Алёна Дмитриевна – Сказка четвертая. Про детей Кощеевых (страница 8)

Демьян вздохнул и отвел глаза.

— Злат, тебе не кажется, что одно дело продемонстрировать девушке небольшой фокус, а другое — рассказать про Навь?

Она пожала плечами.

— Просто не надо начинать рассказ со сведений о ее названии и населении. Я вот вообще не понимаю, почему вы все так ее боитесь. Она по-своему прекрасна.

Демьян смерил ее долгим мрачным взглядом.

— В тебе говорит отцовская кровь, — наконец выдал вердикт он. — Никто кроме вас двоих не видит в ней ничего прекрасного.

— Ага, и когда мы с тобой ставили замок вверх дном, ты тоже не видел в ней ничего прекрасного.

— Я был молод, глуп и самоуверен. И воспринимал это все как игру. И еще ни разу не сидел на троне.

— Так отдайте трон мне, — предложила Злата и тут же пожалела о сказанном. Оставалось лишь надеяться, что брат примет ее слова за шутку.

Но Демьян не разозлился, как она того ожидала. Только посмотрел еще внимательнее.

— И ты правда этого хочешь? — с какой-то очень странной интонацией поинтересовался он.

— Прости, — попросила она. — Просто… Просто в отличие от тебя я действительно не вижу в нем ничего страшного и не понимаю, зачем все усложнять. Ты мог бы жить своей жизнью в этом мире, я бы садилась на трон вместо отца, когда ему это нужно, и все были бы счастливы. Но нет. Вы же оба уперлись рогом, я уж не говорю про маму. Ах, Навь такое ужасное, такое неподходящее место для юной меня! А может быть я сама решу, что мне подходит, а что нет?

— Ты просто хочешь спрятаться, — безжалостно правдиво ответил Демьян. — И мы опять вынуждены вернуться к тому, что с тобой творится. Послушай, ну не получилось у тебя с каким-то парнем в семнадцать, но свет же на нем клином не сошелся. Живи дальше.

— Я живу.

— Злата, после того лета ты…

— Ничего не произошло, — спокойно и немного холодно отрезала Злата. — И ты прав, свет клином на нем точно не сошелся. Я просто поняла, что чувства — очень ненадежная вещь. Но ты и сам мне это говорил.

— Я не так говорил.

— Ты говорил, что любить больно.

— Да. Потому что иногда с человеком, которого ты любишь, может что-то случится, и это будет очень-очень больно, но это не значит, что лучше бы этого человека не было в твоей жизни. Я вообще жалею, что завел с тобой тот разговор. Тебе было семнадцать, мне хотелось уберечь тебя от ошибки, а в результате… Прости, Злат. Любить — прекрасно. Не закрывайся от этого.

«Наоборот, тебе нужно было быть со мной пожестче», — подумала Злата, но, разумеется, этого не сказала.

— Давай есть, пока не остыло, — попросила она и улыбнулась. — А потом пойдем играть. Не терпится тебя уделать.

Демьян покачал головой, сел напротив и тоже принялся за картошку. Злата не без удовольствия пронаблюдала за тем, как он кладет вилку в рот и блаженно зажмуривается. Так даже собственная порция начала казаться ей вкуснее.

— А я сегодня выгуливала старших внуков Соколовых, — поделилась она, желая окончательно перевести тему. — Это было забавно.

— Палились на каждом шагу? — усмехнулся Демьян.

— Да в том-то и дело, что нет, — пожала плечами Злата. — Но мне удалось затащить их в парк аттракционов. Знаешь, мужская бравада и все такое…

И дальше она в красках живописала ему помятые лица братьев, и то, как они потом молчали всю дорогу до Конторы. Ее рассказа как раз хватило на то, чтобы доесть и прибраться.

— И как они тебе? — спросил Демьян, когда уже расставлял протертую Златой посуду по местам.

— Разные, — подытожила она.

— И кто понравился тебе больше?

Злата хмыкнула, вопрос был с подвохом.

— Если мне что в них и понравилось, то это игрушка, которую смастерил Яков.

— С этого обычно у тебя все и начинается. Кто-то тебя чем-то заинтересовал, и все, — вздохнул Демьян. — Пожалей парня, дай ему хоть освоиться здесь.

— Я не собиралась…

— Ага.

Злата поджала губы. Раньше ей нравилось, что они с Демьяном все друг про друга знали и понимали. Но с возрастом это стало приносить одни проблемы. Тем более она действительно не собиралась. Даже не задумывалась. До этого момента. Черт.

— Пошли играть, — позвала она. — И не надейся сильно на победу, а то потом еще искать для тебя носовые платки.

— Тут такие не водятся, — гордо ответил Демьян.

— Конечно, ты ведь просто покупаешь одноразовые, — съязвила Злата.

Игрушка оказалась забавной, и в итоге они все равно играли в командном режиме, так что победителя не было. Но засыпая ночью на разложенном диване, Злата снова вспомнила Якова. Воспроизвела в памяти черты и увиденный с утра голый торс. Его шрамы. Он носил их так спокойно, словно так действительно было можно: просто принять, перешагнуть и жить дальше.

Это могло бы быть интересно. Заставить его раскрыться. Посмотреть, на что он способен. Она представила себе это буквально на секунду…

А потом отвернулась к стенке дивана, зевнула и усмехнулась в темноту.

Да ну к черту. Явно же девственник. Да и еще и наверняка с какими-нибудь душещипательными принципами. Нет, больше мороки, чем действа.

Придет же в голову…

А спалось ей хорошо. Но это потому что у Демьяна. Еще бы кофе научился варить как их отец, и тогда она бы подумала о том, чтобы вспомнить, что они не родные по крови, и выйти замуж за него.

Фу, гадость какая.

Глава 3

Кощей вернулся через четыре дня, в субботу.

Проходя с утра мимо кабинета, Злата обнаружила его спокойно сидящим в кресле за столом, будто он никуда и не отлучался. Возле него стояла кружка, и девушка цокнула языком в предвкушении. Ну наконец-то нормальный кофе!

— Папа! — она воровато заглянула в кабинет, потом не удержалась, влетела, подбежала, обняла, и, ощутив, как он обнял в ответ, дала себе пару секунд, прежде чем отстраниться. Возвращение папы всегда было событием, особенно с границы, где ей было до него не добраться.

— Мама знает?

— Мы уже позавтракали, это ты у нас соня, — он поцеловал ее в лоб и погладил по волосам.

— Что нового в Нави? — не удержалась Злата. — Что на границе? Где ты был?

— В княжестве Ростислава.

— Что?

Злата нахмурилась, отошла и опустилась в мамино кресло. Княжество Ростислава располагалось в Тридевятом и было одной из немногих территорий, не подчинившихся в свое время ее отцу и отказавшихся платить дань. Князь слыл потомком одного из сильнейших волхвов в истории Тридевятого, и, видимо, считал своим долгом уничтожить зло, живым воплощением которого в его глазах и был Кощей. Война с Ростиславом была затяжной и вялотекущей. Он без устали посылал богатырей в Навь и пытался найти союзников среди других князей. Кощей наблюдал, но при этом не спешил сдерживать аппетиты своих подданных в пределах вражеской территории. Последнее было лучшим аргументом против вступления в союз со строптивым князем для всех остальных.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Злата.

— Ростислав возжелал прекратить вражду и установить добрые отношения. Обещал уплатить дань в пятикратном объеме.

— В чем подвох?

Кощей удовлетворенно хмыкнул.

— Пока еще не знаю. Вот и будет чем себя занять, какое-никакое, а развлечение. Всегда интересно схлестнуться с достойным соперником.

— Мне есть смысл беспокоиться за тебя?

— Нет, — отец улыбнулся ей с нежностью и качнул головой. — А знаешь, что самое забавное?

— Что?

— В качестве обеспечения наших договоренностей Ростислав предложил свою дочь в жены Демьяну.

— Что?!