Алёна Черничная – Лайк за любовь (страница 40)
Он сдался нашему безумию, как и я.
— Ты меня погубишь… — Его губы нашли мои, заставляя терять себя и окружающий мир окончательно.
Дальше полный провал. Жесткий, властный провал. Никакой романтики и нежности. Все было грубо и быстро. Я впивалась в его плечи и шею ногтями так, что тут же оставались яркие следы. Движения его бедер были настолько резкими и четкими, что мое тело вздрагивало от боли, но чертов адреналин творил со мной странные вещи — мне это нравилось и возбуждало еще сильнее. Грань между болью и наслаждением становилась все призрачнее.
Егор крепко держал меня за бедра, чтобы я и на миллиметр не могла сдвинуться на поверхности стола. Мы прижимались своими телами с такой остервенелой страстью, что могли переломать друг другу ребра. Он дышал сбивчиво, а сердце свирепо билось о грудную клетку. Его пальцы небрежно гладили мою грудь, пока я совсем не тихо стонала ему в шею от болезненно нарастающего возбуждения. Каждая мышца на его теле была пропитана желаем обладать мною полностью, без запретов. Егор, совершая мощные толчки внутри меня, напряжено хрипел:
— Моя девочка, ты такая горячая.
Хватая воздух, который закончился во мне уже давно, я дышала лишь им. Дышала его стонами, его грубостью, страстью. Его губы опять жалили синяками мои плечи и ключицы — мне было все равно. Мое тело само легко отзывалось на подобные ласки. Егор кусал губы, шипел, тихо матерился, сквозь стоны, которые с каждым его глубоким толчком становились громче. Он пытался закрыть мне рот поцелуями, но тщетно — я продолжала извиваться в его руках и стонать.
Огненные всполохи приближающейся разрядки, окончательно вывели меня в безумие. Я резко прижала бедра Егора к себе, чувствуя, как низ живота дрожит и сжимается. Мое сознание провалилось в глухой омут. Он, крепко обхватив мою талию, слегка приподнял меня над столом. Мое тело расслабленно прильнуло к горячим напряженным мышцам, нежно обхватив руками мужские плечи и спину. Сквозь туман наслаждения я видела, как задрожали ресницы парня, а зрачки заволокло пеленой экстаза. Я как можно сильнее сжала на весу свои ноги вокруг мужских бедер, давая свободу Егору двигаться во мне. Его глухие низкие стоны заполняли все свободное пространство вокруг. Ему нужна была всего лишь еще секунда…
Но резкий стук в дверь окатил нас обоих ледяным обухом, возвращая в реальность.
— Егор, можешь выйти? Это Георгий Иванович. Ты мне нужен, — раздался глухой мужской голос по ту сторону кабинета.
Несколько мгновений полной тишины и жуткой неловкости.
— Сейчас. Минутку, — хрипло выкрикнул Егор, опуская меня на пол и поспешно натягивая белье и джинсы.
Дрожащими руками я пыталась вернуть свои кружева туда, где ему место, попутно чувствуя, что щеки сейчас покроются ожогом. Мы с Егором нервно переглянулись, приглаживая свою одежду. Его разноцветные глаза все еще горели, а лицо точно так же пылало, как и мое.
— Люблю, — прошептал он, бешено сверкая глазами.
— И я люблю… — и сошла с ума. Сердце снова рухнуло вниз.
— Уже можно? — дверь слегка приоткрылась.
— Да, Георгий Иванович, заходите, — судорожно переводя дыхание, произнес Егор, продолжая смотреть на меня.
На пороге кабинета возник седовласый мужчина средних лет в строгом бежевом костюме. Он осторожно оглядел нас с ног до головы.
— Простите, что помешал, — Георгий Иванович сделал недвусмысленный акцент на последнем слове. — Решил, что лучше постучать. Вас очень хорошо было слышно за дверью. Здравствуй, Егор и…?
В моей голове пронеслись все известные мне матерные слова от «А» до «Я», и только после этого я сгорела со стыда.
— Кира, — смущенно пролепетала я, стараясь не думать, что этот мужчина слышал, как я только что жарко стонала.
— Очень приятно, — ему, видимо, было так же неловко, как и мне, потому что он старательно избегал со мной зрительного контакта. — Егор, ты мне нужен на пару слов.
— Да, конечно, сейчас, — он сдержанно улыбнулся и кивнул мне на ключи от машины лежащие на столе. — Кир, подожди внизу, пожалуйста.
А я была только и рада исчезнуть из этой комнаты. Я вылетела из офиса быстрее, чем скорость звука и перевела дыхание лишь тогда, когда захлопнула дверь черного кроссовера.
— И кто это был? — осторожно спросила я, когда Егор вернулся в машину.
— Это папин партнер, — помолчав секунду, он кинул на меня косой взгляд.
— Боже-е-е, — я посмотрела на него, растерянно хлопая глазами. — Извини.
— Моя, — Егор потянулся ко мне, беря мое напряженное лицо в ладони, — то, что ты вытворяла в кабинете… Если бы ты знала, как я связан тобой по рукам и ногам.
Я молча уткнулась ему в шею, краснея и улыбаясь одновременно.
— Отец звонит, — усмехнулся Егор, доставая из кармана вибрирующий мобильник и отвечая на звонок. — Да, пап. Я помню, что документы срочно. Уже забрал. Едем обратно, — отчеканил он и, задорно подмигнув мне, протянул ладонь.
Это становилось своеобразным ритуалом — наши переплетенные пальцы. Мы уже практически выехали из города, как у Егора снова засветились цифры на экране.
— Наверное, опять отец с корпоративного номера звонит. Нажми ответ, пожалуйста, — попросил меня Егор, бросив короткий взгляд на телефон.
Я послушно нажала зеленую кнопочку на экране, а следом за ней кнопку громкой связи.
— Егор Александрович? — Раздался приятный женский голос в динамике.
Мой вопросительный взгляд буквально пропилил блондина насквозь.
— Вас беспокоит заведующая медицинской клиники. Вы просили позвонить вам лично, когда результаты будут готовы. Как мы и договаривались, вы можете забрать их в моем кабинете.
Я изумленно уставилась на Егора, чувствуя, как начинают холодеть его горячие пальцы. Он медленно освободил свою руку от моей и схватился за руль с такой силой, что костяшки пальцев приобрели белесый оттенок.
— Я вас понял. Спасибо, скоро буду. — Металлический тон голоса неприятно отозвался в моих ушах.
Резко нажав по тормозам, что я буквально вписалась руками в переднюю панель, Егор развернул кроссовер через две сплошные.
Глава 33
Сжатые губы, каменные скулы, застывший стальной взгляд, который он не сводил с дороги — все это не предвещало ничего хорошего. Даже рычащий мотор машины напряженно крутил обороты под стать внутреннему состоянию своего водителя, заставляя кроссовер стрелой лететь по трассе с запредельной скоростью. Я видела, как при каждом сжимании кулака на руле, по всей руке от запястья до плеч натягивались жилы и мышцы. Вопросов было много, а спросить язык не поворачивался, поэтому я молча притаилась на сидении, вздрагивая от каждого нового скоростного оборота мотора. Егор не проронил ни слова до ворот той самой клиники.
Мы несколько минут сидели молча, когда он остановил авто на парковке перед медицинским центром. Егор не сводил глаз с вывески над входом в здание. Это молчание в эфире уже начинало накалять нервы. По крайней мере, мои точно.
— Егор…
Он резко откинулся спиной на кресло, а рука достала из кармана в двери пачку сигарет. Одним ловким движением пальцев, Егор вытащил ее и тут же зажал губами. Чиркнув зажигалкой, он вдохнул никотин полной грудью, с наслаждением прикрыв глаза. Нахмурив брови, я повернулась к парню, смотря, как он осторожно выдыхает серый дым.
— Ты куришь? — недовольно заворчала я, не ожидая, что могу увидеть его с сигаретой в руках.
— Да, курю. И чтобы не было больше вопросов на эту тему, говорю сразу — курю на постоянной основе и бросать не собираюсь, — Егор напряженно выпустил дым изо рта.
Мне пришлось молча проглотить и едкий запах никотина, и наглое высказывание про то, что он собирается курить и дальше, так как ругаться на эту тему сейчас было бы бессмысленно.
— Ты мне ничего не хочешь сказать? — тихо спросила я, наблюдая, как быстро тлеет сигарета в его пальцах.
— Хочу, — он выкинул окурок, освобождая свои легкие от остатков дыма, — сиди здесь. Я скоро, — дверь кроссовера распахнулась, и Егор выскользнул на улицу.
— Но…
— Я сказал, жди в машине. И чтобы не как в прошлый раз, Кира, — он предостерегающе сверкнул глазами, прежде чем оставить меня в полном недоумении.
«Прекрасно», — промелькнуло в моей голове, пока я провожала взглядом широкую спину в серой футболке. Егора не было от силы минут десять, но за это время я успела пересчитать все машины на парковке, рассмотреть до мельчайших подробностей здание клиники. Я делала все, чтобы не пытаться загружать свой мозг мучительными вопросами и ответами, зачем мы сюда приехали. Когда Егор вернулся, то его лицо по-прежнему не выражало никаких эмоций, а крупные губы были сжаты так, что выглядели как одна тонкая линия. Только трясущийся белый конверт в руках говорил, что парня изнутри бил сильнейший озноб.
— Что это? — еле слышно произнесла я, взглядом показывая на конверт.
Меня, как и Егора стала пробирать дрожь, которая потихоньку вытряхивала воздух из легких.
— Это? — он задумчиво повертел в руках конверт. — Это правда, Кира.
— Правда?
— Знаешь что общего между пулей в висок и ложью? — его разноцветные глаза прожгли меня пристальным взглядом.
Я сглотнула ком в горле и отрицательно повертела головой.
— И то и другое может убить. Только пуля в висок убьет тебя за секунду, а ложь — мучительно и медленно. Что выберешь ты? — такой холодный и вибрирующий тембр его голоса, и меня тут же настигло чувство, что передо мной вот-вот все поплывет.