Алёна Май – Незабудка (страница 10)
Я поддержала её веселье и стала меньше напрягаться. Что-то я слишком переволновалась. И я бы и дальше болтала и шутила с Машей, если бы не внезапно выросший передо мной Марк.
– Светлана Александровна, не хотите потанцевать?
Подняла глаза и удивленно уставилась на протянутую ко мне руку пацана. Отказать было неловко, а согласиться – странно.
– Марк, может, пригласишь кого-то из отряда? Лизу? – кивнула в сторону скучающей девочки.
– Если бы хотел позвать Лизу, то позвал бы.
Маша толкнула меня в бок, одними губами сказав: “Да потанцуй уже”.
– Ладно.
Марк просиял, когда я согласилась. Мы вышли на танцпол и он растерял всю свою уверенность в момент, не зная, куда деть свои руки. В итоге он, едва касаясь, неловко обхватил меня за талию, боясь приблизиться ко мне. Я же положила руки ему на плечи. Мы протанцевали весь медленный танец на вытянутых руках, у меня заныли локти от напряжения. Из-за невысокого роста Марка, его глаза оказались почти на уровне моей груди и это добавляло неловкости всему происходящему. Десять раз пожалела, что согласилась. Глазами я продолжала высматривать Славу, с танцпола это было даже удобнее.
– Ты уже прошла тот уровень в игре? – Марк решил нарушить неловкое молчание. И раз наш разговор было не услышать в шуме, то он позволил себе говорить со мной на “ты”. Но я сама им разрешила.
– Нет. Что-то застряла и потом времени не было.
– Могу пройти тебе.
– Было бы супер! – вознаградила его доброй улыбкой. Этот дурацкий мне не поддавался.
Видно, как Марк нервничал. Подумать только, танцую с пятнадцатилетним мальчишкой! Такой опыт я могла получить только на чьей-нибудь свадьбе, где уже разобрали всех кавалеров и остался только младший брат невесты.
Ощутила на себе чьи-то пристальные взгляды. Глянула мимоходом еще раз на трибуны. Друзья Марка не сводили с нас глаз, перешептывались и смеялись. Кажется, я поняла, где тут собака зарыта.
– Скажи, почему ты позвал меня танцевать?
– А должна быть п-причина? – Марк начал заикаться от моего вопроса.
– Твои друзья во мне дыру прожгут. Поспорили что ли?
– Н-нет! То есть… – Марк понял, что я их раскусила. – Они сказали, что ни одна девушка не согласится со мной танцевать, а я…
– Ой, дураки. Выбрал бы кого-то попроще, чем я. На что хоть спорили?
– На сотку.
– Тц. Так бы и дала подзатыльник тебе. Кто же мешает любовь и деньги!
– Но вы же согласились. Девчонки бы точно отказали.
– Если отдашь мне выигрыш, я тебя еще и в щечку поцелую.
У Марка округлились глаза и он чуть не взвизгнул от радости.
– Огонь! По рукам!
Почувствовала снова на себе чей-то тяжелый взгляд. Он принадлежал уже не малолеткам, которые оценили меня на сто рублей. Был другой наблюдатель, куда больше интересовавший меня. Славик стоял на самом верху и как-то загадочно и немного хищно улыбался.
Обвила руками шею Марка и притянула его к себе ближе, отчего у того сбилось дыхание, а он чуть не врезался носом в мою грудь. Глупый юнец не понимал моих действий, но явно приободрился, или… перевозбудился. Друзья с трибун засвистели.
Марк чересчур уверенно себя почувствовал и нет-нет, да и попытался опустить руку ниже, чем я была готова ему позволить. За это был награжден моим убийственным взглядом.
– Понял… Перебор.
– Ага. Еще сотку будешь должен.
– Так нечестно!
– Нечестно спорить на женщин.
Музыка стихла и я как и обещала, смачно поцеловала Марка в щеку и приветливо улыбнулась, прошипев сквозь зубы: “Деньги завтра отдашь”. Марк кивнул, галантно поцеловал мне ладонь (я просто обомлела!) и побежал, раскрасневшись, к ребятам. Его друзей почти взорвало. Они явно были в восторге от увиденного, а Марк был преисполнен гордостью. Дурачки.
Слава снова исчез из поля зрения. Представление, где я пытаюсь… вызвать ревность, обнимая мальчика с неокрепшей психикой, явно его не впечатлило. Села на ближайшую скамью и стала дожидаться окончания вечера. Никого из тех, с кем я могла поговорить, на дискотеке не осталось.
– Так. Всем спать! И не шуметь, а то опять на зарядке будете ныть, – грозно призывала успокоиться детей Мария Антоновна.
Она была с одинаковой периодичность. милой и строгой. Очень сетовала, когда нарушали режим и как Цербер следила за ними ночью. Так она говорила, а храп из её комнаты убеждал всех в обратном.
– Светлана Александровна, завтра же будем танец ставить? – ко мне подошла Лиза.
– Завтра по плану купание после завтрака. Давайте я освобожу вас от тихого часа и спокойно будем репетировать.
Лиза выглядела ответственной девочкой, коротко кивнула, разве что честь не отдала. Из её палаты на меня смотрели несколько пар глаз и похихикивали в кулачки.
– У вас нормально все? Не ругаетесь в коллективе? – решила немного узнать у нее внутренней кухни.
– Ну так. Бывают стычки, но терпимо.
– Если что – сразу говорите мне. Разберемся без шумихи.
– Хорошо, – Лиза улыбнулась, почувствовав во мне союзника.
Пересчитала ребят, все оказались на месте и оставила их на воспитателя. Столкнулась на выходе с Машей. Костя и Женя так и не появлялись, а она вернулась на танцпол под самый конец.
– Пойдем спать? – спросила она у меня, зевая.
Да, спать определенно хотелось и она заразила меня своим зевком.
В комнате не было Жени и Кости и я облегченно выдохнула. Маша осталась курить на входе. Махнула ей, желая “спокойной ночи”. Душ, конечно же, был занят на ближайший час. И хоть там было несколько кабинок – это не спасало. Я дала себе установку не спать, пока не помоюсь. Даже не стала расстилать постель. Колючее покрывало отлично бодрило, но тяжесть во всем теле от целого дня на ногах давала о себе знать и я отключилась на какое-то время. Очнулась, не понимая где я и что я: человек или бесформенная жижа. Телефон показывал час ночи. На экране светилась смс-ка от Жени: “
В комнате было темно, но я не выключала свет. Поднялась на локтях и осмотрелась. Я явно была не одна. “Неопознанное” тело занимало кровать Жени.
– Что за… – так и хотелось выругаться.
Собрав всю волю и остатки самообладания, встала и медленно двинулась, уже зная, кого обнаружу. Как в фильмах ужасов, с горящими от злости глазами, встала и вперилась в спящего Славу. Его, кажется, ничего не смущало в этой жизни. Еще и спал в одних трусах, не удосужившись даже накрыться. Нахал. Мое тело реагировало быстрее мозгов, увидев, что скрывалось под одеждой все это время. Дыхание перехватило, руки чесались потрогать. Он словно сошел с обложки журнала. Свет фонаря так удачно падал, перекатываясь по неровностям. Аполлон во плоти.
Тяжело вздохнула, но будить не стала. Хотя очень хотелось пнуть и выгнать, или лечь рядом. Я не определилась. В памяти всплыли мои странные ночевки после пьянок, где мы спали как попало и где попало… и с кем попало под боком. А тут просто парень на соседней кровати. Просто очень сексуальный парень в одних трусах, внимания которого я желала весь день. Разве были причины нервничать?
Вернулась в свой угол, возведя для себя невидимую стену в голове между мной и Славой, собрала свои мыльно-рыльные вещички, полотенце, сменное белье, пижаму и двинулась в душ. Ничто меня не могло остановить. Горячий душ – то, о чем я мечтала весь день, но кажется, бойлер от нагрузки уже дышал на ладан. Я почти во всю глотку заверещала, когда горячая вода резко закончилась и меня окатило ледяной водой так, что всю сонливость как рукой сняло. Смывала шампунь короткими подходами. Наспех вытерлась, зуб на зуб уже не попадал от холода. Спасибо, что на дворе август, а не декабрь.
Аккуратно зашла в комнату, стараясь не тревожить сон Славы скрипом половиц, дверей и всего того, что могло скрипеть в этом дурацком домике. Грязные шмотки швырнула в чемодан, тихо достала крем из тумбочки и совершила свой ритуал перед сном.
– Я думал ты спишь, – голос Славы слишком резко ворвался в мое умиротворенное блаженство, пока я массировала себе лицо. Я вздрогнула, роняя на пол баночку с кремом.
– Бляха-муха, зачем же так пугать! – шепотом наорала на него.
Выдохнула, увидев, что крем не растекся по полу, а остался в баночке.
– Прости, я не специально.
Слава зевнул и привстал на локтях, от этого его пресс напрягся и рельеф соблазнительно заиграл в свете из окна. Стена рухнула под натиском похабных мыслей и желания пройтись языком по кубикам на его животе. Я невольно сглотнула, а мое спокойствие было похоронено заживо. Спящий он меня совсем не напрягал, а вот бодрствующий, без очков, и с этими взъерошенными волосами… Мама, спаси меня.
– В следующий раз спроси разрешения тут спать.
Лучшая защита – это же нападение? Мой голос почти не дрожал.
– Мне хозяйка кровати разрешила.
– Она тут живет не одна.
– Ну мы тут в принципе живем не одни, – ухмыльнулся Слава. – За стенкой еще минимум десять человек.
– Может, спать ляжешь уже? Так хорошо было, когда ты молчал.
Слава всмотрелся в окно, как-то слишком задумчиво. Я завершила массаж и убрала баночку в тумбочку, демонстративно хлопнув дверцей, а затем почти театрально залезла под простынь и накрылась с головой.