Аля Миронова – Охота на Хищника (страница 3)
– Павел Олегович, я вот о цифрах задумалась, – максимально собранно отвечаю. – Выходные провела за отчетностью дочерних, так вот Южный – совсем плох.
– Эльвира Алексеевна, давай без воды и по делу, – смотрит на меня сверху вниз.
Меня аж передергивает от собственного имени. Ну маменька, спасибо, удружила. А еще, говорят, что никогда не видели молодых Тамар, Ларис и Эльвир… А я? Мне всего двадцать пять! Мало того, Корнеем Чуковским дразнили, так еще и… Долбаное имечко! Всю жизнь приходится быть лучшей, чтобы меньше дразнили. Закончила школу с золотой медалью, университет – с красным дипломом. Так же успешно прошла магистратуру. Попутно сдала экзамен и получила сертификат об окончании бизнес-школы. Ладно хоть ботаничкой не прозвали. Хотя… Кто их знает.
– Без воды и по делу: мое мнение – Южный необходимо закрывать.
Конференц-зал сразу оживает. Вот так новости я им принесла.
– Обоснуй! Давай хотя бы пять пунктов.
Да хоть десять! По мере того, что я говорила, лица у сотрудников вытягивались. Только челюсти потом собрать не забудьте с пола, товарищи.
– Так! – берет слово генеральный. – “Калькуляторов” я прошу задержаться. И юристов тоже… Все остальные – свободны.
Начинается суета, грохот стульев, мельтешение. Блин. Теперь придется еще и ближе пересаживаться.
– Корнеева, а ты знаешь, что делали с гонцами, что несли дурные вести? – ну да, так у нас шутит только зам генерального по юридическим вопросам, Филимонов.
Причем, ему было неважно, что шутки вовсе не смешные и понятные только ему одному.
– Я слишком молода для подобных познаний, Александр Юрьевич, – не могу удержаться от колкости, глядя на этого типа. – Будьте добры, просвятите.
Однако, не успевает Филимонов открыть рот, как рявкает в голос Селицкий.
– Ти-ши-на!
– Я вот, знаете о чем подумал… А если нам сменить управляющего в Южном? – несколько отрешенно начинает генеральный. – Естественно, я подниму этот вопрос с акционерами, завтра. Но мне нужен кандидат.
– Желающие среди присутствующих есть? – перенимает инициативу Пал Олегыч.
Ага, ну конечно! Лес рук, как же. Ищите идиота в другом месте. Не думаю, что среди нас есть душевнобольные.
– Повторяю вопрос, желающие есть? – снова с пустотой общается Селицкий. – Так… Понятно. Наташа, – обращается к секретарю, – список присутствующих дай. Так…
Твою ж… Не нравится мне это его “так”. Чувствую себя, слово в универе, когда препод одним, лишь ему известным, методом тыка избирал жертву…
– И счастливым обладателем новой должности становится… барабанная дробь… Корррррнее-ева! Поздравляю!
– Чтооо?! Я не согласна! – кричу, подскакивая с места.
– Возражения есть? – спрашивает генеральный, словно не слышал меня вовсе. – Возражений нет. Завтра кандидатуру согласую. Корнеева – пакуй чемоданы. Ты переезжаешь.
Даааа, вот и подошла к концу твоя блестящая карьера, Эля…
Поздравляю, блин!
Дни до моего перевода пронеслись со скоростью света. Передать дела, пройти медосмотр, освободить квартиру (за которой обещал присмотреть бывший – сдавать свое жилье каким-то посторонним людям вообще не хотелось)… – все это напоминало дурной сон.
– Корни, ну ты чего расстраиваешься? – весело щебечет Карпикова Анита, моя единственная подруга в компании. – Зато теперь – ты большой босс.
Карпуша с такой важность произносит это, что меня накрывает новой волной апатии, – сбежать не получится.
– Ага, скорее босиха, – без энтузиазма бурчу в ответ.
У подружки округляются глаза, и только тут до меня, что я ляпнула. Мы с Анитой одновременно взрываемся от смеха.
Обожаю Карпушу – ей только повод дай развести других на кафе. А тут – так вообще святое дело, такой-то повод!
– Ну вот серьезно, все головное гудит, что тебя поставили управляющей в филиал! Признайся, – прищурившись, продолжает подруга, – шея не болит?
– В каком смысле?
Никогда не знаешь, что в голове этой бестии, на то она и продажник. Тьфу ты, менеджер по продажам этикетки. Все продажники – личности творческие. Иначе как можно втюхать невтюхуемое?
– Ну как-то ты ж должность заслужила. Головой, не иначе…
– Дура ты, Анька, и коза твоя дура. Хочешь, поменяемся?
Уж лучше б я здесь рядовым была, чем в той ж…
– Эээ, нееет, подруга! Я ещё жить хочу! – отмахнулась Карпикова, а я поникла.
– Ну а коли ты жить хочешь, то пора уже мужика завести. Тогда и жизнь интереснее будет, и в чужую лезть расхочется.
– Ага, сказала мне монашка, которая три года без парня. – хохочет подруга. – У меня-то хоть на корпоративе было, в прошлом месяце, как его, на июньке, вот. А у тебя? До сих пор по Олежке страдаешь?
– Ты же знаешь, что это не так, и…
– И вы “просто общаетесь”, – перебила меня Анита с интонацией, а ля “так я тебе и поверила”. – Да-да. Знаю. Но могла бы “просто общаться” хоть ради здоровья, что ли. Тебе ещё детей рожать!
От мыслей о детях мне автоматом плохеет. Никогда не думала о семье. Моя мать не скрывала, что нагуляла меня, да и ни разу не рассказывала о том, что мечтала о моем появлении. Однако, она дала мне максимум того, на что была способна. Семья в это число не входит.
– Ну, а коли так, вот тебе подарочек, но открой только тогда, когда новое директорское кресло освоишь! – с каким-то подозрительно-хитрым взглядом сует в руки небольшой прямоугольный сверток, тщательно упакованный в оберточную бумагу. – Что-то мне подсказывает, на твоей новой должности тебе это точно пригодится… Хотя бы, чтоб не сойти с ума.
И вот оно, моё будущее…
Казалось бы, всю свою сознательную жизнь я стремилась именно к этому моменту: я – босс. Но почему-то совсем не ощущаю радости, глядя на двери своего нового места
Иногда думаю – уж лучше б мне замечание сделали или выговор какой. Ну не лежит у меня душа к этому месту, которое изначально обречено. А у меня на такие вещи чуйка. И вот сейчас она просто вопит о том, что надо валить отсюда, пока цела. Но куда мне идти? Сомневаюсь, что если прямо сейчас напишу заявление “по собственному”, меня просто так отпустят. С Селицким шутки плохи – это я ещё в универе поняла, когда с ним хотели “договориться” на экзамене. Бедный студент почти сразу в армию пошел, и больше так никогда не делал. Остается надеяться на свою умную головушку. В крайнем случае – закажу себе место на кладбище с видом на море. Мда, оптимизм так и прёт. Если без последних трусов не останусь, с такой работой…
-Эльвира Алексеева, а что ж вы не позвонили, что приезжаете? Вас бы Вадик в аэропорте встретил, – лебезит местная секрету… тарь.
В аэропорте… Не сработаемся, абсолютно точно! Чувствую себя ревизором прям… “Судьба, проказница – шалунья, определила так сама: всем глупым – счастье от безумья, всем умным – горе от ума.” (с.).
– Наталья Николаевна, – обращаюсь к ней, упорно игнорируя ее фривольное “можно просто Ната”. – Соберите через полчаса всех руководителей и их замов в моем кабинете.
Намеренно игнорирую слово “пожалуйста”. Ната тута (или здеся) не задержится, да и мне следует с порога включать босса. Пусть думают, что я властная стерва, чем сразу на голову сядут. Да и мой антикризисный план мало кто одобрит из местных, так что…
Силиконовое нечто, надув ярко-красные губенделы, свободной походкой от бедра уплывает на свое рабочее место. Да-да, пока ты здесь, милочка, работать придется. Я не твой бывший босс, ко мне под стол не надо.
Так-с, пока есть время до прихода лиц местной власти, я осматриваю, теперь уже свои, владения. Несмотря на значительную удаленность от столицы, все же я в городе-миллионнике, уже неплохо. Офисное здание современное, аренда за него, как мне известно, нам поступает хорошая. Потому что эту высотку строила одна из компаний нашего холдинга пять лет назад, а мы его выкупили за относительно небольшие деньги. Южный занимает четыре верхних этажа, остальные шестнадцать – под ноль заполнены арендаторами.
Из особых плюсов – здесь охраняемый подземный паркинг, и охрана здания подчиняется именно нам.
Надо будет проверить персонал. Не хотелось бы доверять свою безопасность абы кому. Да и, чувствую, что друзей у меня здесь совсем не будет. Надо бы привыкать…
– Эльвира Алексеевна, во-первых, позвольте от лица коллектива поприветствовать вас здесь, – после моего краткого представления вступает один из немногих мужчин, как это модно говорить, начбез Домовой Денис Васильевич. Прискорбно…
– Благодарю, – коротко киваю. – Вижу по счастливым лицам, что мне здесь очень рады. Жаль, что в первую очередь, я вынуждена перетянуть весь коллектив.
Черт! Ну как можно строить из себя властную стерву, если мой рост без каблуков даже до ста шестидесяти не дотягивает, а веса и того, сорок шесть кэгэ. Ощущаю себя фанатом ЦСК на трибуне у Спартака…
– Все здесь присутствующие понимают данную меру, но это лучше, чем ликвидация, – продолжает Домовой. – В свою очередь, позвольте вручить вам ключи от служебной квартиры. В ближайшие дни в ваше распоряжение поступит один из моих парней – Паша, а я тем временем, подыщу нового водителя.
– А чем же плох старый? – почему-то эта фраза вызывает на лице улыбку, и все присутствующие тоже как-то расслабляются.
– Потому что у меня не хватает кадров. И нужен либо водитель для вас, либо охранник для здания, либо универсал.
Универсал… Как-то даже пошленько прозвучало. Карпуше бы понравилось. Ну а что? Сегодня один… водитель, завтра другой, а там глядишь – и сам Домовой. Мужик оч даже ничего, в её вкусе. Надо будет подразнить подружку на досуге.