Алёна Данилова – Межмирие. Свет во тьме (страница 6)
– Прости, – присаживаясь на диван, произнесла я. – Не понимаю, что со мной происходит.
– Всё хорошо, милая, я смогу защитить вас, – он аккуратно размазывал мазь, втирая её круговыми движениями.
– Скажи, зачем я тебе? – я посмотрела в красные глаза мужчины. – Неужели ты влюбился…
– Влюбился? – задумался Дейсон. – Наверное, так называют у вас это чувство. Я, мы… понимаешь, я существо без души…
Он вновь смолк. Я видела, что ему трудно говорить об этом. Но я нуждалась в правде. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Всегда так считала, даже когда призналась первому и единственному мужу в том, что бесплодна, и он понял. Принял такой, какая я есть. Как он там? А отец?
Дейсон заметил моё состояние и погладил по щеке. Нужно сказать ему о том, что я сломанная, глупо, но так будет правильно.
– Я бесплодна.
– Ты беременна.
Мы враз сказали то, о чём думали. Не успела я осмыслить сказанное им, как скрипнула дверь, и в кабинет ворвалась Долианна с мужчиной чем-то похожим на Дейсона и Мэттью. Только он был старше, массивнее, с тёмными кожистыми крыльями за спиной, а татуировки чёрными завитками украшали всё его тело. Его глаза горели алым бешеным цветом.
– Я беременна, – повторила я, не веря, притронулась к животу, и слёзы побежали по щекам. Если бы знала, что к этому приведёт наш разговор, спросила бы я ещё раз в других обстоятельствах? Ответ – да.
– Что? – сделав шаг назад, пролепетала Долианна. – Невозможно! Ты живая!
Она выбежала, роняя слёзы. Значит, они умеют чувствовать. Тепло разлилось от понимания, что Дейсон сможет понять это. Неужели я поверила и собираюсь дать ему шанс? Я испугалась собственных мыслей и как в детстве уставилась в одну точку.
– Отец, Сатрее нужно отдохнуть, – обеспокоенно вымолвил Дейсон, аккуратно поднимая меня на руки. Я не сопротивлялась, впервые я была согласна с ним.
***
– Дед Остап рассказал мне, что случилось, – издалека начал отец и за долгое время приложился к спиртному. – Не думал, что всё это зайдёт настолько далеко.
В нашем мире не положено оставлять живых людей. Обычно такими попадают убийцы и всякие твари, грозившие мирному населению. Их казнили и отдавали высшим для пополнения резерва. После такого они не могли возродиться в мире смертных.
Ася стала исключением из всех правил. Умерла не в своё время, осталась живой в нашем мире, получила силу ведьмы. Сразу вспомнил, как она, сжавшись, произнесла: «Бесплодна». То, что она смогла зачать от высшего существа, тоже было крайне необычным. Иной раз даже наши женщины долгое время не могут стать матерями из-за очень малого резерва сил. Она другая.
– Думаешь о ней, – понимающе сказал отец. От его взора никогда нельзя ничего скрыть.
Отец ворвался в кабинет в боевой трансформации, и всё из-за малявки. Пора бы Мэттью поставить свою невесту на место, пока к этому не приложила руку наша мама. Она-то может всё что угодно. Скривился, представив, что она решит приехать и помешать налаживать отношения с Сатреей. Нет, это имя ей совсем не подходит. Её истинное намного лучше всяких здешних.
– Ха-ха-ха, – расхохотался отец и подмигнул. – Мама беременна.
– Опять? – удивился я.
И откуда только силы черпает? В нашей семье и так больше всех детей. Пятеро, а теперь ещё шестой появится. Мрак, ей же приспичит похвастаться новостью, вновь придётся студентов ставить на защиту крепости и просить зарвов подкопы оградить от Сабельников. Чёрт!
– Я не смогу два поместья обеспечить, – обречённо вздохнул я.
– Ты неисправим, – бутылка звонко ударилась о стол. – Насчёт дома не беспокойся, вояки постоят, а зарвы должок мне вернуть должны в настоящее время.
Кажется, я что-то упустил после рождения младшего брата. И когда только отец успел спеться с нечистью третьего уровня? Зарвы не спорят так просто, эти существа рассчитывают всё на несколько шагов вперёд. Как они могли просчитаться в споре с нашей семьёй и стать нашими должниками? Догадка промелькнула, и я шокировано посмотрел на отца.
– Ты что, поспорил о свадьбе с той святошей с зарвами? Так поэтому четыре года меня штурмовала та распутная девка?
– Случайно вышло, – развёл он руками. – Ты же помнишь, как я переживал за маму.
– Всю неделю из бара не могли тебя вытащить, – заскрежетал я зубами. – Вы тогда полкрепости в прах превратили поссорившись.
– Посмотрю я на тебя, когда девочка родит и имя выбирать начнёте, – усмехнулся отец и поднялся. – Пора мне. Завтра отправлю к тебе часть зарвов.
– Что ты ставил от нашей стороны? – преградив путь к выходу, серьёзно спросил я.
– Тьму, – спокойно произнёс отец, зная, что я маме теперь ничего не сболтну лишнего. – Как видишь, всё осталось на прежнем месте. Жаль, повоевать только не вышло.
Раздался крик Аси. Отец воспользовался замешательством и ретировался. Мы ещё поговорим с ним насчёт этого, но потом. Сейчас нужно узнать, что с девушкой и успокоить её. От мыслей о ней волна удовольствия прошлась по коже. С каждым разом желание владеть ей становится сильнее. Она истинная пара такого, как я, а жаль…
***
– Ася, – в комнату ворвался встревоженный Дейсон. – Что случилось? Почему ты кричала?
– Плохой сон, – в душе становится чуть спокойнее и теплее. – Сколько я спала?
Очень важно узнать сколько. Страх начинал наступать по новой. Нескончаемый лабиринт, тьма гнала к свету, забирая душу. Я не могла ничего поделать, когда она настигла и собиралась изгнать из своих владений. Но та сторона резко закрыла ворота. Там я теперь тоже чужая. Осталась только серая полоска пропасти, в которую я падаю и кричу от безвыходного отчаяния.
– Минут пятнадцать-двадцать, – приближаясь, отвечает мужчина. – Я рядом, всё будет хорошо!
Обнял, уткнувшись в макушку. Аккуратно гладил по спине и шептал слова утешения. Прям мыльная опера из слезливого сериала. Не думала, что когда-нибудь приму участие в таком. Так, а что это он под одежду полез, там ничего успокаивать не надо!
– Что вы делаете? – осторожно спросила я.
– Опять на вы? – отстраняется, грустно улыбнувшись.
– На ТЫ не заслужил, – решила подразнить и оказалась прижата к кровати.
– А если разрешу раз в неделю учиться? – целуя шею, спрашивает Дейсон, принимаясь хитрить.
– Три раза в неделю, – сжимая ткань, хрипло прошептала я.
– Два в академии, – Дейсон увлёкся и прикусил ухо. – Один дома.
– Да, – простонала я, окунаясь в пучину разврата.
Заметка пятая
Учение – свет, а неученье – тьма
Дружным строем нас вели по пустому коридору академии Межмирия. Вионетта весело щебетала о предстоящем походе в парк. Бенджемин шёл рядом и о чём-то усиленно размышлял. Ничто не предвещало беды.
Неожиданно дверь одного из кабинетов распахнулась, повалил сильный снег вперемешку с жёлтым песком. Две девушки вывалились и упали, держа друг друга за волосы. Первую я узнала, вспомнив первый день здесь, – святоша. Вторая отличалась золотистой кожей, короткими чёрными волосами до плеч и львиным торчащим из штанов хвостом. Они яростно дрались, оставляя кровавые раны.
Наш учитель, прозванный Ботаником, неспеша подошёл к враждующим девушкам и как котят поднял за шкирку. Посмотрел вначале на одну, а после – на вторую. Те сразу как-то сжались и приутихли, усмиряя стихии, бушующие рядом с ними.
– Где преподаватель? – строго потребовал он ответа.
– Я здесь, – послышался голос профессора Пиона.
– Зам? – поправляя очки, усмехнулся учитель. – Что ж вы птенчиками раскидываетесь?
– А…
– Тшш, – перебила Вита и прошептала: – Они давно враждуют.
Мышь поднялась на задние лапки и скрестила передние. Виновницы тяжело сглотнули и переглянулись. Ни капли сожаления, только страх за собственные шкуры.
– Они! – пискнул профессор, шевеля усиками. – Перешли все границы дозволенного порядка – по вашей вине!
– Что же сделали столь прекрасные леди? – удивился Ботаник. – Дрались из-за меня?
Поставив названых «леди» на ноги, мужчина начал расстёгивать чёрную рубашку. Женская часть ахнула, мужская насторожилась и принялась образовывать круг, потянулась группа профессоров, помогая нашим парням.
– Что происходит? – от нехорошего предчувствия засосало под ложечкой.
– Сражение, – нервно произнесла Вита. – Братику это точно не понравится.
– Нужно немедленно остановить их! – я попробовала прорваться вперёд, но Бенджемин ловко перехватил меня и отвёл обратно на место.
Он принюхался, глаза округлились, шерсть на голове встала дыбом, хвост распушился. Резко развернувшись, Бенджемин побежал в круг и заорал что есть мочи:
– Стоп! В этом месте присутствует беременная! Защитное поле от разрушения здания навредит ребёнку!
– Чёрт! Сатрея, я совсем забыла, – прикусила губу Вионетта и виновато склонила голову. – Прости!
Её слова в наступившей тишине прозвучали как раскат грома. Все взгляды устремились на меня, толпа загудела, как растревоженный улей. От подобного внимания жар опалил лицо. Я попыталась сбежать, но врезалась и оказалась обнята.