Аля Кьют – Жена по наследству (страница 5)

Я передернула плечами, стараясь не циклиться на этой мысли. Мне стало не по себе и как-то слишком жарко, волнительно. Нужно было сматываться, но я слишком хорошо помнила, как сама очнулась одна после операции. Рядом со мной никого не было.

Мы приходим в этот мир одни и уходим также в одиночку. Все остальное время человек стремиться быть с кем-то. Так вот после операции я чувствовала себя очень одинокой и невероятно из-за этого несчастной. В этот момент я хотела, чтобы мама была жива. В идеале. Но на крайний случай сгодился бы и захудалый бойфренд. Пусть бы у нас все было не всерьез, и мы бы разошлись, потому что я несерьезная, а он – бабник. Но именно в тот момент я нуждалась в компании.

Но у меня не было даже подруги в Италии. Ребята из труппы заглянули только через день, когда я уже смирилась и приняла себя одинокой.

Именно поэтому я осталась в палате, даже сделала себе чай, который выпила без удовольствия, чтобы скоротать время. Медбрат сказал, что Руслан может проснуться с минуты на минуту, но он не спешил. Я задремала на диванчике и очнулась от тихих мужских стонов.

Глава 3. Самое лучшее свидание

Милана

Открыв глаза, я увидела, как Руслан в полудреме, едва разлепив глаза, пытается прикоснуться к руке.

– Ее не ампутировали. Все на месте, – поспешила сообщить я ему.

Он прокашлялся, и я сразу вспомнила ту жуткую жажду после наркоза. Налила воды и помогла ему попить, поднеся стакан к губам.

– Черт, спасибо, чудо мое.

– Никакое я не чудо, – не согласилась я.

Мне было невероятно приятно быть рядом с ним сейчас. Спасти от одиночества этого большого и важного мужчину – это какой-то особенный кайф, почти подвиг.

– Мне велели вызвать врача, как только ты проснешься, – объяснила я и нажала несколько раз ту самую кнопку вызова.

– С ума сойти, как в ресторане, – прохрипел Руслан. – Я буду скрэмбл, жареный бекон, ржаные тосты и черный кофе.

– Боюсь, сейчас вам можно только измерить давление, – сообщил улыбчивый медбрат, врываясь в палату. – Доброе утро, Руслан Артурович. Я Николай. Позвольте.

Он надел шину и включил приборчик.

– Операция прошла хорошо, – продолжил санитар в процессе подбадривать пациента. – Врач доволен. Срединный нерв был задет, но его восстановили. Хорошо, что вы сразу вызвали скорую, а не стали преследовать нападающего.

– Он был на машине. Я бы не успел, – пояснил Руслан.

Я усмехнулась.

– Вот если бы какой пеший хулиган… – продолжал сипло выпендриваться Руслан.

– Уверен, вы бы ему показали, – подыграл Николай.

Парень записал цифры в карту.

– Как долго меня тут продержат? – спросил Руслан уже бодрее.

– Недолго, – пообещал медбрат. – Врач зайдет через пару часов. Думаю, к обеду уже выпишут. Хорошо, что ваша подруга осталась. Она поможет добраться домой. За руль вам лучше не садиться.

Мы переглянулись, но не стали ничего ему объяснять.

– Отдыхайте, – велел Николай и быстренько ушел, снова оставив нас вдвоем.

– Сколько я был в отключке? – сразу стал искать глазами часы Руслан.

– Мы приехали до полуночи, кажется. В два тебя привезли в палату. Сейчас шесть утра, так что…

– Офигеть. Всю ночь провалялся. Зачем ты осталась?

Он больше не был любезным и прилипучим, скорее грубым. Я списала сварливость на отходняк после наркоза.

– Зачем осталась?

– А разве я могла тебя бросить здесь одного? – возмутилась я очень натурально, хотя именно на это и уговаривала себя всю ночь.

Руслан хмыкнул.

– Не стоило, крошка.

– Ты бы сделал для меня то же самое, – выпалила я. – Мне бы хотелось так думать.

Руслан прикрыл глаза. Его губы растянулись в кошачьей улыбке. Он снова стал хищно красивым соблазнителем.

– Милая Мили, я бы остался с тобой где угодно и навсегда. Тебе даже в больницу не обязательно попадать. Но я планировал провести с тобой ночь совсем не так.

– Ты озабоченный, знаешь об этом?

– Знаю, конечно, – согласился он моментально, чем рассмешил меня. – Признайся, ты осталась, чтобы рассмотреть меня голым. А? Эта больничная ночнушка весьма номинальная.

– Ты еще и придурок, – продолжала я давиться смехом.

– Да-да, обзывайся. Пользуйся моей беспомощностью и безрукостью.

– А чтобы ты сделал, если бы рука была цела?

– О, ты не представляешь.

– Уверена в этом на сто процентов. Я не настолько испорченная, чтобы такое представлять.

Руслан запрокинул голову, и я вскочила, переживая.

– Что-то не так? Больно? Позвать санитара?

– Нет, чудо-девочка. Просто я хочу в туалет и точно не смогу придумать причину выставить тебя и сделать все незаметно.

– Именно поэтому ты меня выгонял? – я уперла руки в бока и нахмурила брови.

– Да. Нет. Возможно.

Руслан выглядел ужасно рассеянным и милым.

– Ты путаешься в показаниях.

– Я все еще под кайфом. Имей снисхождение. Голова как чугунный котел.

– Тогда может проводить тебя в уборную? – щедро предложила я, сама от себя офигевая.

– Это далеко?

Я указала дверь.

– Возможно, я смогу сам. Но тебе придется побыть рядом.

– Для страховки? Хорошо.

– Да. И для того, чтобы ты не могла видеть мой зад в разрезе ночнушки.

– Ты вроде свыкся, что я всего тебя изучила.

– Зад ты видеть не могла. Я лежал на нем.

– Да, черт. Вот жалость.

Руслан аккуратно поднялся и закивал.

– Да, я смогу.

– Я буду рядом, – поддержала я.

– Хорошо.