Аля Файпари – Фрейя. Ведущая волков (страница 93)
– Убейте всех до одного, – бросил Истэк.
И лавина тьмы понеслась на нас с устрашающей скоростью.
Николас неспешно пошел им навстречу, и за ним тем же темпом двинулись остальные. Моя ладонь стала скользкой от пота и дождя, и я вытерла ее о штаны и стиснула рукоять меча. Ник с лязгом достал из-за спины один из своих.
С каждым ударом сердца демоны приближались, но когда нас стали разделять считаные метры, земля под их ногами разверзлась. С холодящими кровь воплями первые ряды полетели вниз, вместе с комьями грязи и мокрой травы, пока крики не сменились хрипами. Увидеть их тела было невозможно с такой высоты, но я знала: они навсегда останутся там, в выкопанном рву, на длинных деревянных копьях.
Я посмотрела на Истэка. Он с трудом отвел шокированный взгляд от кровавой картины и воззрился на нас, – даже отсюда можно было заметить, что его трясло от злости. Он с истеричной ненавистью выкрикнул что-то на своем языке и рванул к Николасу, перелетев прямо через ров.
– Вперед, – рявкнул Ник.
Вражеские воины начали огибать ров или, как их вождь, бесстрашно перепрыгивать через пустоту, поглотившую их собратьев. Другие демоны спрыгивали с крон деревьев, едва различимые за стеной воды. Стоявшие неподалеку близнецы вскинули лук, и двое мужчин неподвижно упали на землю. Хотя мы были готовы к этой вражеской хитрости, невозможно было заранее определить, с какой стороны поджидать опасность, а потому летевшие сверху копья и кинжалы то и дело достигали цели.
Отвлекшись на молодого Шэлдо, рухнувшего рядом, я едва успела пригнуться под взмахом меча. Наши клинки скрестились у самого лица. Резко дернув запястьем, я с утробным рыком воткнула кинжал в шею демона и отпрянула назад, тяжело дыша. С лезвия стекала густая темная кровь – она капала с острого конца и присоединялась к порозовевшим лужам на земле.
Лишь на миг я позволила себе прикрыть глаза, заглушая непрошеные эмоции, а затем выпрямилась и осмотрелась. Неподалеку Николас ожесточенно бился с Истэком. Движения обоих были преисполнены такой точности, грации и мощи, что, не знай я о серьезных ранах Ника, никогда бы не подумала, что в этот момент его мучила сильнейшая боль. Он размахнулся тяжелым топором, отбивая поочередно три быстрых и сильных удара дикаря. Его правая щека дернулась, будто он прикусил ее, отвлекая себя другой болью.
Я заставила себя отвести взгляд, убеждая свое сжимавшееся от тревоги сердце, что он справится.
Тут мне под ноги с грохотом упал Кезро, которого, как назойливого котенка, откинул от себя Фергус. Наличие всего одного зрячего глаза ничуть не мешало ему сражаться; он взмахивал мечом так свободно и точно, будто это было его преимуществом, а не недостатком. Будто частичная слепота открывала для него совсем иное зрение.
Предоставив кузнецу самостоятельно сводить счеты со своим противником, я перепрыгнула через него и на бегу обрушила меч на шею следующего врага. Он в последнее мгновение заслонился щитом, но не успел переместить тяжелую ношу к боку, когда мой клинок вошел в промежуток между его доспехами.
Переводя дыхание и смахивая с глаз мокрые волосы, я огляделась, чтобы в этой беспорядочной куче сражающихся различить знакомые лица. Теоден с Алакеем спиной к спине отбивались от трех Кезро и Хири, круживших вокруг них с топорами наперевес. И хотя численное превосходство было на стороне противников, помощь им явно не требовалась.
А вот Талэк, с рычанием отбивавшийся сразу от двух огромных воинов, уже зажимал рукой плечо. Я попробовала пробиться к нему, но кто-то опрокинул меня на землю. Выплюнув кусок грязи, я яростно посмотрела вверх и встретила прищуренный взгляд здорового Хири с настолько заросшим лицом, что не было видно ни рта, ни даже носа. Его топор вошел глубоко в землю там, где только что была моя голова, и, пока он пытался вытащить его, я быстро вскочила на ноги. Сделала короткий замах мечом. Но не успела обрушить его на незащищенную спину врага, как ощутила жгучую боль в боку. Я крепче сжала зубы, чтобы не вскрикнуть, и обернулась, вдруг осознав, что мой щит остался в траве и заслониться от направленного мне в горло копья второго Хири не было шансов. Оружие не достигло цели, на полпути рухнув на землю. Хлопая глазами, я смотрела, как колени мужчины подгибаются и он медленно оседает, прижимая руки к животу. Следом за ним в лужу упал первый Хири.
– Фрейя. – Родные, слегка дрожащие ладони осторожно обхватили мое лицо. – Ты цела? – Николас принялся лихорадочно ощупывать мое тело и, наткнувшись на свежий порез, выругался. – Делия должна быть… – он огляделся, зажимая мою рану.
– Ник. – Я накрыла его руку своей, а другой коснулась его щеки, заставляя посмотреть на меня. На изрисованном кровью лице зеленые глаза казались еще ярче. Еще прекрасней. – Все в порядке, мне не больно. –
Он ничего не сказал. Лишь слегка кивнул, признавая мою правоту. Но его взволнованный вид вызвал у меня внутри такой прилив нежности, что я не сразу поняла, что…
– А где Истэк?
– Я отвлекся на нескольких Кезро и потерял его из виду, – мрачно произнес Ник. Я быстро осмотрелась вокруг, но его действительно нигде не было видно. Николас нагнулся, вручил мне упавший щит и вырвал из тел поверженных врагов свои меч и топор. – Держись рядом, – напомнил он.
Сражаться с ним плечом к плечу было чем-то совершенно новым и волнующим. Только сейчас я осознала, что мы никогда толком не тренировались вместе, а лишь наблюдали за работой друг друга. В бою все выглядело иначе. Таким, каким он был сейчас, безжалостно пронзая врагов мечами, отнимая жизни одну за другой, я видела его впервые. Его цепкий взгляд казался почти диким, губы приподнимались в яростном оскале, а вены и мышцы вздувались от напряжения. От него веяло такой первобытной мощью и свирепостью, что эта невообразимая сила, казалось, передавалась и мне. Инстинктивно чувствуя друг друга, мы без труда прорывались через ряды Кезро и Хири, помогали, если один из нас не справлялся.
Так выглядела борьба за дом и свой клан, в которой однажды я потерпела поражение. Так выглядела борьба за то, что ты любишь.
Но до исхода битвы было еще далеко. Кезро сильно превосходили числом и пока успешно теснили нас к северу, к открытым землям, на которых у них было бы больше преимуществ. Истэка по-прежнему не было видно.
Меч вышел из безжизненного тела очередного врага. Я стряхнула с ладони кровь, стараясь заглушить в себе рвотный позыв. Николас слева от меня наконец-то одолел своего противника, схватив того за горло и воткнув клинок прямо в сердце, даруя легкую смерть.
Он отступил назад, устало зачесав волосы пальцами, и вдруг вскрикнул:
– Алакей!
Я проследила за его взглядом и ужаснулась. Алакей увлеченно сражался с высоким Кезро, с ног до головы покрытым кровью, а в это время к нему стремительно приближался всадник на крапчатом коне, нацелив копье прямо ему в голову.
Николас сорвался с места, снова крикнул, но тот будто не слышал. Я в панике переводила взгляд с лошади на своего друга, расстояние между которыми сокращалось с пугающей скоростью. Тут Николас оторвался от земли и буквально взлетел в воздух; оттолкнулся ногами от дерева и в самый последний момент ураганом налетел на ничего не ожидавшего всадника.
Свалившись с лошади, они покатились по земле. Николас опрокинул бритоголового Кезро на спину и обрушил на его скулу два точных сильных удара, наверняка проломив ему кость. Изловчившись, противник вдруг двинул Нику по ребрам. Его лицо исказилось от боли, и Кезро быстро сообразил, где находится слабое место. Дикарь принялся безжалостно колотить Ника по боку, а он все сильнее сгибался под этим натиском. Внезапно Николас крутанулся вправо, утягивая за собой Кезро, и оба скрылись за кустами. Затихли.
Алакей резко встрепенулся и быстрым шагом приблизился к неподвижно лежащим на земле мужчинам. Он протянул ладонь. С невероятным облегчением я увидела, как за нее схватилась знакомая рука, и Николас, держась за бок, медленно,
Я подбежала к ним.
– Ты ненормальный! – воскликнула я, помогая другу поднять его. – Немедленно к Делии!
– Это ребра, – неразборчиво прохрипел он. – Ничего нового она с ними не сделает. Перелом закрытый.
– Мог просто предупредить, – возмутился Алакей.
Николас обжег его взглядом через копну мокрых волос.
– Я кричал тебе дважды.
На лице Алакея, покрытом брызгами крови, мелькнули стыд и вина. Он опустил глаза и буркнул:
– Я не слышал. Спасибо.
Ник отстраненно кивнул и попытался выпрямиться. Он дрожал от боли.
– Пожалуйста, иди к Делии, – взмолилась я, не в силах смотреть на его бледное лицо и помутневшие глаза, но он лишь неуклонно покачал головой. Я вытерла рукавом кровь, вытекающую из его рта. – Ладно, сама принесу обезболивающее! – рявкнула я, разозлившись до крайности. – Алакей, побудь с этим упрямым безумцем.
Алакей хмыкнул, но послушно кивнул, не смея мне перечить.
– Нет, не отходи от меня, – слабо воспротивился Ник. Он попытался было схватить меня за руку, но я увернулась и, смерив его яростным взглядом, быстро двинулась в противоположную сторону. Каждые несколько метров я натыкалась на бездыханные тела воинов всех четырех кланов, отчего горло будто сжимало невидимой рукой. Их было так много.