Алёна Ершова – Сфера времени (страница 48)
— Потому что, — наконец-то оторвался от панели управления второй, — это беспрецедентный случай. Необходимо написать отчет, всё изучить, донести до соучредителей, совета управления и правительства. Более того принятие решения об отправке спасателей не относится к нашей компетенции.
— Считайте, что правительство вы уведомили, а заодно и одного из учредителей, — осклабился Коренёв.
Операторы переглянулись, тот, что читал лекцию про материю и пространство, шумно сглотнул.
От дальнейшего общения с взбешённым министром горе-сотрудников спасла разъехавшаяся с тихим шипением дверь.
В помещение отправки туристов вошел молодой невысокий и при этом чрезмерно сутулый мужчина. Прическа его напоминала упавшее с дерева гнездо, а на правой щеке красовались характерные замятины, какие бывают, если заснуть за столом. Он осоловело хлопал красными глазами, но увидев Коренёва, тут же протянул ему руку.
— Здорово, Ваня, быстро же тебя принесло. Телепортнулся? Я тебе неоднократно говорил: телепорты сокращают продолжительность жизни.
— Вадим, у нас неприятности, — прервал его Иван. — Пропал турист.
Собеседник зевнул, забрал смарт-лист у второго оператора, быстро пробежал по нему глазами.
— Ребят, погуляйте, — бросил он подчиненным, а после повернулся к Ивану. — Неприятности у меня, ты, слава тестам, еще три года защищён от всего этого дерьма.
— Оставь это. Какие пути решения?
Вадим снова зевнул. Челюсть неприятно хрустнула.
— Проведем внутреннее расследование. Подделаем документы, чтобы это выглядело как нарушение инструкций со стороны пользователя сферы. Выплатим семье компенсацию. Вот с управленческим советом будет сложнее. Эти паникеры могут начать выводить дивиденды.
Иван с трудом подавил желание схватить совладельца компании и стукнуть об стену.
— Вадим, — сказал он нарочито спокойно, — человек пропал. Нам не нужны неприятности. Не приведи Небо, информация дойдет до журналистов.
— Не дойдет, первый раз что ли.
— Не понял.
— Ай, да что тут понимать! Где есть экстремальный туризм, там и жертвы. Одному надо было непременно эпоху викингов понаблюдать. Он написал все отказы, подписал кучу бумаг, что мы ни за что не несем ответственность. Сказал родным, что летит на Марс, и свалил через сферу. Честно, не знаю, долетел ли до любимых викингов или нет. Мы его даже к следилкам не подключали. Второй мечтал посмотреть на взятие Иерусалима Салах-ад-Дином[1]. Тоже не вытащили. И вот чем, спрашивается, людям Версальские балы не нравятся или Убийство Кенеди не подходит? Для кого маршруты разрабатываются? Короче, не бери в голову. Угомонись. Ты все равно от управления отстранён. Поэтому тебя эта проблема не касается. Тем более с точки зрения реальности мира все, что может произойти, уже существует в будущем и продолжает существовать в прошлом. По сути, это было предрешено вселенной.
— Вадим, ты гениальный физик, второй сособственник компании и мой друг. Однако сейчас я хочу свернуть тебе шею. Как, Дарт подери, пропало три туриста?! И ты знал и молчал. Да, я пока не могу напрямую руководить компанией, но я же не умер. Где хоть один отчет?
— Не кипятись, Вань, их нет. Ты же понимаешь, что у нас с тобой только половина акций, вторая принадлежит государству. Ты также знаешь, что я был изначально против того, чтобы ставить проект на коммерческий лад. Но мы здесь и сейчас. И теперь я не хочу работать на дядю за зарплату. Меня всё устраивает. Статус, деньги и та свобода, которые они дают. Поэтому нет никаких отчетов.
— Вадим, делай, что хочешь, но Багрянцеву надо вытащить. У неё грант был на тур от министерства образования. Это просто так не замнешь. Необходимо организовать поисковый отряд. Костюм снабжен датчиком. Там работы на полчаса. У нас же есть специалисты.
Ученый посмотрел на смарт-браслет.
— Через десять минут экстренное заседание управления, пойдем. Внесешь своё предложение.
Иван тут же отметил, что ему уведомление о собрании не пришло. Всё это смахивало не только на корпоративное преступление, но и на намеренное сокрытие от него информации. Единственным человеком, кто мог бы это провернуть, была Ариадна. Она занималась корпоративной безопасностью, курировала все тайные операции, связанные с использованием Сферы, и отчитывающаяся лишь Ивану. Она контактировала с внекастовыми, умело лавируя между их интересами и интересами семьи. И она не могла упустить из виду потеряшек. И она единственная, кто знал о Фросе.
Проблема в том, что Иван доверял ей как себе. Они познакомились, когда ему было шестнадцать лет. Она росла у него на глазах. Верить в то, что предал самый близкий человек, не хотелось. От этого было физически больно.
Мотив? У всего должна быть причина. Жажда денег? Так внекастовые ни в чем не нуждаются и не могут распоряжаться имуществом. Обида за то, что именно он стал наследником семейного бизнеса? Так не выказывала она никогда на этот счет никаких претензий. Тем более небольшую родительскую гостиницу он превратил в огромный Дом неопределённых связей с филиалами по всей стране. Чисто женская обида на развод? Так и брак их был чистой формальностью. Хотя последнее, пожалуй, вероятнее всего, ведь под удар попала именно Ефросинья.
— О, Эвелин Филиппович! Какая неожиданная встреча, прибыли в качестве наблюдателя? — глава совета управляющих сдержанно улыбнулся.
— Я пришел как
Шестеро человек, чьи гало-проекции заполнили обширный кабинет, транслировали целую гамму эмоций от раздражения до удивления. Следующие два часа были сущим адом. Эвелин впервые за долгое время ощущал, что инициатива ускользает. Принадлежность к Золотой сотне сейчас играла против него. Он не мог управлять членами совета, не мог воспользоваться ветом одного из собственников. Единственное, что он был в силах сделать в данной ситуации, так это уведомить представителя государственного сектора. Тут ему помешать не могли, все же половина компании принадлежала государству. Куратор, выслушав доклад, заявил, что вопрос находится вне его компетенции, и переключил на министра экономики.
«Круг замкнулся», — отметил про себя Иван, как только появилось донельзя довольное лицо министра.
— Повторяться не надо, меня уже ввели в курс дела. Давайте сразу, по сути, — начал Ромуальд. — Из-за чего произошел сбой?
— Тур проходил в критически удалённом промежутке времени, где велик риск нарушения между частицами, образующими связь сферы между веками. Что, видимо, и произошло. Потому как сфера пропала с экранов, и вернуть её не удалось, — коротко отчитался Вадим.
— Ясно. Как долго наниты сферы будут ограждать туриста от внешней среды?
— Заряд рассчитан на 72 часа, — глухо отозвался Иван, вспоминая, каково это трое суток находиться без еды и питья, да и уйти за это время от точки высадки можно очень далеко. Туристам, конечно, зачитывают правила безопасности, но не факт, что в экстремальных условиях они будут соблюдаться.
— Отлично, — министр выглядел донельзя довольным. — Есть ли у вас специалисты, обученные вызволению туристов из прошлого?
— У нас есть добровольцы, занятые на тестировании сферы, — ровно ответил Коренёв. Чем на самом деле занимаются эти специалисты, никому знать не обязательно.
— Я спрашиваю, есть ли у вас люди, умеющие четко, быстро, грамотно работать в условиях исторической среды, отличной от нашей?
— Нет, — нехотя признал Иван.
— И последний вопрос. На данный момент сфера скрывает туриста Багрянцеву, как вы планируете её искать?
«Действительно, как? Сейчас наниты скрывают Фросю. Извне сферу не отключить, а через три дня процент на благополучный исход будет критически мал».
Иван сжал кулаки.
— Экспедиция может быть отправлена через три дня. Костюм снабжен дополнительным маячком с радиусом в сто километров.
— А искать её будут в сферах? — хитро улыбнулся министр, и Иван понял, что бой проигран. Десять лет назад, когда ставился вопрос коммертизации С-40, было требование о невмешательстве в историю. Собственно, потому и вышли на Ивана и его нанитов, способных стирать или изменять пространство вокруг себя. Собственно маски в ДНС были просто игрушкой по сравнению с тем, как использовали его изобретение военные. Именно именно за счет контрактов с внекастовыми он заработал свое состояние. Запрет на снятие сферы в прошлом был закреплен на законодательном уровне, что делало в принципе невозможным любую спасательную операцию. А все маячки и термокостюмы были нужны лишь для соблюдения норм по туристической деятельности[2].
— О, вижу, вы меня поняли, — улыбка даже не думала сходить с лица министра. — Мы не имеем права отправлять туда спасателей. Так что обсуждение беспочвенно. Нужно решить вопрос выплат компенсации и позицию для прессы. Турист Багрянцева была гражданкой первой категории и отправилась за счет правительственного гранта. Я лично согласовывал финансовую сторону вопроса. Поэтому проигнорировать несчастье мы не можем. Предлагаю назначить совещание на завтра на десять утра, а сейчас доброй ночи, коллеги.
Министр отключился, а за ним стали гаснуть остальные голограммы.
Вскоре в кабинете остались только двое.
— Родственникам сообщили? — Иван устало рухнул в кресло.