Аля Тафи – Отложенный развод (страница 7)
— А ты?
— А я скучаю, конечно! Не понятно только, что задумал Дима.
— А спросить? — Танюшка поправила очки и посмотрела на меня. — Спроси его. Чего прятаться-то? Хочешь, мы спросим? — она воинственно поджала губы и посмотрела на Катю. — Так спросим!..
В дверь постучали, и на пороге появился Сергей с небольшими букетом васильков.
— Привет! — улыбнулся он мне и повернулся к девочкам. — Здравствуйте, я Сергей.
Девочки, переглянувшись и кинув на меня удивлённый взгляд, широко улыбнулись ему.
— Катя, Таня… — по очереди представились они и снова метнули на меня взгляд. — А вы, собственно, кто?
Я, пряча улыбку в уголках губ, склонила голову и тоже посмотрела на Сергея. Даже интересно, как он представится им?
— Друг, — тут же ответил он и подмигнул. — Близкий…
Девчонки тут же возмущенно уставились на меня, мысленно пытая.
— Серёжа Вениаминович — мой доктор и, как оказалось, сосед.
— Оу… — протянула Таня многозначительно. — Нам пора, Лен.
Катя тут же принялась суетливо выгружать из пакетов различные вкусности.
— Да, бежать пора, Лен, — кивала она, складывая пустые пакеты обратно в сумку. — Пока, солнышко, созвонимся!
Они махнули мне ручками и выскочили за дверь.
— Занятные у тебя подруги. — хмыкнул Сергей и присел рядом, положив цветы на тумбочку. — Это с ними ты до ночи песни пела?
— Пела? — я удивлённо вскинула брови и вмиг покраснела, вспомнив как мы с девочками, напившись вина, горланили с балкона «Седую ночь».
— Громко было? — закусив губу я отвернулась.
— Ну… на парковке было слышно. — Сергей хмыкнул и рассмеялся, когда я, простонав, закрыла лицо руками. Вообще-то квартира, в которой я теперь жила, была на восьмом этаже. Нормально так мы с девочками пели.
— Зато теперь я знаю, что ты любишь творчество Шатунова.
Отняв руки от лица, я рассмеялась: — Это да. Люблю. Только стыдно-то как…
— Пф-ф. Это не стыдно, — он осторожно погладил меня по щеке. — Как рука?
— Хорошо. Обезбол действует, — я пожала плечом. — Пришлось, правда, людей переписать. Ты же не отпустишь меня?
— Не отпущу… — Сергей смотрел на меня прямо. — Никуда не отпущу…
Он снова осторожно погладил по лицу и убрал непослушную прядь за ухо.
— Я так и подумала, — смущённо отвела глаза.
— Сегодня не успел пообедать, заехал в ресторан, заказал кое-что. Давай поедим? — он тут же сменил тему, а я выдохнула с облегчением.
— Давай!
Дима
Пробил по номерам машины владельца и сердито фыркнул.
Такого мне по носу не щёлкнуть. Вернее, щёлкнуть-то я, может, и щёлкну, да в ответ прилететь может.
Журавлев Сергей Вениаминович. Врач-травматолог, хирург, заведующий отделением в городской больнице и по совместительству брат жены нашего мэра.
— Вот черт! — выругался я. Только ругайся не ругайся, а достать до этого Серёжи не смогу. Руки коротки.
— Травматолог… — я нахмурился, вспоминая. Так Ленка же со сломанной рукой! Этот доктор с ней явно и познакомился в кабинете, когда гипс накладывал.
Значит, всё не так уж и плохо. Я не опоздал.
Глава 10
Осторожно открыл дверь и, заглянув в палату, выдохнул с облегчением. Неандертальца в палате не было. Нет, я, конечно, узнал заранее о том, что у него сегодня операционный день, и он будет занят, но мало ли…
Зашёл к палату, и посмотрел на Лену. Она спала, подложив ладошку под голову. Такая трогательная, нежная… не такая, какая она в жизни. В жизни Лена — грозная амазонка. Она такой человек, который всегда стремится вперёд, заставляя всех вокруг неё шевелиться.
Я прошёл в палату и осторожно сел на стул рядом с кроватью. На тумбочке стояла банка с васильками. Это, скорее всего, ей неандерталец принёс. Так мелко… Такая, как Лена, заслуживает только розы. Положил к её ногам свой букет из роз.
— Все цветы мира к твоим ногам… — усмехнулся и снова посмотрел на жену. — Эх, Ленка, Ленка… вернуть бы всё назад… я бы так не палился.
Устало вытянул вперёд ноги и задумался. Всего-то прошло меньше недели, а как резко повернулась моя жизнь! Всё, что так долго и упорно строилось, все разбилось. И самое главное — зачем? Я не могу себе ответить на этот вопрос. Мне казалось, я влюбился в Олю. Увидел и пропал. Сейчас вот думаю, что не было там любви, просто похоть и желание получить её.
Получил вот… по самое не балуй.
Ладно… это все проза жизни, не иначе. Сейчас главное — вернуть Лену обратно домой. Пусть не сразу простит, будет злиться, но её отпустит. Она такая у меня. Не злопамятная. Мы, конечно, так чтобы серьёзно и не ругались особо. Больше по мелочи. Но прощает Лена быстро. А что держать обиду в сердце? Мы же родные люди! Двадцать лет вместе! Подумать только…
А как тяжело начинали? Ничего не было. Даже спали на полу. Нам на свадьбу денег подарили, и мы купили комнату в малосемейке. Там и мальчишки родились. Ладно, соседей не было. Бабка умерла, а сын её в другой стране жил. Комната сначала была закрыта, а потом он нам её сдавал. Не знаю, какие соседи смогли бы крики Алешки вытерпеть. Он слабый родился, видимо, Ленка ещё не окрепла после Ильи, да и грудью кормила старшего почти до родов. А после родов оба сосали. Как пиявки мелкие были. Все время на ней висели. Ну это и правильно. Дети на матери. Она их родила, она ими и занимается. Меня тоже мать растила, считай, одна. Отец на Севере работал, вот мать всё сама и делала. Никто не помогал ей.
Помню, Ленка гулять уходила, чтобы я отдохнул. Я тогда пахал как конь. С утра на рынке стройматериалы продавал, а по субботам таксовал. Чтобы мне спать не мешать, Ленка пацанов одевала и выходила с ними гулять. Часа три погуляет и домой. Илья в коляске, а Алешка в слинге. Привяжет, как цыганка, Алешку к себе, вот он там и спал.
Они в одной комнате жили, я в другой. С ними-то не выспишься совсем. Алешка спал, только пока его на руках держишь. Вот она его всю ночь и носила, пока я спал.
Кинув взгляд на спящую Лену, задумался: а Ленка-то как высыпалась?
Может, днем? Илья-то спокойный был. Спал, да ел. Это Алешка крикун был страшный. Хотя что сейчас вспоминать? Выросли пацаны. Алешка выше меня ростом. Учатся оба. Сами поступили, сами учатся. Даже подрабатывают, что нас лишний раз не напрягать. Молодцы… Ну так и правильно… Сколько в них вложено-то? Ленка как ужаленная с ними носилась по всему городу. Садик, школа, кружки, репетиторы… Сколько денег она на это отдала! Дом в Сочи можно было купить. Одни кисточки для Алёши сколько стоили, а краски, холсты… Ладно, Илья шахматами увлекался и борьбой.
И хоть ворчал я тогда сильно, что денег много уходит, но сейчас, глядя на пацанов, понимаю: все правильно делала Ленка. Хорошие пацаны у нас выросли. По лавочкам не сидят, не пьют, не курят. Илья вообще весь в мать — вижу цель, не вижу препятствий.
Алешка только… художник. Но толковый, это да.
Ленка пошевелилась, просыпаясь, и открыла глаза.
— Дима?
— Привет. — я улыбнулся и, наклонившись, поцеловал её в щеку. — Как ты себя чувствуешь?
Глава 11
Наверное, я была спросонья, и Дима застал меня врасплох, потому что, улыбнувшись ему, ответила:
— Привет, Дим. Всё хорошо, ты сам как?
Он явно обрадовался, потому что тут же заулыбался: — Я рад, что тебе лучше.
— Лучше? — переспросила я удивлённо, и в этот же момент все вспомнила. И то как сломала руку, и то как он меня дернул, и то, что сейчас лежу в больнице. — Ну да, лучше. Мне Серёжа Вениаминович обезболивание вколол.
— Вколол?
— Угу… в попу. — совершенно невозмутимо произнесла я.
Муж сердито поджал губы: — Ну да, он же врач.
— Да, конечно. Врач он, — я усмехнулась. — Ты что хотел, Дим?
— Тебя увидеть, — Дима погладил меня по загипсованной руке.