Алёна Харитонова – Каждому свое. Исполнение желаний (страница 106)
Рекс почувствовал себя так, будто ему со всего размаху зарядили под дых. Едва сдержался, чтобы не прибавить шаг или не перейти на другую сторону улицы. Всю силу воли собрал в кулак и немножечко взял авансом в счёт будущих заслуг. Но сдержался, ничем не выдал того, что творилось внутри. Равнодушно прошёл мимо, даже не посмотрев в сторону потрясающей женщины в алом. И только завернув за угол, осел на ватных ногах, прислонясь спиной к стене.
Блядь, хули так-то!!! Попадись сейчас корпы, которые когда-то давно ломали Мэрилин жизнь, голыми руками разорвал бы!!! Ну, вот какого… за тех мудаков отвечать ему?! Почему? Почему? Почему?!
Он таки взвыл и со всей дури двинул кулаком в землю. Боль пробилась сквозь красную пелену обиды и бешенства.
Может, уйти на хуй из корпорации? Это непросто, чтоб без последствий, но реально… Ага, уйти ради Мэрилин, а потом быть сданным её сестрой. Су Мин даже думать не станет, она давно сотрудничает с «Виндзором». То-то там обрадуются. И правда, будут все шансы стать легендой корпуса.
Рекс яростно выдохнул сквозь стиснутые зубы и поднялся. Пошло оно всё! Надо прийти в себя. Армандо откроет, никуда не денется. А срываться нельзя.
Он поднялся и целеустремленно зашагал к северной окраине, стараясь не думать о женщине в алом и о том, как быстро она заменила его на другого.
* * *
Двери «У трамвая» оказались открыты. Армандо удивленно посмотрел на раннего гостя и спросил осторожно:
— А наёмник, ну, тот, к кому Диего ушёл, скоро появится?
— Как только, так сразу, — резче, чем следовало, ответил Рекс, но тут же взял себя в руки. На Армандо-то чего срываться. — С утра. Просто жди.
— Тьфу, — парень безрадостно кивнул в сторону столика, за которым дрыхла вчерашняя компания: двое убухавшихся в стельку ребят и их шлюхи. Парни спали мордами в стол, девки, одна из которых совершенно неженственно всхрапывала, обвисали на стульях в нелепых бесчувственных позах.
— Помоги убрать, — попросил Армандо. — Разговаривать с серьёзным человеком, когда такое в зале… несерьезно.
Рекс пожал плечами:
— Потащили.
Вместе они вынесли спящих во внутреннее помещение и свалили прямо на пол среди пустых бутылок, ящиков, щёток, сломанных стульев и прочего хлама. Армандо метнулся обратно, притащил потерянную туфлю и топ одной из девок, бросил на бесчувственное тело. Та даже не проснулась, так и продолжила пьяно всхрапывать.
Когда вернулись в зал, новоявленный хозяин бара, не говоря ни слова, открыл ключом шкафчик под стойкой, вытащил бутылку довольно-таки неплохого виски и налил в два стакана. Рекс опрокинул в себя тот, который стоял ближе, и выдохнул, чувствуя, как алкоголь согревает горло и потихоньку гасит клокочущее в груди бешенство. На смену горечи и злобе медленно возвращалось глухое равнодушие. Армандо, будто без слов поняв гостя, налил ещё.
— Спасибо, — Рекс отодвинул стакан. — Дел впереди до чёрта.
— Да ладно, чё тут пить-то, — отмахнулся парень и добавил: — Потом кофе ёбнем.
Рекс подумал, кивнул и уже заметно спокойнее выпил ещё. Мелькнула мысль, что следовало проверить пойло химанализатором, но дёргаться было уже поздно — первую-то порцию выпил без проверки. Да и, если подумать, до встречи с Су Мин травить посредника было бы со стороны Армандо несколько нездраво.
— Ничё так они повеселились, — хмыкнул Рекс, кивая на дверь, за которой дрыхла вчерашняя компания. — Сколько выжрали-то?
— Всё прокисшее, — отмахнулся собеседник. — Им по хуй, а в баре хоть какая-то движуха была. Сегодня, глядишь, посетители потянутся. Ты, если не торопишься, садись. Не против кофейного сублимата, не? Лучше у меня всё равно ничего нет. Садись, садись, без тебя же встречи не будет.
Горячий кофейный сублимат лёг поверх вискаря как-то тепло, даже ласково. Рекс почувствовал, что потихоньку берёт себя в руки. Глухая тоска и обида, конечно, никуда не делись. Перед глазами по-прежнему стояла белокурая женщина в красном. Женщина, которую ему предстояло отучиться называть своей даже мысленно.
— Слушай, — Армандо, не подозревавший о мыслях собеседника, заметно взбодрился после виски и кофе, — а этот главный, который придет, он какой?
— О-о-о, — Рекс отвлекся от грустных раздумий и откинулся на спинку стула. — Ты сильно удивишься.
* * *
Эффектная белокурая женщина в ярко-алом платье неторопливо шла по пустынному проспекту под руку с хорошо одетым видным мужчиной. Мужчина любовался спутницей и чуточку сожалел, что в такую рань улица безлюдна и вокруг больше нет никого, кто мог бы ему позавидовать. Двух приотставших на пару шагов сопровождающих в пёстрых рубашках и шортах он совершенно справедливо за завистников не считал. Про леди Мэрилин говорили, будто она никогда не крутит романы с подчинёнными. Ни со своими, ни с подчинёнными сестры. Довольно пикантная деталь к портрету женщины, в прошлом торговавшей телом. Но, надо заметить, эта деталь только усиливала вокруг неё ореол недоступности.
Оуэн сперва даже подозревал, что столь специфическая принципиальность — обычное враньё, однако поближе пообщавшись нынешним вечером с леди Мортенсон, быстро понял: эта женщина совершенно не похожа на поднявшуюся проститутку, пускай даже и элитную. Создавалось стойкое ощущение, что леди Мэрилин начинала не в борделе. Не знай Оуэн из достоверных источников о её прошлом, решил бы, что перед ним — близкая подруга влиятельного бонзы или сама бонза.
Мэрилин оказалась интересной собеседницей, к тому же она мало пила, великолепно, но не вульгарно танцевала и вообще вела себя с достоинством, несвойственным шлюхам, пусть и бывшим. Поэтому Оуэну пришлось по максимуму проявить своё обаяние, чтобы произвести на спутницу благоприятное впечатление. Всё-таки его несколько дезориентировало то, что леди Мортенсон не кокетничала, не поправляла то и дело волосы и не стреляла по сторонам глазами. Но даже несмотря на это, на неё были обращены взоры всех мужчин, находившихся в тот момент в «Томагавке». Тем не менее Мэрилин словно не замечала восхищенных взглядов, всё своё внимание она сосредоточила на спутнике. Чёрт, какая женщина!
А главное — Оуэн до сих пор не мог понять, как закончится их встреча. То ли леди решила прогуляться перед возвращением к себе, то ли всё-таки примет приглашение «на чашку кофе», чтобы приятно завершить приятный вечер. Что ж, впереди по проспекту — перекрёсток, там-то и станет ясно, сумел ли Оуэн очаровать эту женщину настолько, чтобы она повернула не к себе, а в сторону дорогого отеля, где есть и хороший кофе, и достойный её присутствия номер.
* * *
Пока Оуэн размышлял, идущий чуть позади него старший двойки прикрытия Мэрилин терялся в догадках ничуть не меньше. Дело в том, что он тоже не знал, где закончится нынешнее утро. И хотя за годы работы на свою нанимательницу Дейл неплохо её изучил, сейчас даже он не брался предсказать, как леди Мортенсон поступит с новым ухажёром. Возможно, вежливо распрощается, дав однозначную надежду на новую встречу, возможно, вежливо распрощается, дав понять, что новой встречи не будет, а возможно, позволит отвести себя в какие-нибудь дорогие интерьеры, где завершит встречу к взаимному удовольствию. Обычно Дейл такие вещи понимал почти сразу, но сейчас — увы. После того, как Молодому дана отставка, Мэрилин заметно пошла враздрай. Ну как заметно… хорошо ее знающие уловили.
Молодого, честно говоря, было даже немного жалко. Чёрт его знает, чего он так крупно накосячил, если Мэрилин послала его настолько жёстко. На парня прямо смотреть было тошно, когда он уходил. Однако Дейл всё равно про себя хмыкнул: на этом орешке и не такие крутыши обламывались, на что пацан рассчитывал — вообще непонятно, но мог бы и подольше продержаться, вроде ж круто у них началось. Во всяком случае, Мэрилин прежде не позволяла кому-то жить у себя. Молодой, собственно, стал первым. Чем сильно многих удивил. И вдруг такая резкая отставка. Интересно, чего он натворил? Мэрилин не свойственна истеричность. Из-за ерунды она бы парня не выставила.
Дейл знал свою нанимательницу много лет. Достаточно для того, чтобы неплохо её изучить и даже по тембру голоса понимать, когда она чем-то недовольна, когда зла, когда спокойна, а когда спокойна, но очень зла. Вот когда Мэрилин прощалась с Молодым, она была очень-очень спокойна и очень-очень зла.
В общем, Оуэну, скорее всего, не светит. С другой стороны, Мэрилин улыбается, держит его под руку и идёт довольно близко… Бля, да пусть лучше уединятся, глядишь, её отпустит, наконец.
Ну, Молодой, ну, косячник! Заставил, сцуко, напрячься. А ведь сколько лет спокойно работали. Теперь же непонятная какая-то хня из-за этого белобрысого. Жаль, приказа завалить не было. Насколько бы меньше проблем сразу стало.
Впрочем, Дейл в старшую верил. Знал, что возьмет себя в руки и соберётся. Он её всякую видел, и как она в себя приходила после куда более крутых поворотов — тоже. А тут-то, тьфу, сопляк какой-то. Это тебе не в «Норе» при старых хозяевах.
«Нора»… та еще была дырища, когда там появилась Мэрилин. Дейл отлично помнил этот день: тогдашний хозяин привёл в заведение ослепительно красивую светловолосую девчонку в коротеньком чёрном платье. Ткнул в неё пальцем и сказал Дейлу, стоявшему на входе: