Алёна Комарова – День Пантеры, или Почти новогоднее ограбление (страница 5)
– Привет, я дома.
Её громкий голос эхом разносился по огромному дому. Безрезультатно. Пароли, условные слова и фразы, всё кануло в пространство, как в черную дыру. Вот так, доверь свою жизнь электронным приборам, вайфаям, гаджетам и искусственному интеллекту. Останешься помирать самой страшной смертью – голодной. Дом-убийца. Отличное название для ужастиков.
Куда б завели его неперспективные мысли, если бы не робот-пылесос. Он ожил, промямлил какую-то абракадабру, в переводе на русский получилось: «Необходимо зарядить батарею», и пошел искать базу.
– Что это, восстание машин?– с испугом в голосе спросила Николь. – Как в «Терминаторе»?
– Похоже – безжалостно согласился Невидимый.
– Я против такого заключения – сказала она и плюхнулась на пуфик.
– Я так понимаю до соседей мы не докричимся? – с издевкой спросил он.
Она закатила глаза.
– Ваша ирония мне не понятна.
– Чем хороши многоквартирные дома? – сам у себя спросил он и поспешил с ответом: – можно по батареям постучать и весь дом на уши поднять.
– Отлично – хмыкнула она таким тоном, каким обычно ведьмы порчу наводят. – Повезло кому-то жить в скворечнике и слушать стук по батареям.
Невидимый устроил интенсивную деятельность. Проверил все выходы. Их оказалось целых три. И как и предполагалось, ни один из них не открывался. Когда он вернулся к первому, она подытожила:
– А я смотрю, вы хорошо ориентируетесь в моем доме. Всё уже здесь облазили?
– Я вообще хорошо ориентируюсь в пространстве. Когда приехал к вам, прошел по саду, оценил будущую работу, деревья, клумбы, и заметил три входа. Один центральный, второй во двор, третий из подвала.
– Ну и через какой из них вы попали в дом? – прищурившись, спросила она.
– Через центральный, конечно, – не дрогнув ответил Дима, тем более не соврал.
– Как отключили сигнализацию? Камеры?
– Ничего я не отключал. Дом был открыт.
– Врете.
– Честное слово. Зачем мне врать?
– Затем, что вы вор.
– Да? И что я у вас украл?
– Я вас спугнула. Вы испугались…
– Ничего подобного. Я не пугливый…
– Я вернулась неожиданно. А вы как раз рассматривали мои украшения…
– Да какие там украшения…
– А когда я пошла в душ, вы собрали их на место…
– Ну, да, чтоб не валялись…
– И решили сбежать…
– Да как бы я сбежал…
– Вы разбили мою вазу…
– Я приберу…
– И что мне с вами делать? Запереть в комнате?
– Вам мало того, что я заперт с вами в доме? Если вы меня боитесь, то зря. Я садовник. Вот скажите, вы возьмёте меня на работу?
– Нет.
– Тогда мне тем более нужно выйти. Пойду к вашим соседям, попробую к ним устроиться.
– Нет, уж. Сначала мне нужно вызвать полицию.
– Ну так вызывайте.
– А я не могу. Мой телефон лежит в комнате.
Свой телефон Невидимый предусмотрительно не предлагал, он же не телефонист.
– Вы думаете, пока будете ходить за ним, я сигану в окно?
– Нет. Я думаю, вы как-то захотите меня устранить. Боюсь к вам спиной поворачиваться. Ещё стукнете по башке.
– Я? Никогда – постарался заверить он, но тщетно, если уж девушка придумала, то в этом убеждена.
– А я вам не верю. И да, напоминаю, я знаю кое-какие приемы.
– И кочергой умеете пользоваться – напомнил он, а она поправила:
– Бить. Вы пойдете со мной.
– Куда это?
– В мою спальню.
– Нет. Что за намёки?!
– Какие намёки?
– А вдруг у вас у богатых причуды такие, с садовниками развлекаться.
– Я тебя точно по тыковке кочергой тресну – пообещала она, и он поверил, хоть никогда не сравнивал свою голову с тыквой, но со стороны видней.
– А мы уже на «ты»?
– Ко мне требую обращаться на «вы» и шепотом – заявила она, при этом скривилась.
Он не стал беспокоиться, что у неё разболелся живот, скорее это её постоянное состояние при разговоре с предполагаемыми садовниками.
– Давай – махнула она в сторону лестницы – наверх. Мне нужно позвонить.
– Крестному? Генералу Никитину?
– Игорю Валерьевичу.
Она тюкнула его кочергой в спину. Подтолкнула.
– Что вы тыкаете в меня?
– Боитесь синяков? Вот мужик нынче пошел.
– Ничего я не боюсь, просто не очень приятно.
– А я не собираюсь вам приятно делать.
– А в спальню приглашаете – засмеялся он и пошел по лестнице. Николь предусмотрительно отстала на несколько ступенек, даже не подозревая, что ему всего лишь и надо, что оглянуться и столкнуть её с последней ступеньки и будет она лететь и кувыркаться, биться и стучаться костями, ломая их и кочергу.
В комнате царил беспорядок. Невидимый удивился. Когда он был здесь в последний раз, то на полу валялся только зеленый костюм, в котором она вернулась. Сейчас на пол перебазировался склад Центрального универмага.