Но с Алисой всё было иначе. Эта чертовка начала нарочно провоцировать его, хотя сама согласилась на поставленные им условия. И это её «хозяин», произнесённое тысячу раз со всевозможными интонациями… Будь то день или ночь, но приходили к Матвею и грязные мысли насчет Алисы, где он ставил её на колени и заставлял стонать от удовольствия. Он прогонял это наваждение от себя раз за разом, сводя их общение до минимума, принимая ледяной душ и сгоняя семь потов в зале.
«Работа. Роль её парня — это моя работа,» — повторял он себе. Матвей стал реже приходить к ней домой, чтобы не рассматривать изгибы её тела, когда Алиса специально дефилировала перед ним в неглиже.
И пусть горит в аду Киллиан Хеннеси со своим парфюмерным домом, потому что аромат духов «Good Girl Gone Bad», которые он в порыве помешательства подарил Алисе на день рождения, теперь преследовал его повсюду. Сколько ни мойся, присутствие девушки ощущалось сильнее, чем хотелось бы.
Матвей Донцов связал себя с Алисой такими отношениями, которые прекратятся в любом случае с огромной долей внимания к его персоне. Да, он отвадил с помощью Алисы от большую часть светских львиц, норовящих запрыгнуть к нему в койку, но также он создал такой невинный образ для девушки, что после официального расставания, предстанет полным козлом.
Алиса это тоже понимала, и как бы ни продолжала считать его рабовладельцем, выгоды получала не меньше. Но в последнее время в ней как будто что-то изменилось. Алиса стала больше язвить и спорить, выводила его на эмоции и временами даже нарочито игнорировала его звонки, будто проверяла Матвея на прочность. Первые разы он действительно переживал, не случилось ли чего — изменения в поведении человека могли свидетельствовать о проблемах, — но Алиса просто уходила в сериальный и углеводный запой. Можно было бы списать такое поведение девушки на некоторые особенности женского организма, но этот вариант он выкинул из мыслей — не могли же у нее идти месячные по графику два через два?