Алёна Харитонова – Испытание на прочность (страница 8)
* * *
Лето вел байк по опустевшим окраинным улицам. Очередное поручение Оуэна: деньги — вперед, работа — вчера.
В центре все суетились, носились туда-сюда. На площадке, где продавали машины, вообще толпа была — продавцы не справлялись. Когда Лето сигналил, чтоб пропустили, его только ленивый не обматерил. Правда, увидев красный флажок на руле, тут же затыкались.
А вот окраина словно вымерла. Людей здесь вообще не было видно. Попрятались.
Все решали, что делать — драться или бежать… Дилемма получилась какая-то вообще неравноценная, у кого была возможность бежать, думали, как бежать, а остальные лихорадочно эту самую возможность искали и попутно (от безысходности) готовились драться. Сдаваться карателем дураков не было. Да и сами Лето с Нари отложили по гранате во внутренние карманы мотокурток. Кто знает, как повернется, а живыми даваться нельзя.
Лето гадал, как лучше действовать — вырываться самим или прибиться к Су Мин? Вдвоем с Нари им даже отделение карателей не одолеть, а со Старшей, вроде, больше шансов, вот только на нее и корпов больше свалится, она тихо выйти не сможет.
Су Мин, когда связалась, так и сказала: решай сам. Решай, бля… хоть монетку кидай.
Вот с этими беспокойными мыслями Лето и свернул на боковую улочку, где сразу же сбросил скорость — из длинного здания, стоящего вдоль дороги, вышел незнакомый патрульный и, заметив флажок, махнул гонцу, чтобы тормознулся. Мальчишка остановил мотоцикл.
— Парень, подожди секунду, — заговорил было патрульный, но тут из подъезда быстро вышел Аргентинец:
— О, ребята, привет. Вы ку…
В этот момент связные блоки патруля одновременно выдали три такта «слушать всем», после чего эфир нарушил спокойный голос Ли Янь:
— Внимание. Каратели ушли с южной окраины. Признаков окружения сектора нет.
И сразу же подключился ее зам Оуэн:
— А у нас репетиция начала Праздника. Вспоминаем схемы работы и поддерживаем порядок, — он усмехнулся, — ну, то есть не даем гостям устроить полный бедлам.
Патрульные, Лето, Нари, Аргентинец, будто не веря услышанному, разом повернулись в сторону резиденции центровой бонзы и застыли, глядя, как в безоблачное небо поднимаются три зеленые ракеты.
Первым пришел в себя, как ни удивительно, Лето. Он выдвинул подножку и, соскочив с байка, зарылся в седельные сумки, а через пару секунд сунул Нари в руки сигналку. Тут уж отмер и Аргентинец — выхватил еще одну, а потом в небо ушли очередные три зеленых.
— Поживем еще, бля!!! — ликуя, заорал один из патрульных, а Аргентинец швырнул пустой картонный цилиндр на землю, сгреб в охапку Лето с Нари, стиснул их и оторвал от земли. Девчонка беззвучно взвизгнула и так же беззвучно расхохоталась.
А где-то неподалеку в небо взлетели еще три зеленых ракеты.
* * *
Когда над сектором взлетели три зеленых ракеты, Диего поразился полному отсутствию реакции отрядных. Никто не расслабился — мужики не вышли из автомобилей покурить, не разоружились, не завязали разговоры… Как сидели по машинам, так в них и остались.
За стенами укрепмотеля, на улице, вопили и радовались люди, изредка стреляя в воздух от избытка чувств… А отряд застыл в состоянии мрачной готовности, будто радостная весть об отходе карателей его не касалась. Правда, девчонки вышли из своего автобуса и вернулись обратно в здание, но тоже какие-то притихшие, напряженные. Они косились на бойцов, которые словно оцепенели в машинах. Никто не отпускал шуточки, не открывал окна и не кричал девчонкам вслед всякое подбадривающее или обещающее — никакой бравады.
Все. Застыли.
В этом оцепенении просидели еще около получаса. У Диего уже задница плоской стала — в кузове Поролоновского пикапа скамья была жесткая, однако приказа расходиться по-прежнему не было. А когда Пять Ран уже совсем извелся от непоняток, из штабного микроавтобуса вдруг вышел Крупняк и покрутил над головой кистью руки.
Машины мгновенно ожили: водители, повинуясь беззвучному приказу, одновременно завели двигатели. Диего от такой слаженности стало окончательно не по себе. А тут еще и девчонки в окнах дома появились. Они смотрели на выезжающие автомобили, и лица у всех были бледные, вытянувшиеся. Опять-таки ни улыбок, ни воздушных поцелуев — только смятение во взглядах и… надежда.
— Вылезай, — за всей этой суетой Диего упустил момент, когда Поролон подошел к пикапу, — с нами не поедешь.
— Дык, хоть в чем дело, объясни! — взмолился Пять Ран, выпрыгивая из кузова.
— Мэрилин у карателей. Едем ее вытаскивать, — скупо ответил Леон и скомандовал: — Пошел!
Диего рванул к дому, а за спиной хлопнула дверца автомобиля. Ворота тем временем открылись, и первая пара байков рванула со двора на улицу. Уже у входа в мотель Диего развернулся, провожая взглядом колонну. Машина за машиной выкатывалась прочь. Пикапы с пулеметами. Два микроавтобуса о шести колесах каждый и в каждом — по десятку бойцов. Квадры и багги. Грузовик с огромной двуствольной пушкой и еще один, с чем-то тоже здоровенным, но непонятным.
И снова ни шуток, ни разговоров. Лишь мрачная злая сосредоточенность. Только сейчас Пять Ран осознал, в какой отряд его приняли. От колонны веяло чудовищной силой, пред которой Качино (ранее казавшийся Диего весьма серьезным человеком) выглядел ничтожной мелочевкой.
Пока новичок изумленно смотрел вслед последнему грузовику, с улицы в не успевшие закрыться ворота въехал и остановился в центре двора квадр с одним из операторов, которого все звали Умник.
— Может, подсказать что надо или поехать куда? — подойдя, осторожно спросил Пять Ран, которому не хотелось оставаться в стороне от общей движухи.
Латинос, спрыгивая на землю, усмехнулся:
— Инициатива — это, конечно, хорошо, но только в том случае, если опирается на понимание. У тебя понимания нет. Приказа тебе тоже никакого не давали. Так что сиди ровно.
— Я к тому, что это, конечно, круто всё было, — поспешно сменил тему Диего, — но че, правда, справятся с карателями? Корпы ж!
Умник бросил взгляд на часы и как-то на автомате ответил, думая явно о чем-то своем:
— В прямом столкновении мы им на один зуб. Зато у нас есть козырь, которого нет у них — Старшая. Она, если атакует, всегда побеждает.
— А-а-а, — протянул с уважением Диего.
— Ага, — передразнил его собеседник и пояснил: — Если старшая не видит шансов, то не лезет в драку, а ищет такой способ, в котором шансы есть, — он снова посмотрел на часы, а затем просигналил дежурному у ворот. — Короче, не парься. Я со многими работал, но здесь этот отряд — самый из самых.
Дверца штабного микроавтобуса открылась, и Умник побежал туда, оставив Диего стоять в одиночестве посреди пустого двора.
* * *
Хелена отошла от окна и растерянно опустилась на незаправленную кровать. Рано утром Эрна всех подняла и едва не пинками погнала в автобус, не то что порядок в комнатах навести или там умыться — одеться едва успели, чуть не на бегу в трусы запрыгивали. Какая уж тут уборка. А когда узнали о том, что леди Мэрилин попала к карателям, все словно оцепенели. И стало вообще ни до чего.
В укрепмотеле после таких новостей вместо паники и суеты воцарилось ледяное спокойствие. Бойцы сидели по машинам в ожидании приказа. Лица у всех были застывшие. Девчонки тоже притихли. Да и от одной мысли, что каратели совсем рядом, было жутко. Время замерло.
А потом над сектором взмыли ракеты и на коммуникаторы посыпались сообщения, что каратели отступили. В итоге девчонок отправили обратно в здание. Но мужчины как сидели по машинам, так в них и остались. Еще спустя несколько минут вскипела сдержанная суета, после чего бойцы уехали, а база опустела.
— Что если она не вернется? — едва слышно спросила Марго, не мигая смотревшая в окно. — Что тогда?
Хелена уронила взгляд под ноги. Обратно на арену их уже не возьмут — Джерри не мстительный, но предусмотрительно злопамятный. А они, хотя и ушли без долгов, все-таки наделали ему проблем — сперва с внезапно открывшимися тремя вакансиями, на которые надо было найти новых девушек, затем еще и с Бартом. В общем, даже если он до сих пор никого не подобрал на их места, назад все равно не примет. И как им быть? На улицу идти? После арены-то?
— Вернется, — упрямо сказала Конни. — Вы видели, сколько народу поехало ее вызволять? Точно вернется. Без вариантов.
Но на последних словах голос ее дрогнул.
— А если нет? — снова спросила Марго. — Что будем делать? Денег-то у нас едва-едва…
Хелена открыла было рот, однако в этот момент услышала в коридоре отчаянные причитания:
— Эрна, а если ты сделаешь только хуже? Ты хорошо подумала?
— Я похожа на идиотку, которая делает что-то, не думая?
Девчонки узнали голос старшей и мигом подорвались прочь из комнаты.
В коридоре и вправду стояла Эрна, одетая в потасканные джинсы и свободную майку. Вид у нее был донельзя решительный и совершенно, ну вот вообще неузнаваемый — без макияжа, с небрежно собранными в хвост волосами, бледная, как-то разом осунувшаяся.
— Я с тобой! — одна из девушек, имя которой Хелена, как назло, забыла и про которую знала лишь, что она работает на кухне, шагнула из стайки товарок к старшей.
Лишь сейчас Хелена заметила, что живот у говорившей слишком уж сильно выпирает под просторной клетчатой ковбойкой.
— Да вы вообще спятили, — покачала головой Долли — танцовщица, тренировавшая девушек на пилонах, которая как раз и затеяла всю эту заваруху с выяснениями в коридоре. — Это ж не шутки. А с пузом-то…