Алёна Харитонова – Испытание на прочность (страница 45)
А потом, когда он курил возле машины и строил эротические планы на ближайшие дни, вдруг приперся этот сопляк-рейдер.
Скотство!
Каратель вздохнул, погасил окурок о столик, взял стакан, наполнил его вискарем и задумался — идти или нет за льдом. Решил, «ну нах», выдохнул и влил в себя очередную порцию отвратительно теплого алкоголя.
Рейдеры — твари! Все лучшее под себя гребут. Людей, технику, аппаратуру. Их-то запросы месяцами, небось, не лежат. Как они сумели так быстро узнать про бабу? Добычу прямо из рук увели… Что ж за операция-то у этих пидарасов чуть не сорвалась? Одно утешает: вряд ли сопляку чего обломится от освобожденной стервы. Брюс скрипнул зубами, вспомнив, что обломилось ему…
А на хуй! Шлюха, она шлюха и есть!
Настроение совсем испоганилось. Даже вискарь не помогал. А ведь такие перспективы маячили… Блондиночка-то в запериметрии явно не из последних была, многих могла сдать, на многое навести. Месяца через два-три, конечно, полезность бы исчерпала, да и поднадоела, но уж вариантов сплавить ее с приличной выгодой у Брюса хватало. Или можно было не сплавить, а напоследок поразвлечься от души.
Не, не стоило бы оно того. В
Эх! Конечно, самому Брюсу не по статусу такие заведения, однако льготы как поставщику и соучастнику хозяева ему предоставляли, не морщась.
Капитан Левандовский допил виски и поставил опустевший стакан на столик. Дерьмо день. Дерьмо выход. Дерьмо вечер. Еще и тамошняя бонза нагадила. Ей рядового оставили специально для показательной казни, чтоб душу отвела и на говно не исходила, а она взяла и вернула мудака! И чего теперь? Забрать прямо сейчас нельзя, кто знает, в чьих руках он был и что с ним там делали. Карантинщикам, конечно, скинули указания, как обращаться, но они с таким контингентом редко дело имеют. Хотя… может, послушают. А не послушают, то, едва проблемы пойдут, мигом вспомнят. Но когда этот урод вернется, порядок в части всё одно вразнос пойдет. Живое ведь опровержение вбиваемой истины, что захваченного карателя за Периметром ждет только трудная и долгая смерть. Гадай теперь, как и когда вся эта ситуация выйдет боком…
Ну, на хер. О проблемах лучше завтра подумать. Когда злость слегка поуляжется и мысли в норму придут. А пока… пока можно и о льготах в
Уже спокойней Брюс нашарил на столике комм, выбрал контакт и нажал кнопку соединения.
— Фил, как жизнь? Прошлую партию еще не израсходовал? Нет? Хорошо, а то в этот раз одного дерьма наловили. Ничего, если я по-дружески заскочу? Да, настроение говно, улучшить надо. Ты там скажи своим, чтоб полный комплекс подготовили. Ну, как я люблю, да. И чтоб посмазливее. Обязательно блондинку.
* * *
Из «Алайне» Герард вернулся домой почти в полночь, когда центральные улицы утопали в сиянии голограмм — особенно сочных на фоне черного неба. С Эледой он распрощался у лестницы в кондоминиум — снова поцеловал ей руку, поблагодарил за прекрасный вечер и передал Батчу, скоординировавшемуся с охраной и обогнавшему кортеж Герарда перед самым домом.
Кстати, благодарность за прекрасное времяпрепровождение не была дежурной вежливостью. Вечер и впрямь прошел замечательно — сначала поужинали, а потом спустились к десерту в общий зал, где играла музыка. Мисс Ховерс со смехом заметила, что мистер Клейн, видимо, умеет читать мысли. А Герард просто понимал, что Эледа, как все девушки ее возраста (он никак не мог заставить себя называть ее женщиной даже мысленно), должна любить танцевать. Угадал. Она изумительно двигалась и оказалась замечательной партнершей.
А еще мисс Ховерс была мила и очаровательна. Ни натиска агрессивного кокетства, ни едкой иронии. Она не пыталась казаться искушенной — вела себя естественно, флиртовала изысканно…
Было приятно, что Ховерсы налаживали с ним контакт деликатно, не форсируя события, ожидая его первых шагов и… делясь возможностями, как, например, в случае с АБН. Наивно было думать, что их семья не могла устроить захват организации самостоятельно и потом продвинуть в том секторе своих людей.
Автомобиль мчал по выделенной полосе, а Герард, наконец, поймал себя на том, что всё не может отпустить завершившийся уже вечер. Поэтому он встряхнулся, извлек из кармана пиджака коммуникатор и переключил его с режима «Избирательный прием» на режим «Общий». Устройство сразу ожило: в поле извещений замигали иконки сообщений и уведомлений. Герард начал разбирать пришедшее, проверяя, есть ли дела, требующие немедленного внимания.
Тем временем его автомобиль и автомобиль сопровождения подъехали к небоскребу и нырнули в туннель индивидуального въезда. Разошлись двери транспортного лифта, машины мягко вкатились внутрь. Начался подъем.
Пока один из телохранителей проводил выборочную проверку пентхауса (три независимых системы контроля, конечно, утверждали, что посторонних на этаже нет, но электронику можно обмануть), Герард оставался в автомобиле, увлеченно изучая почту. Он оторвался от коммуникатора, только когда охранник открыл дверцу. Мистер Клейн кивком поблагодарил телохранителей за работу и отпустил до утра, а сам, продолжая скользить глазами по экрану, направился по короткому коридору в жилую часть.
В холле пентхауса стоял аромат кофе, а у порога хозяина апартаментов встречала горничная — статная женщина средних лет.
— Эльза? — удивился ей Герард, бросая взгляд на часы. — Рабочий день уже закончился, ты почему еще здесь?
— Мистер Клейн, — вздохнула женщина, протягивая руку за его смокингом, — сколько же можно об этом говорить? Мой рабочий день заканчивается, когда вы ложитесь спать, иначе мы вообще не будем встречаться. Я сварила кофе. Сигары в кабинете на столе. Несколько раз звонили из приемной Ханны Клейн. Настойчиво просили сообщить им, когда вернетесь. Я сообщила? Или легла спать, не дождавшись вас?
Герард снял галстук и тоже передал его служанке.
— Сообщи через, — снова взгляд на часы, — тридцать минут. Думаю, семья подождет, пока я приму душ и выпью кофе.
Горничная с пониманием улыбнулась. Она уже давно работала на Герарда, а потому успела изучить его характер, привычки и предпочтения. Эльза была заботлива, ненавязчива и очень исполнительна.
— Завтрак утром подавать в обычное время? — уточнила женщина перед тем, как уйти.
— Да, в шесть тридцать. Спасибо, Эльза.
— Пока еще не за что, мистер Клейн.
— Это за кофе и сигары, — улыбнулся Герард. — Спокойной ночи.
— Не стоит благодарности. До завтра.
Горничная удалилась, а Герард прошел в свой кабинет и включил голокуб. Надо перечитать сообщение Алехандро, всё обдумать, прикинуть возможности и последствия сегодняшней неожиданной встречи с Нейтом, пообщаться с Ханной… Но сначала принять душ и переодеться.
Прохладная вода приятно взбодрила. Герард даже какое-то время постоял с закрытыми глазами, бездумно наслаждаясь ощущениями, а потом мысли снова пошли своей чредой.
Его семья уже в курсе их с Эледой вечера в «Алайне», иначе зачем бы ему названивали из приёмной Ханны. Дитрих не рискнул выказать интерес лично (еще бы, однажды он уже проявил неуместное любопытство и надолго запомнил, насколько неприятными могут быть последствия), поэтому делегировал ту, которую считал более подходящей для подобных разговоров. У Клейнов это называлось деликатностью.
Интересно, о чем пойдет разговор? Реакцию родственников предсказать довольно сложно: в их представлении Эледа одновременно и хорошая, и плохая партия (уж мимолетным приключением ее точно не сочтут).
У Герарда, разумеется, хороших (в представлении его семьи) партий не было никогда. Что Дитриха довольно сильно раздражало, поскольку он не понимал, чего конкретно сын ждет от семьи и почему так долго тянет с ее созданием. Периодически Герарду делались намеки относительно «хороших партий». Намеки всегда поступали от Ханны. Давать ему прямые указания давно, очень давно не осмеливались, но настоятельно продвигать кандидатуры не стеснялись. Родственники не теряли надежды вернуть управление младшим через выгодную связь. Но Герард не давал им таких шансов.
Наверняка, узнав про Эледу и прикинув перспективы, Ханна будет на что-то намекать. Клейны не относят Ховерсов к удобным партнёрам, Ховерсы слишком непредсказуемы, слишком влиятельны и слишком сильны. В своей сфере так же сильны, как Клейны в финансах. С таким кланом лучше держать уважительный нейтралитет, еще лучше — сотрудничать, но не сближаться. Эледа, конечно, юна и теоретически безопасна, но у нее третий голос в семье. Это очень серьезно. В корпоративной иерархии она стоит ниже Герарда с его связями, должностью и положением, но при этом она выше в иерархии клановой.
Разумеется, Дитрих занервничал. Он старше Нейта, но голова у него работает ничуть не хуже, а Герард давно стал серьезной брешью в семейной безопасности. Просчетом отца. Самым тяжким, должно быть. Пока младший не вошел в силу, его считали обычным отщепенцем, к которому относились снисходительно и чуточку брезгливо. Поэтому, когда он занимал низкие должности, отец не беспокоился. А вот когда занял высокую — беспокоиться стало поздно. Карьерный рывок сделал сына неуязвимым для клана.