Аля Файпари – Фрейя. Ведущая волков (страница 105)

Легенда оставила с нами волчат, а сама уютно устроилась под боком у Лидера, ласково тычась в морду черного волка.

– Он не даст ее вытащить, – с горечью ответила я. – Она вросла в кость. Придется разрезать бок.

– Раз он выжил, значит, рана хорошо зажила и вряд ли его беспокоит. Стрела просто стала частью его самого. И, смотри, он привык к ней. – Николас подбородком указал на волка, и я согласно кивнула, заметив, что он теперь лежит только на одной стороне. – Будет лучше, если мы не станем вмешиваться.

Черный волчонок оторвался от моей руки и нашел себе новое развлечение, вцепившись в штанину Ника. Он начал с ворчанием дергать ткань, но я рыкнула, и детеныш затих. Ветка хрустнула под ногой вернувшегося Фабиана, который водил Полынь к ручью и теперь привязывал ее к дереву. Волчонок тут же с интересом протопал к рыжей кобыле. Припал на передние лапы, тявкнул, и лошадь с недовольным ржанием повернулась к нему хвостом.

– Хочу поохотиться с ними, прежде чем мы уедем, – сказала я и встала на ноги.

Ник отвлекся от наблюдения за волчонком, и его безмятежная улыбка тут же погасла.

– Я не ослышался? Ты собралась бегать по лесу с волками? – Он красноречиво посмотрел на мой живот и поднялся вслед за мной. Мы устроили привычное сражение взглядами.

– Тогда идем со мной. Будешь рядом, если я вдруг решу родить на третьем месяце беременности. – Я приподняла бровь, закидывая лук на плечо.

– У нас есть еда, – раздраженно бросил он.

– У нас – да. А вот волки, кажется, уже облизываются, глядя на близнецов, – ухмыльнулась я. Дамен и Дритан переглянулись и побледнели. – Идем, Ник. Тебе понравится. Кто еще может похвастаться тем, что охотился с волками?

Чуть прихрамывая, Николас двигался на шаг позади, позволяя мне быть первой там, где мне не было равных. Волки трусили по бокам от нас. Глаза каждого члена стаи были устремлены на меня, и я растворилась в этом моменте, окунаясь в прошлое. Я видела, как пристально Ник следит за тем, как действует этот удивительный организм, называемый стаей. Волки реагировали на мои жесты и звуки, повинуясь им с такой легкостью, словно не существовало месяцев разлуки. Хотя ощущения отличались от тех, что я испытывала раньше, выходя со стаей на охоту, – они были острее, потому что рядом был Ник. Я чувствовала его присутствие слишком хорошо, впервые могла разделить с кем-то свой восторг от единения с диким миром. От охоты с королями леса.

Мы тихо вышли на огромного вепря с двумя торчащими длинными клыками. Сильная, опасная жертва. Прежде я избегала их, опасаясь не справиться и не желая рисковать жизнями волков, но сейчас с нами был Николас. И в этот раз охота была последней.

Я посмотрела на Ника, залюбовавшись видом его растрепанных темных волос, горящего взгляда и учащенного дыхания. Это пьянило его не меньше, чем меня. Я коснулась его руки, и он тут же вопросительно посмотрел на меня. С легкой улыбкой я кивнула ему в сторону вепря, давая ему знак сделать первый выстрел. Брови Николаса приподнялись, но он не стал спорить.

Моя стрела сорвалась с тетивы вслед за его.

Вепрь взревел, и огромная голова повернулась в нашу сторону. Я свистнула, и стая с рычанием бросилась на яростно сопротивляющегося зверя. Следующие две стрелы вошли в толстую шею кабана, а следом на нем повисли Лидер и Легенда.

Не забыв отделить от тушки несколько свежих кусков для нашего небольшого отряда, мы оставили стаю пировать и направились в другую сторону. Я неспешно вела нас через знакомый лес, проводя руками по деревьям, каждое из которых видела десятки раз. Мы прошли мимо поляны, на которой Кезро взяли меня в плен и где я впервые встретилась с Ником. Я вытащила из дупла дерева, росшего неподалеку, сапоги и меховую накидку и встряхнула ее, наблюдая, как в воздух взлетает ворох пыли, остатков коры и листьев. Любовно прошлась пальцем по каждой заплатке, дырке, потертости и неловкому шву, сделанному замерзшими руками одинокой девушки. А потом бережно сложила все обратно.

«Прошлому место в прошлом».

Мы двинулись дальше, по следам моих минувших жизней.

Когда перед нами вырос высокий водопад, впадающий в небольшое озеро, я вновь почувствовала на себе взгляд Ника и кивнула, подтверждая его догадку.

– Я лежала там. – Шум падающей воды заглушал мой шепот, но он услышал. Повернул голову и посмотрел на ту часть берега, которая запомнилась мне сильным холодом и грызущей безнадежностью.

Нам пришлось долго искать место, чтобы можно было безопасно вскарабкаться вверх по склону. Когда мы ступили на ровную землю, перед моими глазами предстал родной лес, в котором я знала каждое дерево и травинку. В котором прожила семнадцать лет.

– Тебе не обязательно делать это. Мы можем вернуться, – тихо сказал Николас. Он бережно положил руки на мои плечи, и я накрыла их своими ладонями, закрывая на мгновение глаза.

– Нет, – прошептала я.

И мы молча продолжили путь.

Деревня была такой же, какой я ее помнила. Не из своих воспоминаний, а из кошмаров. Потому что в моих последних воспоминаниях она была в огне и дыму. Сейчас нашим взглядам открылось множество черных холмов, над которыми сияло белое солнце. Солнца не было в моих кошмарах. В них небо было черным, серым, бесцветным, но никогда – синим. В них никогда не плыли белые облака. Не зеленели растения, нежно обнимающие черные останки.

Я бродила между развалинами, с хрустом наступая на кучки пепла. Они ничем не отличались друг от друга, но я помнила, где какой стоял дом и кто в нем жил. Николас молча шел следом, и его присутствие дарило мне гораздо больше сил, чем он мог представить.

Немногим дольше я задержалась у одной темной груды. Такой же, как и все остальные. Но особенной для меня.

– Здесь был мой дом. – Я поняла, что произнесла это вслух, только когда увидела кивок Ника. Он остановился рядом со мной, даже не заметив, как загородил меня от очередного порыва ветра. Его взгляд, в котором вместе с кипящей ненавистью к поверженному врагу плескались мои боль и скорбь, был устремлен на останки хижины, где я провела бóльшую часть своей жизни.

Я не нуждалась в объятиях и утешительных словах. Мне было достаточно того, что Ник разделял мои чувства. И, может быть, даже забирал какую-то их часть, потому что рядом с ним мне становилось легче.

Когда мы подошли к четырем холмикам у дерева, рядом с которым я часто открывала глаза в своих кошмарах, Николас почтительно отошел в сторону. Мои слова предназначались для ушей мертвых.

– Мама, – сиплым шепотом произнесла я, заставляя себя улыбнуться, хотя почти ничего не видела за пеленой слез.

Четыре могилы были совершенно одинаковыми. Как и холмики из пепла. Но отчего-то я сразу поняла, кому какая предназначалась.

– Здравствуй. Надеюсь, отец сейчас с тобой и вы оба слышите меня. – Я надолго замолчала, прежде чем хрипло продолжить: – Я скучаю. Так по вам скучаю. Твой кинжал все еще у меня, пап, – усмехнулась я, глядя на свое отражение в поверхности лезвия. – Мам… я отомстила за твою смерть. Кезро повержены. Да ты и сама, наверное, все знаешь… Мне так жаль, что я не смогла спасти тебя. Мне тебя не хватает.

Я судорожно втянула носом воздух, поднимая глаза к небу, а затем посмотрела на спину стоявшего неподалеку Николаса. И его вид ослабил ком в моей груди.

– Знаете, я кое-кого встретила. Если бы не он, я была бы сейчас с вами. Представляете, теперь я жена, и у меня скоро будет ребенок. У нас с Ником. Вам бы он понравился. – Я тихо вздохнула, опустив голову. – Тео сказал, что вы бы гордились мной сейчас. Хотела бы я услышать это от вас… но… думаю, вам было бы важно узнать, что я счастлива. Так, как думала, что больше никогда не смогу быть. Поэтому не беспокойтесь обо мне. Я больше не одна. И передавайте привет Сахаар. Пап, ты ведь знал ее. И ничего не сказал.

Я сорвала два желтых одуванчика и положила их на сухую землю.

– Я люблю вас.

Приложив руку к могилам родителей Алакея, я уже собралась встать, как вдруг замерла, хмуро глядя на четвертый холмик.

Эта была моя могила.

Нет.

Она предназначалась той Фрейе, которой больше нет. Та Фрейя сгорела в пожаре и утонула в водопаде.

Я была рада, что Тео нашел для нее покой в этом месте.

– Я прощаю тебя, – с нежностью прошептала я и, наконец, вдохнула полной грудью.

– Ты в порядке? – озабоченно спросил Ник, когда я вернулась к нему с задумчивым видом.

– Да.

– Тогда постой здесь. Я недолго.

Я немного удивленно проследила за тем, как вождь клана Этна подходит к могилам и тоже опускается перед ними на колени. Я стояла слишком далеко, чтобы что-то расслышать, но была уверена, что он передавал духам умерших людей свои послания. А когда закончил, его объятия были распахнуты для меня.

– Мы имеем полное право на эти земли. Когда будем делить территорию с Шэлдо, я могу настоять на том, чтобы они перешли к нам. – Он погладил меня по волосам.

– Нет. – Я мотнула головой, стискивая его руками. – Я больше никогда не хочу сюда возвращаться.

Мы свернули лагерь на рассвете, приготовившись к долгой дороге домой. Я сильно задержала нас, пока прощалась с волками, но никто не сказал мне ни слова. В глазах мужчин я видела только понимание и сочувствие – вот только этого было мало. Ничто не могло унять боль, от которой я недавно начала излечиваться. Но эту рану я по собственному желанию разбередила вновь и готова была терпеть.