Алёна Комарова – Мечта жизни, или Наследство отменяется (страница 48)

Валерий пропустил мимо ушей его иронию, понимая серьезность ситуации – здесь не улыбаться надо, а ужасаться. Мало того, что очередной труп, так еще и Марта в центре событий. И ни кого, кроме него самого не интересует, что она только что пришла в себя из бесчувственного состояния.

– Что тут у вас?

Он заглянул на кухню, где на полу лежало тело, пропустил группу полицейских . Мужчины знали свою работу, и сразу приступили ее выполнять. Осматривали убитого, ощупывали, и даже обнюхивали его, описывали и обрисовывали. Молодой эксперт устанавливал таблички, фотографировал орудие убийства, самого убитого, комнату, комментировал наблюдения, а другой записывал в блокнот. Сам Стефан зашел в зал. Стал опрашивать всех, но почти всегда отвечал Валерий. Валерий знал процедуру опроса свидетелей, поэтому отвечал быстро, ведь ответы были готовы в его голове давно.

Стефан дописал показания и пригласил:

– Пойдемте, Валерий, осмотрим тело.

Валерий быстро взглянул на Беату, она сидела возле Марты и кажется, к счастью совсем ничего не слышала. Это хорошо. Значит, не станет задавать лишние вопросы: почему полицейский пригласил Валерия на осмотр дяди Януша.

Осмотр тела проводить не пришлось – бригада полицейских – опергруппа – уже все провела и все осмотрела.

Один из молодых парней протянул Стефану пакетик с уликой и стал объяснять, Валерий ничего не понимал, только смотрел внутрь пакета.

– Было зажато в руке – пояснил Стефан.

– Могу я посмотреть?

– Только не долго – разрешил Стефан и сделал вид, что отвернулся, а сам прикрыл Валерия от остальных мужчин.

Валерий все правильно понял, он быстро достал телефон и сфотографировал улику с двух сторон через пакет. Так же быстро спрятал телефон и передал полицейскому пакет:

– Спасибо. Когда его убили?

– Точно скажет экспертиза, но предварительно говорит – он указал на эксперта – со вчерашнего вечера.

– Вчера вечером Кристиан уехал и вернулся утром. – Стал перечислять Валерий – Беата была у Лешика. Алисия – не известно.

– То есть, версию с ограблением – отбрасываем? – уточнил Стефан.

– Я уже отбросил.

– Почему?

– Слишком много вокруг этого семейства убитых.

– Вы забыли про Марту Максимовну.

– Не забыл. Она была со мной. Я – ее алиби.

– Безоговорочное, отличное алиби.

– Стефан, пользуясь случаем, уточню: наша договоренность остается в силе?

– Да. – Пообещал полицейский и прокомментировал – не вижу причин отказать вам в содействии.

Вернулись в замок, очень поздно. Алисия встретила всех с усталым видом и стала сразу отчитывать дочку, что допоздна гуляла и не предупредила мать. На что у Беаты была своя причина, при чем уважительная – разговор с полицией об убитом дяде Януше. И она тут же причину озвучила. Мать заохала, заахала, прижимала руки к груди, прикрывала рот и причитала, причитала на своем родном польском языке. Валерий с Мартой ничего не понимали, кроме имени убитого друга семьи. Да и нечего было понимать – сожаления, скорбь и горесть утраты читалось на лице Алисии.

– Есть будем? – спросил Валерий у Марты.

Она слабо помотала головой:

– Ты ешь, я не буду. Аппетита нет.

Валерий настаивать не стал, проводил Марту в комнату, а сам вернулся в кухню. Тут же материализовалась Вики и стала накрывать на стол. Спрашивать, ничего не спрашивала, но Валерий понимал, что прислуга уже в курсе, где и по какой причине Беата с гостями так долго пропадали.

Вики поухаживала за мужчиной, выставляя перед ним ужин. Валерий ел молча, без аппетита, для пользы тела, зная, что если не поест сейчас, то полночи промается в бессоннице от голода.

Девушка маялась уже сейчас, только не от голода, а от любопытства, но не торопилась спрашивать.

Потом все-таки не выдержала и спросила:

– А правда дядю Януша убили?

– Правда.

– Ох, бедненький.

– Да уж. Ты его хорошо знала?

– Нет.

– Кто мог его ненавидеть?

– Я не знаю. Он, вроде, хороший. Был. – Поправилась она, вздыхая.

– Вроде? – уточнил Валерий.

– Он приходил сюда, когда еще Святослав Рославович был жив. Потом к Алисии стал приходить. Они дружили все. Всегда в хорошем настроении. Никогда его не видела злым, плохим. Беату любил. Нет. Он был хороший человек – подвела итог Вики.

– А Кристиана он не любил?

– Любил. Только как мужчине это показать? Обнимать что ли его при встрече? Беату обнять можно, поцеловать, покружить, цветочки подарить, сувенирчик. А Кристиану цветы не подаришь, не поцелуешь.

– И не покружишь. – Задумчиво согласился Валерий. – А Беата его любила?

– Да – протянула девушка.

– А Кристиан.

– Да.

– А Алисия.

– Да. Его все любили. Я же говорю – он хороший человек. Был.

– Понятно. Вики, сделай, пожалуйста, кофе. Двойной. Крепкий.

Вики, пошла в кухню, зашумела, загремела там, вернулась с кружкой кофе.

– Вот – она поставила перед ним кофе – вы спать не собираетесь?

– Собираюсь. На меня кофе не действует – нагло соврал он, взял кружку и стал выползать из-за стола – выпью в комнате. Спасибо за ужин.

– Пожалуйста – зевая, ответила девушка, приступая к уборке стола.

Валерий ни капли не удивился, что Беата не спустилась к ужину: после перенесенного кошмара и нервных потрясений у обеих девушек пропал аппетит. А вот то, что их не встретил Кристиан и не спустился позже, Валерия удивляло и, чуть тревожило. Тревожило, как полицейского. Удивляло, как гостя. Хотя, какой он гость? Незваный? Незваный гость, хуже татаро-монгольского ига с табором цыган. Это известный факт.

Проходя мимо комнаты Кристиана, он прислушался – никаких звуков. Кабриолета на положенном месте в гараже не было, скорей всего парня нет в замке. Вопрос – где он может быть вторую ночь в подряд?

Валерий аккуратно отворил дверь и вошел в комнату. Тусклый свет от бра освещал любимую. Марта спала, свернувшись в позе эмбриона, накрывшись всеми одеялами, которые были на кровати.

Валерий поставил кружку с кофе на прикроватную тумбочку, взял блокнот, ручку, телефон, забрался на кровать.

В телефоне была ценная информация и интернет – всемирный способ общения, всесветная сила, подпитка знаний и замазка пробелов в них.

Информацию он открыл сразу – это фотография, сделанная на месте преступления – клочок бумаги.

На нем был напечатаны две буквы и шесть цифр, напечатанное слово «Состояния» и сплошные закорючки от шариковой ручки. Не понятно, толи кто-то ручку расписывал, толи чья-то подпись, толи фамилия.

Он в три глотка выпил кофе, надеясь, что оно подействует, и сон не уморит его на полпути к разгадке.

На экране телефона он стал увеличивать снимок (до чего дошел прогресс! не нужны очки, лупы, микроскоп и телескоп!) и просматривать каждый миллиметр картинки.

То, что цифры и буквы похожи на номер и серию документа, он заподозрил еще на месте преступления, а вот остальное – закорючки – что это?

Служил у них в отделе Олег Шиншинин. Молодой парень обладатель прекрасной белорусской фамилии. И этот обладатель фамилии был еще и обладателем не совсем прекрасного почерка, которым писал свою фамилию в документах сплошными закорючками. А закорючки эти незнающие люди прочитывали по-разному, и получалось у них много вариантов: Шнишниш, Шишниш, Шишишин, Шмишмин и так далее и тому подобное. Так и этот фрагмент закорючек можно прочесть по-разному.