Алёна Комарова – Интервью… в тумане (страница 5)

Когда Рита стала жить сама, этот вопрос вообще не вставал. Она просто перестала завтракать. Пару кружек кофе — вот и всё.

Так и не решив с утренним меню, но настроившись на исполнение собственного плана, Рита вошла в комнату.

Телевизор работал, но зритель давно спал. Рита не обижалась на него — он не обязан ждать её, тем более Сергей в последнее время уставал, здоровье ещё не восстановилось после ранения¹, при этом доктора утверждали, что поводов для переживания нет. Но Рита настырно переживала, такой уж характер. И всегда удивлялась подобным советам, как можно не переживать за своего родного, близкого, единственного, любимого человека. Неужели такие люди существуют? которые сразу послушали совет доктора и махнули рукой: ну и ладно, не буду.

Рита всегда считала, что она счастливая обладательница сильного характера и в трудную минуту могла совладать собой и даже глазом не моргнуть, но только не с Серёжей, только при одном секундном воспоминании о том случае её сердце разрывалось на части.

Она, стараясь не шуметь и не нарушать сон Сергей, перебралась на свой край кровати, скинула халат и забралась под одеяло. Сергей перевернулся. Шрам на груди приковал взгляд. От свежих животрепещущих переживаний дыхание перехватило, под ложечкой засосало, и, кажется, сердце на секунду замерло. Неприятные ощущения о более неприятных воспоминаниях. Память «услужливо» подкидывала картину боли. Выстрел. Сергей падает. По груди течет кровь.

— Что ты его постоянно разглядываешь? — усмехнулся Сергей. — Он уже затянулся. И не болит.

— Зато у меня душа болит.

— Я вылечу — пообещал Сергей, откинул одеяло и притянул Риту к себе.

Проснулась она, когда услышала звон посуды.

— Встала пораньше, приготовила завтрак — голосом скверной свекрови, отругала она саму себя.

Завтрак уже стоял на столе — омлет приправленный зеленью и бутерброды с колбасой — а по кухне расплывался аромат кофе.

— Рита, чем сегодня планируешь заниматься — крикнул он из ванной.

Рита вовремя одернула себя, чтоб не выдать запланированную встречу с Еленой Даниловой. Во-первых, не хотела очередных переживаний Сергея, во-вторых боялась спугнуть удачу. Елена могла в очередной раз перенести встречу. Предлоги постоянно менялись, но были неуважительными, поэтому Рита подозревала, что ей морочат голову. А Данилова в очередной раз продалась братьям Красновым. Такое постоянство в информаторе только делу вредит. И Рита топталась на месте, не продвинувшись к развязке ни на сантиметр.

Врагу не пожелаешь такого информатора. Была вероятность, что свидетелем по делу она вообще не станет.

Не была бы Рита логичным человеком, давно бы думала, что их встреча зависит от мистических катаклизм, или, как там любят сейчас говорить, перекидывая ответственность на космос: ретроградный Меркурий заглянул в созвездие Девы — то хочу, то не хочу.

— Да в принципе ничем — проговорила Рита, надеясь, что вранье не сбудется. Самый ужасный кошмар ничего не делать.

— Сможешь сегодня забрать анализы из клиники? — выходя из ванной комнаты, спросил Сергей.

— Смогу.

— Возьми мою машину.

— А ты?

Она намыливала тарелки — хоть что-то делает, хозяюшка проснулась после завтрака.

— За мной заедут. Я договорился. Мне сегодня ездить никуда не надо, на ферме только буду.

Рита обрадовалась, что неожиданно сменила общественный транспорт на удобный джип.

Сергей подошел к ней сзади, обнял, прижал к себе и поцеловал в шею, спустился к плечу. Руки нежно блуждали по груди, тонкий халатик не скрывал все прелести любимой женщины. Дыхание стало тягучим, томным.

Мурашки побежали по всему телу. Рита сполоснула руки и развернулась к нему. Он тут же прильнул к её губам.

За окном послышался сигнал автомобиля. За Серёжей приехали.

Они ещё постояли минуту, успокаивая разыгравшееся желание. Серёжа чмокнул её и ушёл. На его футболке ещё некоторое время оставались мокрые следы её рук.

Она была счастлива. Сергея она нашла в день, который считала днем собственного поражения, расследуя убийство профессора и его жены. Но внеся в темноту преступления свет, она разглядела влюбленный взгляд. С ним и осталась.

Водила Рита аккуратно, во-первых считала себя плохим водителем, это примерно также как и плохой танцор, тому тоже что-то мешает, ей мешало все — музыка (громко), пешеход на переходе (то ли идет, то ли передумал, то ли сейчас побежит), омыватели стёкол (неожиданно включаются как и поворотники), зеркало заднего вида (в поле зрения попадают машины). А во-вторых, машина новая, дорогая и не её собственная. Поэтому Рита не ехала, а кралась, выпучив глаза, как прожаренная камбала. И ничего удивительного, просто на права она сдавала шесть лет назад и после этого за руль не садилась по причине его отсутствия. Выруливая со двора, она сразу же пожалела, что радовалась Сережиной щедрости души, но не прислушалась к внутреннему голосу и не вернулась. Уже ближе к городу она окончательно пожалела, что так быстро променяла общественный транспорт на дорогостоящий джип.

Движение в городе вообще напрягало, но Рита упорно боролась с собственной водительской неполноценностью, занырнув в бурлящий водоворот страхов и неумения. Преодолеть все варианты самосохранения не помогало даже самоуспокоение.

— Мой страх нерационален — в сто восьмой раз повторила она себе, настраиваясь на то, что вечером будет со смехом рассказывать Сергею, как прошла её первая самостоятельная поездка.

Ветеринарная лаборатория находилась на другом конце города, Рита мужественно преодолела все светофоры, остановки, указатели, знаки, пешеходов, злые взгляды автохамов, и съехала с оживленной улицы, пристроившись за красной иномаркой по размеру напоминавшей дом.

И тут бы вздохнуть с облегчением, потому что вывеска лаборатории уже моргала неоновыми животными, и, кажется, Рита успела расслабиться, но красная иномарка сделала вензель и резко остановилась. Джип, ах, Сережин джип тюкнулся в красный багажник и уперся в него, а Рита тюкнулась и уперлась в руль.

Она айкнула, потерла грудь и полезла из машины оценивать ущерб. Ущерб оказался незначительный, больше пострадала самооценка умения водить, которая уже вывела Маргариту на первый уровень из десяти.

Из красной машины вышла дама, взглянула на Риту недовольным взглядом.

— Извините, пожалуйста, я оплачу ремонт… — Рита не успела договорить, как женщина возмущенно воскликнула:

— Вы-то тут при чем?!

Она хлопнула дверью и пошла к капоту. Рита припустила за ней, и, обойдя красный дом, точнее машину, увидела серебристый спорткар. По сравнению с двумя джипами он смотрелся плоским утюгом. Причина экстренного торможения вылез из автомобиля. Несмотря на представительный вид и кричащее богатство, мужчина выглядел неприятно. Взгляд очумевший, жесты неприличные, неухоженная борода, шевелилась вместе с ругательными выкриками в адрес «двух куриц».

Это возмутило обеих женщин, и они объединились в борьбе с неадекватным водителем, который выскочил на главную дорогу из подворотни.

Вдоволь наругавшись, решили, что ГИБДД вызывать придется. На это мужчина отреагировал моментально. Он примирительно затараторил:

— Так, девочки, цыпочки мои, я виноват, я вам ремонт оплачу.

Рита тут же заподозрила неладное, обычно при упоминании правоохранительных органов меняются в лице и в голосе люди, которым есть что скрывать от этих самых правоохранительных органов. Рита, как охотничья собака, взявшая след кабана, напряглась. Но женщина потребовала:

— Сейчас же оплатите, я примерно знаю во сколько мне обойдется ремонт моей машины.

Мужчина кинулся к машине, достал увесистую сумку. С ней он был похож на почтальона, разносившего пенсию миллионерам.

— Сколько? — спросил он, засовывая руки в сумку.

Женщина прикусила губу и подняла взгляд к кроне деревьев. Подсчеты вела не долго, но упорно, боясь прогадать.

— Триста хватит? — прервал он её подсчеты бюджетной пользы.

— Постойте, давайте вызовем ГИБДД — вернула Рита их к правильному пути решения аварийных ситуаций.

— И вам сотню дам — кивнул мужчина Рите.

— Моя машина не пострадала, даже кенгурятник не погнулся. Наверное.

— За «наверное» пятьдесят хватит. За моральный ущерб.

— Как вас зовут? — быстро спросила Рита.

— Максим Богатырев. Максим Анатольевич Богатырев — представился мужчина, доставая визитку.

Рита прочитала. Почему-то сразу сообразив о причине нежелания встречи с ГИБДД, независимо от того, что бандитом он не являлся — такое ведь на визитках не пишут — мужчина оказался замминистра министерства земельных отношений. С некоторых пор эта организация в понимании Риты приравнивалась к преступной группировке и будоражила неприятные воспоминания.

Рита развела руками:

— Вот уж вам не повезло, встать на место Губарева.

— А что с Губаревым? — удивился Максим Анатольевич.

— Скатился.

— По служебной лестнице?

— Я бы сказала, что в бездну.

— Наверное, поэтому я здесь. И мне бы не хотелось афишировать свой приезд вот этим всем — он показал на расцарапанный бок своей машины, потом повернулся к красной и тяжко вздохнул. Женщина заглянула в визитную карточку, кивнула и примирительно сказала:

— Что мы звери что ли? Я не собираюсь вам карьеру портить. Да, девушка?

— Рита. Маргарита Белозерова.

— Как хорошо, что мы все здесь собрались — усмехнулась женщина и представилась — Виолетта Ершова. Повод для встречи так себе. Но что делать. Я согласна на возмещение ущерба и можете ехать по своим делам.