Аля Полякова – Измена. Развод. Десять лет спустя (страница 3)
Это Наташа, моя лучшая подруга последние лет двадцать. Мы с ней вместе коляски после роддома катали, родили почти в одно время, ее старший сын Никита, всего на пару дней старше Миры. И в отличии от моей дочери при разводе его родителей остался и во всем поддерживал мать. Я завидую? Наверное, да… Так же в отличии от личная жизнь у Наташки сложилась, она вышла замуж второй раз и родила еще двоих детей. Одного всего пять лет назад.
– Привет, ты чего в такую рань звонишь? – отвечаю, улыбаясь, смотря как подруга на видеосвязи пытается сдержать зевок и подпирает свою лохматую рыжую голову рукой.
– Здорово. У Соньки соревнования по гимнастике, начинаются в 10 утра, а в зал нужно приехать в 7. Вот я с первыми петухами и вскочила. Нервничаю, как сегодня пройдет, уснуть не могу, – договорив Наташка, все же прикрывает рот ладонью, широко зевая.
Я смеюсь, качая головой. Наташка сова и встать для нее в такую рань настоящий подвиг.
– Выпей кофе и пройдись, должно стать легче.
– Мне станет легче, если я засуну голову в бочку с ледяной водой. Но я тебе не жаловаться звоню вообще-то, а у знать, как у тебя там дела? Не сожрало тебя твое семейство?
– Скажешь тоже, – отмахиваюсь, стараясь скрыть смятение. – Все нормально.
– Точно?
– Да. Сегодня купили Мире платье и туфли. Просто потрясающей красоты, аж глаза слепит, все в кристаллах и стразах. Завтра завтракаем в полном составе и произойдет знакомство с будущей родней и женихом, а потом мы едем отдыхать на яхте.
– Звучит, как мечта, но судя по твоему голосу, совсем не твоя. Что не так, Оль? Жалеешь что приехала?
– Нет, конечно, как я могу жалеть? Это же свадьбы Миры…просто…– замолкаю секунду, прислушиваясь к своим ощущениям и мыслям.
– Просто, что? – Наташка опять зевает.
– Столько всего я упустила в отношении Миры. Мне хочется нагнать время, и в какие-то моменты я вижу, как дочь тянется ко мне. А в другие понимаю, что она совсем чужая. Вроде и мой ребенок, а вроде и совсем не мой.
– А Ромашка-Простоквашка как?
– Только ты его так можешь называть, – улыбаюсь.
В голове всплывает образ бывшего мужа. Совсем он уже не Ромашка. Роман Багров – миллионер, предприниматель, общественный деятель. Серьезный человек. И красив как черт! Ненавижу.
– У него все отлично. Счастливо женат на какой-то Джессике.
– А я тебе говорила, не стоило тебеитуда одной ехать! Взяла бы с собой моего племянника. Ему двадцать три, красивый, подкаченный. Навела бы там шороху в их идеальном королевстве.
– Наташ, ну не хочу я так. Не хочу ничего выдумывать и стараться из кожи лезть, что-то кому-то доказывая. Я такая, какая я есть. Да и пофигу что от меня ушли именно из-за этого. Я же сюда не вспоминать былое приехала и не возвращать Романа, а на свадьбу к дочери.
И я не кривлю душой, когда говорю это. Единственное, меня пугает, что я прилетела на три недели, а не на три дня. – Прости. И за то что расспрос тебе устроила прости, просто я же тебя знаю, Олька, тебя там если даже на этой яхте повезут на съедение аллигаторам ты ведь жаловаться не будешь.
Я вновь смеюсь.
– Наташ, кажется в свое время ты пересмотрела фильм Возвращение в Эдем.
– О да, очень его люблю. Особенно за то, что героиня не повелась ни на какие вторые шансы и построила отношения с достойным мужчиной.
– К сожалению, я не героиня фильма, а всего лишь главная героиня своей жизнь.
– Ты не только главная героиня, но еще и главный режиссер и продюсер своей жизни! И ты имеешь право вставлять правки в сценарий написанный сверху. Так что, грудь вперед, попку краником, губы бантиком и походку от бедра! И делай вид, будто ни один кобель в этой жизни тебя не кусал! Особенно этот Ромашка-простоквашка.
– Наташка, я не могу, ты хочешь, чтобы у меня от смеха пресс появился?
– Он у тебя и так есть не прибедняйся. В общем целую тебя в обе щечки и верю в тебя, подруга. Отдыхай и поменьше общайся со своим токсичным бывшим и твоей вертихвосткой дочкой. Проклинаю тебя на роман с шикарным миллиардером!
– Все давай. Пока, – прощаюсь с Наташей не переставая смеется.
Благодаря оптимизму и не унывающему нраву подруги я в свое время и не тронулась умом и не совершила много необдуманных поступков. Она всегда была рядом, как и ее верное плечо, которое превратилось в мою любимую жилетку поплакать.
Немного поработав и отдав своей помощнице указания, переодеваюсь в джинсовые шорты, свободную футболку и зашнуровывать кеды, иду прогуляться.
В отличии от прогнозов моей обожаемой семьи я не теряюсь. Покупаю себе уличную еду в небольшом синем трейлере и выхожу на берег океана. Народу очень много, все по парочкам или компаниям, или со своими собаками, которые бегают по пляжу довольно лая.
Нахожу себе место и присаживаюсь на пока еще теплый песок.
Жизнь прекрасна и я совсем не чувствую себя одинокой в этот момент. Ни капли. Мне хо-ро-шо.
5 Глава
– Мам, ты что еще спишь? Ты где? Мы тебя ждем? – шипит в телефон Мира.
Я только что разлепила глаза и никак не могу сообразить где нахожусь. Спальня погружена в темноту, ночью я закрыла плотно шторы блэкаут и сейчас трудно определить день на дворе или уже давно за полночь. Джетлаг настолько меня вымотал, что пришлось выпить таблетку снотворного и я видимо не услышала будильник.
– Я проспала, – констатирую очевидное.
А смысл отпираться?
– Мам, блин! Алекс с отцом вот вот приедут! – Мира на взводе. – Его отец ненавидит опоздания…ты меня подставляешь! Папа и Джессика уже здесь.
Свешиваю ноги с кровати, пытаясь осознать какой сейчас день, год и вообще на какой планете я нахожусь. Голова просто ватная! Ненавижу снотворные, как и всякие другие таблетки.
– Я буду готова через десять минут. Прости.
Мира насупившись дышит в трубку.
– Ты же знаешь, как это для меня важно!
– Я уже извинилась, Мира, – произношу строго. – Десять минут мне на сборы и двадцать на такси. И я буду в ресторане.
– И будет уже поздно!
Мира возмущено цокает языком и бросает трубку.
Вздохнув, взлохмачиваю волосы, которые после сна антеннами стоят в разные стороны. Ну что ж, доброе утро дивный мир!
Приняв быстро душ и почистив зубы, делаю легкий макияж. В моем возрасте без точечной коррекции уже не обойтись, а после долгого сна лицом в подушку, мой вид так себе. Консилер, румяна, немного туши и блеск для губ. Нарисовать стрелки или не надо?
Пф…
Кого я там собралась удивлять своим внешним видом? Раздраженно отправляю подводку для глаз обратно в косметичку.
Наношу немного любимых духов.
Надеваю легкое красное платье-рубашку, на ноги белые босоножки на небольшом каблуке. Времени на укладку мало, поэтому просто расчесываю мокрые волосы назад и прячу их под шляпой. Солнечные очки, сумка. На все ушло ровно девять минут!
Теперь задача поймать такси.
Выходя из жилищного комплекса, приветственно киваю швейцару и застываю на месте. На встречу мне двигается Роман.
На его загорелом лице солнечные очки, но я почему-то уверена, что он пристально разглядывает мои голые ноги. По ним бегут иглы мурашек, это чувство ни с чем не спутать.
– Доброе утро, Оля. Все еще любишь поспать? А меня с возрастом наоборот начала мучать бессонница, – говорит Роман и останавливается рядом.
– Что ты здесь делаешь? Тебя Мира прислала? – отступив немного назад, потому что не хочу чтобы моего носа касался запах его туалетной воды.
Надо же столько лет прошло, а он до сих пор пользуется Лакост Л.12.12 Белый. Это штука какая-то? При его деньгах и статусе можно выбрать любой аромат мира, а он использует тот, что я подарила ему на свою первую стипендию на нашу годовщину?
– Да, она. Мира очень переживает, чтобы эта встреча прошла без сучка. Ей важно одобрение отца Алекса Стивена. И я приехал, чтобы отвезти тебя. Я знаю короткую дорогу, а ты со своим географическим кретинизмом, будешь плутать по улицам еще час.
Мне хочется влепить ему пощечину. Звонкую такую, смачную, чтобы его довольное загорелое лицо отлетело в сторону. Но вместо этого я сладко улыбаюсь и произношу:
– Не надо делать вид, что ты меня все так же хорошо знаешь, Роман. Прошло слишком много времени после нашего с тобой нормального, – делаю акцент на последнем слове, – общения. И ты не имеешь права меня судить или вешать ярлыки.
– Зубки отрастила? Оль, ты мне такая нравишься даже больше, чем когда была молода, – Роман спускает очки на кончик носа, и уже не скрывая своего взгляда ныряет им в ворот моего расстегнутого платья. – Пуговки застегни.
– А то, что? Боишься заработать на завтраке косоглазие? – взмахнув сумкой на длинной золотистой цепочке, закидываю ее на плечо и цокая каблуками иду в сторону припаркованного мерседеса Романа.
Затылок, лопатки, ягодицы и даже лодыжки жгут от его взгляда! Пусть смотрит, мне не жалко, только вот дотрагиваться до меня он не имеет больше никакого права.
– Чем Мире так важно одобрение этого Стивена? – спрашиваю, когда мы уже почти подъехали к ресторану, расположенному на тридцать третьем этаже небоскреба.