Аля Кьют – Между нами (страница 12)

– Я в универе учусь. В столовке не очень здорово по еде и нервам.

– Понимаю, – покивал парень. – Я тоже вот совмещаю. Мед – это кошмар.

– Верю.

Я слышала страшилки о медицинском. Оттуда вылетали запросто. Учиться на врача очень сложно. Моя журналистика, конечно, попроще.

Я не заметила, как отдала кровь на анализы.

– Ого, не больно, – удивилась я.

Санитар закручивал пробирку, довольно улыбался.

– Да, у меня легкая рука.

– Это точно. Думаю, врач тоже из вас получится отличный.

– Надеюсь. Отдыхайте, Надя. Из вас должна получиться отличная мама.

Я покраснела и улыбнулась ему.

– Если закончили, то я не задерживаю, – сварливо влезла Зоя Михайловна.

Она почти вытолкнула парня за дверь. Он едва успел надеть куртку.

Мне сразу досталось на орехи.

– Глазки строит. Видали? Денис с ума сходит, а она флиртует с медиком. Может, он и ребенка твоего воспитает? А?

– Я не флиртовала, – попыталась я оправдываться. – Мы поговорили и…

– Да-да, я слышала. Позвони Денису.

Она вручила мне мой телефон. Я онемела от такой наглости. Мое белье, мой телефон, моя кровь. Куда еще она мне залезет? В задницу?

Отоспавшись, я почувствовала силы отстоять свое личное пространство, но телефон зазвонил в руке. Денис.

– Мам, ну как она? Проснулась? Что там с кровью? – затараторил Майоров, едва я сняла трубку.

– Я в порядке, – проговорила я в трубку.

– Боже, Надя. Я перепугался. Что случилось? Когда будут анализы?

– Завтра. Похоже, я плохо ела и не выспалась.

– Вообще не ела, – рявкнула громко Зоя.

Она не потрудилась выйти из комнаты и совершенно не стеснялась слушать наш разговор.

– Надь, я не могу долго говорить. Ты, пожалуйста, побереги себя.

Я уставилась на Зою Михайловну, и она все-таки вышла. Видимо, на кухню.

– Я хочу домой, – проговорила я тихо.

– В общагу? Что ты там будешь делать, если опять станет плохо? Скорую вызовешь? Они будут ехать сто лет, а в больнице сразу заколят каким-нибудь дерьмом.

В его словах была правда, но сейчас я не хотела ее слушать.

– Денис…

– Надя! – перебил он тоном, очень похожим на менторский тон его матери, но сразу изменил голос. – Прости, не хотел быть резким. Я знаю, что с моей маман непросто. Но она позаботится о тебе. Это на время. Правда. Потерпи несколько дней. Надеюсь, тебе станет лучше. Я приеду в пятницу, и мы поговорим, ладно? Решим обязательно, что делать.

Я сдалась. Возможность увидеться с Денисом так скоро зарубила мой бунт на корню.

– Хорошо. Но мне очень неудобно стеснять…

– Ты не стесняешь никого, – крикнула Зоя с кухни.

– На время, Надя, – повторил Денис. – Считай, что это немного дневного стационара для реабилитации. У матери много хороших знакомых медиков.

С этим можно было поспорить. Медбрат, конечно, очень оперативно оказался в ее квартире, но вчерашний гинеколог – это кошмар.

Я собиралась аккуратно нажаловаться Денису, но он раздраженно выдохнул и сказал:

– Блин, я побежал. Пожалуйста, обещай остаться у матери. Несколько дней. Не больше.

– Ладно. Я попробую.

– Вот и умница. Созвонимся.

Денис чмокнул в трубку, и я ощутила, как кольнуло в сердце. Что-то между нами было. Это, конечно, не любовь, но симпатия и влечение точно есть.

Я старалась не надеяться на большее. Майоров ничего не обещал. Его забота и участие уже больше, чем я ожидала. Вот матери могло быть и меньше.

– Надя, принесу тебе бульон, – сообщила она, едва я отложила телефон.

– Не стоит. Я…

– Стоит, – снова надавила Зоя Михайловна. Она подвинула к дивану журнальный столик, поставила на него пиалу с бульоном.

Я почувствовала зверский голод и решила есть ради ребенка. Пока хлебала вкуснейший бульон, осматривала квартиру. Меня поселили в зале, проходной комнате. На стенах висели фотографии Дениса. По большей части из студии или со съёмок новостей. Прямо алтарь. Культ Майорова впечатлял, но его мать я понимала. Примерно так на Дениса молился и наш завкаф.

– Поживешь у нас, – приговорила меня Зоя Михайловна, когда пришла забирать тарелку. – Сейчас Нина придет.

Ни одной фотографии Нины на стене при этом не было. Если бы Денис не сказал, что у него есть сестра, я бы вообще не поняла, кто такая Нина.

– Вы подружитесь, – уверенно добавила Мать Дениса, как будто видела мою книгу жизни. – Раз уж мы будем семьей…

Последняя ее фраза звучала как приговор. У меня уже была семья. Я, мама и папа. Другую я не хотела.

Пока не укладывалось в голове, что я сама стану мамой. Что Денис будет связан со мной на всю жизнь. Пока мне действительно стоило отдохнуть и восстановить силы.

Глава 6. Статус

Три дня в доме матери Дениса тянулись бесконечно. Я чувствовала себя лучше на следующий день, но Зоя Михайловна запретила мне вставать.

Она велела Нине остаться со мной дома, присматривать. Сама умчалась куда-то получать мои анализы и советоваться со своей подругой.

Нина, примерно моя ровесница, слава богу, оказалась немного социопаткой. Она говорила со мной только по делу, не задавала вопросов, не позволяла себе суждений и пустой болтовни. Она заперлась в своей комнате и выходила оттуда только в туалет и поесть. Накормить меня заодно, ведь мать ей приказала дать мне суп в полдень, а на полдник пряники и кефир.

Я сходила принять душ. После общаги брезгливость не страшна, но даже в общей душевой я чувствовала себя лучше. В этой квартире мне было страшно сделать лишнее движение. Из-за Зои Михайловны, конечно. Пожив с ней три дня, я поняла, что Нина боится мать не меньше, чем я.

Мои анализы, разумеется, были не очень, но не трагедией. Я собиралась пересдать их как можно скорее, ведь чувствовала себя уже намного лучше. В пятницу Зоя позволила мне сходить в универ на занятия.

Думаю, она бы не отпустила, но я упомянула важную лекцию у Сергея Борисовича. Имя моего куратора Зоя знала. Видимо, от Дениса. Она поскрипела зубами, но выдала мне сумку, ключи от квартиры и тонну инструкций, как закрывать дверь, когда возвращаться и тому подобное.

Я шла в универ пешком, дышала воздухом, удивляясь, как моя жизнь изменилась за эти дни. В голове все еще не укладывалось, что я жду ребенка и живу в плену у будущей бабушки.

Невероятное что-то.

Я до сих пор не сказала родителям. Страшно.

Мама ждала домой на выходные, но я приготовила речь, чтобы не ехать. Мне нужно еще немного времени и смелости. И Дениса Майорова. Мы не поговорили нормально. Телефон не в счет. Я не знала его, не доверяла. Вдруг сейчас он приедет и скажет, что передумал.

Что я буду делать тогда?

«Рожать», – ответило мне сердце маминым голосом. И папиным тоже. Он не стеснялся говорить, что совершенно не желает мне мужа.