Алёна Май – Личный дневник (пьяной) влюбленной провидицы (страница 3)
– Они никогда не сбываются, – парень чуть ниже на ступеньках смеялся надо мной.
– Да. Ну тогда ничего страшного, если я расскажу твоей матери, куда ты дел студенческий займ…
– Эй, ты! – парень был зол, вскочил с места и направлялся прямо ко мне.
Тина Спиннер и Фрея отгородили меня от заносчивого грубияна и мягко предложили уйти. Есть в Тине нечто прекрасное – то, что она училась на боевого мага и была больше похожа на мальчишку со своей короткой стрижкой и плоской грудью. Но никто никогда не сомневался в её способностях.
Парень, имени которого никто не знал и не собирался узнавать, цыкнул и сел на своё место.
– Вита, прекрати их провоцировать, – строго начала Фрея. Я лениво посмотрела на подругу. – Ладно, он первый начал, но зачем надо было говорить про его мать?
– Да об этом вся Академия знает. Для этого не надо быть провидицей.
– И куда он дел займ? – воодушевленно спросила Тина.
– Проиграл на скачках, а часть потратил на ту новую породу собаки, похожую на маленькую крыску, для своей подружки.
– Они миленькие… – медленно протянула Фрея, снова уставившись в бинокль.
Этот парень немного выбесил меня, от этого голова начала болеть и даже мысли о Леоне никак не радовали. Тина болтала без умолку, Фрея в ответ несвязно мычала.
– Что-то я утомилась. Я не спала всю ночь, вернусь в общагу и посплю, – резюмировала я свое состояние.
– Я думала, мы после матча сходим на вечеринку, – Фрея с умоляющими глазами смотрела на меня в упор.
– Какую еще вечеринку?
– Ну которую устраивает футбольная команда после матча, – Тина поддержала Фрею.
– Вы хотите отвести меня в толпу людей? Я же не смогу там не пить, чтобы держать себя в руках.
– Ты никогда с нами не ходишь, – надулась соседка. – Как пить с Иваном и Грегом в таверне, так ты бежишь.
– Они знают все обо мне, а я о них. И с ними я уверена, что меня хотя бы доставят до дома.
– Мы тоже можем доставить тебя до дома, – продолжала атаковать Фрея.
– Если ты сваришь мне какое-нибудь зелье, что будет заглушать мой дар, то я подумаю. Пить перед учебой я не хочу. Профессор Филаксис меня просто убьет, если я не буду свеженькой завтра на практике.
Я точно знала, что Фрея пока не может приготовить такое зелье. Она училась на третьем курсе, а зелья разума проходили на четвертом. И хоть она была способной студенткой, в ее арсенале просто не было необходимых ингредиентов. А раз они собрались на вечеринку, то я могла провести весь день в комнате одна, что-то почитать и поспать.
– Иди спи, а потом всё равно приходи на вечеринку.
– Да зачем я там тебе? Сходите с Тиной вдвоем.
Фрея буквально прожгла меня взглядом. Она смотрела так пристально, что в голове непроизвольно возникли образы. Как она подходит к Дереку, что-то ему говорит, он смеется и жестом приглашает пройти в какую-то комнату, скрытую от других глаз портретом одного из деканов, а дальше страстные поцелуи, горячие пальцы на коже, переплетение дыханий и о, мой бог, я не хотела этого знать…
Я вся покраснела, вернувшись в реальность. Фрея, как в зеркало глядела, стала такой же красной.
– Ладно. Приду. Но поспать мне надо. И найди мне где-нибудь пива, иначе я не переживу такое столпотворение.
– Могу притащить из подвала отца забойный самогон, – Тина была очень возбуждена, когда это произнесла. – Одна рюмка и ты словно заново родился!
– Пойдет.
– Вита!
– Ты же хотела, чтобы я пошла.
– Всё, делайте, что хотите, но чтобы были обе как штык! – взвизгнула Фрея и снова уткнулась в бинокль. Мы с Тиной похихикали, мой рот растянулся в довольной ухмылке.
Я ушла назад в общагу, скинула с себя все шмотки и упала лицом в холодную подушку.
– Какой кайф…
Я раскинула конечности звездой, собрала одеяло руками и ногами и прокрутилась, заворачиваясь в кокон, и ушла в постель с головой, как гусеничка.
Перед глазами невольно всплыла картина последнего видения с Фреей и Дереком в главных ролях. Вот же гадство! Низ живота потянуло и скрутило, сердце учащенно застучало, щеки снова налились краской.
Начала представлять вместо Фреи себя, а вместо Дерека – Леона.
Мой дневник хранил не только предсказания, он также содержал в себе коллекцию эротических снов, которые могли возникать в голове ночь за ночью. И чтобы хоть как-то сбить это сексуальное наваждение, я и их стала запихивать в дневник. В особый раздел, с грифом “Совершенно секретно”.
Будучи девственницей, которая шугается людей, тяжело сдерживать усиливающееся с годами влечение к противоположному полу. Алкоголь и в этом помогал. Пьяной мне не нужны были плотские утехи ни в каком виде. Но сейчас я была уже трезва и снова нахлынула эта горячая волна желания. Мои сны были яркие и осязаемые, я доставала из своего подсознания самые извращенные фантазии и творила с персонажами своих снов, что угодно. Я решила, что не буду ничего не менять. Я буду собой, и мой партнер тоже останется неизменным.
Леон учился на ветеринара. А в свободное от учебы время играл в футбол. Они с Дереком были друзьями детства. Откуда я это знаю? Я знаю всё и обо всех, даже когда этого не хочу. Скрывать не буду, сплетни я люблю как слушать, так и распространять. Видимо, профдеформация.
Я перевернулась на спину, выпрямилась. Руки невольно заскользили по телу, пока в голове вырисовывался красочный образ второго красавца футбольной команды. Мы были в той самой закрытой комнате из видения: пошлый красный диван перетянутый каретной стяжкой, свечи в канделябрах, бутылка вина на двоих и два пирожных с аппетитной кремовой шапочкой. Леон был одет в черную свободную футболку, скрывающую рельефный торс, каштановые волосы зачесаны назад. Я засмотрелась на его ярко очерченные скулы и красивый нос. А эти голубые глаза…
Наяву я закусила губу, готовая уже растечься лужицей по кровати. Леон предложил мне присесть, а я мучилась от того, что только на диван, а не сразу ему на колени. Он наполнил бокалы благородной красной жидкостью и протянул мне один.
– За победу в турнире, – произнес он тост своим низким бархатным голосом. – И за тебя.
– Чин-чин, – скромно произнесла я, как будто и не своим голосом.
Леон сделал небольшой глоток, я тоже. Он забрал бокал у меня из рук и поставил на столик, а затем придвинулся ближе. Я вся была в нетерпении, этот сон слишком долго раскачивался.
– У тебя ресничка на щеке. Загадаешь желание?
– Загадала.
Пальцы Леона коснулись щеки, и в этом месте стало горячо. Он сдул ресничку, и я почувствовала легкий аромат ополаскивателя для рта. Моя фантазия творит чудеса.
Я закрыла глаза и мои губы встретились с чужими, мягкими и властными, дневная щетина приятно щекотала кожу. Я отдалась этому поцелую и тому, что происходило дальше. Вот я уже на спине, сильные и смелые руки изучают моё тело, губы спускаются все ниже и ниже, и я вся в предвкушении…
– Вита! Ты спишь?!
Голос матери прозвучал как раскат грома среди ясного неба. Я вскочила с кровати, зарываясь целиком в одеяло. Лицо пылало, а мыслями я всё ещё была на том красном диване в объятиях красавчика, что целует меня где можно и где нельзя.
– Мама! Я вообще-то спала!
– Ты какая-то раскрасневшаяся, у тебя жар?
Лик матери смотрел на меня из магического шара.
– Что ты хотела, мам? – раздраженно спросила я.
– Отец отправил тебе посылку с домашними закрутками. Нужно встретить курьера, он будет через пятнадцать минут у ворот.
– Это надо было делать сегодня?
– А когда еще? Завтра ты весь день будешь на учебе.