Алёна Дмитриевна – Сказка четвертая. Про детей Кощеевых (страница 95)

— Я тогда, пожалуй, тоже пойду, — подал голос Демьян. — Предупрежу Юлю.

И они ушли вместе.

— И когда они оба успели повзрослеть? — спросил Кощей, когда они с Василисой остались на кухне одни.

— Самая большая загадка в моей жизни, — отозвалась Василиса. — Но это не значит, что мы их потеряли. И вообще, может быть, завтра у нас с тобой станет вдвое больше детей.

— О, прекрати! — он придвинул к себе чашку с кофе. — Ладно Демьян, но Злата… Первые отношения. Это несерьезно.

— Ревнуешь? — улыбнулась Василиса.

— Нет, — нахмурился Кощей. — Скорее недоумеваю: почему из всех возможных вариантов она выбрала именно внука Сокола?

— А почему бы и нет? Разве это плохой вариант?

— Вариант для чего?

— Ну, кто-то недавно рассуждал о внуках.

Кощей едва не подскочил и с негодованием взглянул на жену. Та ответила невинным взглядом. Он покачал головой: ведь явно провоцирует. И что самое ужасное — у нее это получается.

— Это был чисто гипотетический разговор, — все-таки не удержался от ответа он.

— Боги тебя услышали.

— Василиса!

Василиса засмеялась, и Кощей прикрылся чашкой кофе.

Дети. Жены. Как же это порой сложно.

— Ладно, — смилостивилась над ним Василиса. — Я шучу. Разумеется, ни о каких внуках пока речи не идет. Так что лучше скажи мне, что думаешь по поводу ее сна?

Кощей вздохнул, поставил чашку обратно на блюдце и сжал пальцами переносицу.

— Усилю охрану, поговорю с Демьяном, дам ей охранный артефакт... Но не думаю, что ей действительно приснился вещий сон. Злата слишком преувеличивает свою связь с Навью. Полагаю, это возрастное. Со временем пройдет.

Василиса кивнула. В конце концов, она думала так же. Да и после утреннего стресса не хотелось снова поддаваться эмоциям и раздувать из мухи слона. Хотелось просто выпить кофе и морально подготовиться к завтрашнему ужину.

***

Яша был у себя. Завтракал в одиночестве, но когда Злата шагнула из зеркала — дверь в шкаф была предусмотрительно открыта — подскочил.

— Привет, — выдохнул он, оглядывая ее с ног до головы. — Все нормально? Не заперли?

Все-таки он был очень милый. Нельзя таким быть.

— Яш, я правда пошутила, — улыбнулась Злата. — И не настолько мой отец страшен.

И завтра тебе предстоит самому в этом убедиться. Как бы сообщить это помягче? Злата прошла до кровати и села на нее, оперевшись спиной на стену. Потом положила между спиной и стеной подушку. Так стало удобнее.

— Что сказал тебе Демьян?

— Ничего такого. Я бы сказал все то же тому, кто бы вздумал ухаживать за моей сестрой. Он тебя любит.

— Это да, — улыбка стала еще шире. — А я его. Нам друг с другом повезло. Угостишь завтраком? Я так к тебе спешила, что ограничилась кофе.

— Конечно.

Яша вернулся к столу, налил кружку чая, положил на тарелку пару пирожков и все это принес ей. Постоял, посмотрел, а потом перетащил к ней и свой завтрак. Устроился рядом. Они сидели на его кровати и ели пирожки, запивая чаем. На календаре было двадцать девятое декабря, они оба закрыли зачетную неделю и могли ненадолго выдохнуть перед сессией, торопиться было особо некуда. На окне в обрезанной бутылке из-под воды стояли еловые ветки, которые она принесла сюда, желая хоть немного украсить Яшину комнату к празднику. А за окном медленно-медленно кружились пушистые белые хлопья снега, знаменуя теплую погоду. Чуть позже можно было пойти погулять. И Злата поймала себя на ощущении тихой безмятежности. Давно ей не было так спокойно.

— Я не помню, как ты пришла ночью, — признался Яша, когда они оба закончили с пирожками. — Надо было разбудить.

— Я разбудила, — пожала плечами Злата. — А ты меня под бочок, и сказал, что кошмар больше не приснится, и чтобы я спала.

— Правда?.. — вздернул брови Яша. — Ничего не помню. А тебе приснился кошмар?

— Приснился. Но я уже слишком большая девочка, чтобы идти к родителям, так что подумала, что можно пойти к тебе. Ничего?

— Да нет, все правильно. Жалко только, что мы так сильно напугали твоих родителей.

Не она, а мы. Ну как его не любить?

— Ты так действовал, словно к тебе то и дело кто-то прибегает по ночам и жалуется на кошмары.

— А и прибегают иногда, — улыбнулся он. — Кто-нибудь из малышей регулярно. То ко мне, то к Климу. Я их уже не просыпаясь рядом с собой укладываю. Наверное, и в этот раз решил, что кто-то из них… А что тебе приснилось?

Злата сверилась с ощущениями. Рассказать — не рассказать? Но почему-то говорить с Яшей было проще, чем с родителями. Может быть, потому что она не боялась его реакции. Ей было страшно разочаровать отца. Яшу тоже не хотелось разочаровывать, но все же это было немного по-другому. После разговора с Демьяном и с ним все стало проще. И она решилась.

— Я видела кого-то чужого на нашем троне…

Злата перевела взгляд на окно и мысленно вернулась в сон. И оказалось, что она до сих пор помнила ощущение, что он принес: кошмарной непоправимости случившегося.

— Это так страшно? — не понял Яков.

— Трон Нави — не какая-то там табуретка, на которую можно просто так сесть и посидеть, — пояснила она. — Либо ты делаешь это с разрешения правителя — как Демьян садится на него, и Навь принимает, потому что такова воля моего отца, — либо…

Она не стала продолжать, но все и так было очевидно. Хочешь сесть на трон — убей его законного владельца.

— Я понял, — кивнул Яша, судя по всему не желая заставлять ее произносить это. — А если с твоим отцом что-то случится, то следующим на трон сядет твой брат?

— Не знаю. С одной стороны, мама с папой вставали в Круг. Она разделила с ним власть и по умолчанию наследует после него абсолютно все. Сам же папа назначил своим преемником Демьяна, но у меня есть подозрение, что Нави все равно до всех этих формальностей, и ещё неизвестно, как она поведет себя, если папа больше не сможет диктовать ей свою волю. Впрочем, все это чисто теоретические рассуждения. С ним ничего и никогда не случится, — уверенно закончила Злата.

— Конечно, — подтвердил Яша, явно желая ободрить и успокоить ее. — И это просто сон.

— Просто сон, — повторила Злата. — Яша, а у тебя есть на что-нибудь аллергия? Или предпочтения в еде?

Яков пожал плечами.

— Да нет, вроде. Я всеяден.

— Отлично. Папа приглашает тебя завтра на семейный ужин. Он хочет с тобой познакомиться. Помимо нас будут еще Демьян и его девушка. В общем, будет весело.

Злата ожидала, что он не обрадуется. Как минимум выскажется о том, что все это слишком быстро. Но Яша снова ее удивил.

— Вот и хорошо, — кивнул он. — Давно пора.

И побарабанил пальцами по коленке. Ну что ж, хоть немного, да волнуется. Не ей же одной трепетать. И все же она была благодарна ему, что он не стал высказывать это волнение открыто. Она сама слишком волновалась, чтобы сейчас его успокаивать.

С другой стороны, как Злата уже поняла, Яша вообще не сильно-то спешил делиться с ней своими тревогами и переживаниями. Клим обмолвился, что один зачет Яше пришлось пересдавать, и когда она спросила прямо, он не стал этого отрицать, подтвердил, но ведь не узнай она случайно, он бы ей ничего не сказал… Почему? Она бы спросила Клима, но тот, кажется, слишком переживал из-за отца Жени, что попал в больницу, и в последние дни вопреки своему обыкновению был не очень разговорчив.

Злата встала с кровати, собрала посуду, унесла на стол, вернулась обратно и подсела ближе так, чтобы он обнял ее.

— Расскажи мне что-нибудь, — попросила она. — Чем ты займешься, когда получишь диплом?

Яша улыбнулся, но Злате показалось, что в этот раз немного грустно.

— Согласно договору с Буяном, я должен буду отработать вложенные в меня средства. Они оплачивают мое обучение и дают мне содержание. Следующие двадцать лет после выпуска я принадлежу им.

— Звучит так себе, — поморщилась Злата.

— Да. Но моя семья не потянула бы оплату обучения. У Клима все немного проще, он по сути и так, и так собирается дальше работать на Буян. Но работа на Буян не помешает мне изобретать. И я подумал, что лучше уж так, чем совсем никак. Думаешь, я ошибся?

Честно говоря, Злата думала, что да. Но ей легко было рассуждать: у ее семьи никогда не было каких-либо финансовых трудностей и ей не приходилось принимать подобных решений.