Алёна Ершова – Кривое зеркало (страница 9)
Силы небесные! Даже для того, чтобы сесть за руль, надо сначала на права сдать, а детей заводят без всяких экзаменов и проверок на состоятельность, как же так?!
- Я не справилась. Не смогла. Мне не хватило сил и поддержки.
Из глаз потекли слезы. Было горько осознавать, что она, успешная, современная женщина не справилась с такой задачей, как материнство. Теперь выход для сохранения семьи всего один – вернуть малую в приют. Влад согласится: оставить его на неделю- другую с Яной, и он первый предложит такое решение. Обида на Влада душила. Иррациональная, затаенная, но от этого не менее сильная. Он точно виноват, но в чем, пока не понятно. Даже если отбросить подозрения, что девочка его, и поверить в череду случайностей, все равно остается горький осадок. Почему мирится по телефону, а не приехал сразу с цветами и кольцом? Вот Лена хвастается, что ее муж после ссор постоянно подарками заваливает, даже созналась однажды, что специально его провоцирует.
Оксана вздохнула, поднялась с кровати. Разрушать брак не хотелось, да и ей двадцать семь. Уже немолодая, новые отношения легко не построишь, а старые напрочь себя изжили. Нужно перекраивать, воспитывать мужа, не позволять к себе относиться, как к пустому месту. Когда все началось? С появлением ребенка? Нет, детеныш стал лишь катализатором, первопричины явно в ином. Когда Влад из супруга превратился в соседа по постели? Когда ей сделалось все равно, что происходит дома? Ответы на эти вопросы, увы, легко не находились.
На кухне завтракали родители. Отец сидел за столом, жевал бутерброд и пил крепкий пакетированный чай. Мать стояла у плиты и держала в руках кружку.
- Почему ты не сядешь за стол? – вместо утреннего приветствия спросила Оксана.
- Я уже ухожу, - буркнул отец.
Поднялся, выплеснул остатки чая в раковину и зашагал в сторону коридора. Через несколько минут хлопнула входная дверь.
- Что у нас на завтрак? – Оксана пристально посмотрела на мать. Та тут же подорвалась наливать чай и делать бутерброды.
- Ну, ты решила, что со своим козлом делать будешь? – Светлана Ивановна явно настроилась на боевой лад. Оксана поморщилась. Еще одну порцию гадостей о Владе слушать не хотелось. Логика материнских рассуждений обескураживала. Оксаночка - умница, красавица и свет в оконце, выбрала в мужья последнего проходимца, дурака и лентяя. Может быть, все и так, но обидно. Это был ее выбор, и его каждый раз, год за годом, обесценивали, втаптывали в грязь.
- Нет.
- Тут и думать нечего, бросай его, подавай на развод да ищи мужика нормального, пока молодая.
- Ты так говоришь, словно их тут очередь, из нормальных-то.
- Очередь не очередь, но один точно сыщется. Помнишь Эдика, сына моей подруги? Так вот он постоянно о тебе спрашивает. Да ты нос не криви, он, знаешь, какой перспективный?! На электронном валютном рынке торгует. Деньги лопатой гребет, не выходя из дома.
- Не лезь, я сама разберусь, - рыкнула Оксана, давая понять, что беседа ей неинтересна.
- Сама ты уже разобралась, – взвизгнула мать, - да так, что он тебе в подоле дитя приволок! Что ж ты за баба такая, которая позволяет о себя ноги вытирать?! Где ж ты понахваталась этого?!
- Не поверишь, матушка, у тебя! – прошипела Оксана и, грохнув кружку об пол, вылетела из-за стола. День обещал быть длинным.
***
Неделя тянулась непозволительно долго. Один выматывающий день сменял другой. Гора грязной посуды в раковине не уступала по высоте горе грязного белья в ванной, но окончательно до Влада дошло, что Оксана ушла насовсем, когда закончились чистые парные носки. Захлестнуло иррациональной обидой: как так? Потом нахлынуло понимание - во всем виновата эта мелкая пакость! Если бы не найденыш, его брак не разрушился бы. Не будь ребенка, они и дальше бы жили с женой долго и счастливо. Значит, стоит вернуть мелкую в «Дом малютки» и все станет, как прежде! Жизнь войдет в привычное мирное русло. Ему что больше всех надо? Да и не вывезет он один.
Судорожно стал собирать сумку. Одежда, подгузники, питание (нет, не то, от этого у Яны сыпь). Соска, погремушка. Сложил, застегнул, подхватил ребенка на руки, взял сумку. Шагнул за ключами от машины и наступил на резинового крокодила. Тот истошно запищал. Влад шарахнулся, прижав к себе девочку. Старая игрушка выскользнула из-под ноги. Мужчина сполз на стул, сердце бешено колотилось у горла. Перепуганная Яна плакала. Укачивая малышку привычными движениями, Владислав уставился на виновника переполоха. Резиновый крокодил, с которым он играл, когда был маленьким: кашей кормил, купал, катал на КамАЗе. Потом детство кончилось, и мама убрала игрушки в гараж. А вчера привезла Янке.
И вот этот «ветеран» взирал на Влада с немым укором.
- Видишь, Янка, какие раньше люди были. Все сохранить пытались. Будь то игрушка, человек или отношения. А я, выходит, поиграл и выбрасываю, да? Ничем не лучше мамашки твоей. Только она тебя так выкинула, а я цивилизованно, в обертке. Но с какой стороны ни глянь, все одно…гадко, – он вздохнул, взял малую за подмышки и развернул к себе. Посмотрел на круглое личико, поджал губы, поймав одну неприятнейшую мысль: «Знаешь, а ведь мы с тобой очень похожи. Оба никому не нужны. Обоих бросили. Только ты маленькая и создаешь проблемы, а я большой и, значит, буду их решать. Идет?»
Принятое решение словно подняло шоры с глаз, прочистило мозг. Сделанный выбор стал отправной точкой. Вопрос с Оксаной отодвинулся на задний план, на первом месте теперь проблема выживания. Влад положил Яну в качалку, включил ей музыку, взял лист бумаги и сел считать. Его зарплата со всеми премиями, надбавками и подработками: тридцать-тридцать пять - это потолок. Кредит - двенадцать, няня - десять, квартплата - три, еще три, примерно, на бензин. Итого: двадцать восемь на обязательные траты.
- Не, подруга, так мы с тобой кони двинем, надо что-то думать, - Влад побарабанил ручкой по столешнице. – Будем искать новую работу.
Однако с работой все оказалось из рук вон плохо. С одной стороны, летом в их крае начинался пляжный сезон и все кадровые перестановки замирали до октября как минимум, с другой, их многострадальный рубль опять завернуло в крендель, и народ попритих, ожидая, чем кончатся очередные игры в верхах.
Владислав несколько дней пересеивал рынок труда и понял, что поменять работу в ближайшее время не выйдет. Оставался еще один вариант, но даже мысль о нем вызывала отторжение. Настолько противоестественным он казался.
- Я дорос до повышения! - заявил Влад через несколько дней хозяину сети мебельных магазинов.
Начальник поднял на дерзкого менеджера глаза. Нет, ему нравились амбициозные и целеустремленные парни, но сейчас магазин переживал не самые лучшие времена: доллар полз вверх, нефть скатывалась вниз, кредиторы душили, а конкуренты точили ножи. Ставить в этой обстановке парня начальником филиала было не просто рискованно – опасно. На месте старшего он приносил стабильный высокий доход, а кадровые перестановки – всегда риск.
- Да, я вижу это, - тем не менее улыбнулся он сотруднику, - но свободных вакансий нет. Пожалуй, когда твой начальник пойдет в отпуск, то я поставлю тебя на замену.
- Мой руководитель ходит в отпуск зимой, а мне нужна эта должность сейчас, - не отставал тем не менее Влад.
- К чему такая спешка, молодой человек?
- У меня ребенок.
- Поздравляю! Но ничем не могу помочь.
На этом аудиенция закончилась. Владислав вышел из приемной, прикрыл дверь, навалился на нее спиной и закрыл глаза.
Как только принял решение, поправил форменную рубашку и быстрым шагом, пока не передумал, направился в сторону отдела кадров.
- Доброе утро, мне нужен бланк на заявление об уходе в декретный отпуск.
За дальним столом кто-то не то хихикнул, не то хрюкнул. Начальник отдела кадров подняла на Влада огромные, густо накрашенные глаза.
- Может, тебе справка нужна о том, что декретные выплаты не получал?
- Нет, - мужчина достал документы, - я, как опекун малолетнего ребенка, имею право на отпуск по уходу за ним до трех лет.
В отделе кадров повисла тишина. На Нестерова, не мигая, смотрели три пары глаз.
- Но мужчины не уходят в декрет, - пропищала молоденькая девчонка, робко выглядывая из-за компьютера.
- Да? – Влад насмешливо поднял бровь. Все его смятение, робость слетели, остался лишь злой азарт. – А в законе написано обратное. Так вы дадите мне бланк заявления или нет?
- Держи, - начальница отдела кадров протянула ему несколько листов, - заполняй. И принеси справку от супруги, что она в декрет не идет.
Влад вписал данные в предложенные бумажки, дал откопировать документы, попрощался и вышел.
- Вот позорище, - донеслось из-за спины, но возвращаться и узнавать, что имели в виду милые дамы, он не стал.