Альвера Албул – И среди терновника растут розы (страница 15)

Это был самый узкий коридор всей усадьбы, так как здесь практически не было помещений, жители поместья обычно здесь не бывали, кроме самого мистера Уанхард и его прислуг. Интерьер был скромным и выдержанным в одной цветовой гамме, а на окнах висели одинаковые белые легкие занавески, за которыми скрывались виды бесконечных полей.

– Я бы сказала Вам, что любопытство не порок, – мисс Россер усмехнулась, видя, как мужчина в ответ на эту фразу брезгливо сводит брови, – но эта моя черта характера. Да, я очень любопытна, но сейчас я больше обеспокоена, потому что я видела, с какой тревогой Вы читали это письмо.

– Мне приятна Ваша забота, мисс Россер, – отвечал мужчина, и они начали спускать вниз по лестнице, – и раз Вы так беспокоитесь, я скажу Вам от кого было письмо, и даже поделюсь его содержанием.

– Мистер Уанхард, если это была личная переписка о чем-то Вам болезненном, то я не настаиваю, – говорила девушка. Она шла впереди мужчины, держа юбку своего платья, чтобы видеть ступени и при этом всё время оборачиваясь на мужчину, чтобы видеть выражение его лица. Она понимала, что отклик на свои слова увидит именно в движении его бровей и губ.

– Вы всё же моя несостоявшаяся невеста, – мужчина пожал плечами, глубоко вздохнув, – и мы с Вами, как мне казалось, нашли общий язык.

– Если я Вам неугодна в жены, мы могли бы оставаться хорошими друзьями, а с друзьями обычно делятся переживаниями, – ответила мисс Россер и заглянула мужчине в глаза.

Это был он, мистер Энтин Уанхард, в бирюзовых глазах которого читалась все та же слепая влюбленность в мисс Россер, а у самой девушки, казалось, было готово остановиться сердце, когда она позволила себе заглянуть в бездну лазурного моря. Она почувствовала слабость в ногах, а глаза предательски защипали слезы, и она поспешила увести взгляд.

Мистер Уанхард, как красив он был, и как теперь близок мисс Россер. Она не могла поверить, что ее сердце, никогда не знавшее тепла и привязанности, сейчас рвалось на части при виде мистера Уанхард и мысли, что она уезжает навсегда.

– Вы правы, мисс Россер, – отвечал ей мужчина, – придется теперь регулярно писать письма в Лондон…

Мисс Россер усмехнулась и посмотрела мужчине в лицо:

– Ну так поделитесь с другом, от кого же то письмо? – говорила она с улыбкой.

– Мой брат прислал мне его, из Шотландии, – мистер Уанхард стал угрюм, и девушка перестала улыбаться, – он написал мне, что отец в гневе от того, что я разорвал помолвку.

– Вы сообщили об этом отцу? – удивилась мисс Россер.

– Не я, – мужчина покачал головой, – Иридия.

– Ваша сестра? – спросила девушка, и они уже дошли до широкой парадной лестницы, на которой состоялся ее первый разговор с мужчиной. Широкая лестница с темными деревянными перилами вела прямо к огромным дверям на подъездную аллею.

– Да, она сказала отцу, что я…

– Что он не смог противостоять провокационным слухам, – позади послышался мелодичный и приятный женский голос, и обернувшись мисс Россер увидела мисс Уанхард. Несмотря на то, что было раннее утро, выглядела она шикарно, стоя в белом пышном платье, украшенном жемчугом. Она была похожа на невесту, так как юбка платья была в несколько ярусов, и верхние были сделаны из блестящего фатина. Волосы она убрала на затылок, закрепив их заколкой, а на лице лежал приятный, светлый макияж.

– Доброе утро, мисс Уанхард, – проговорила мисс Россер, и та в ответ легко качнула головой в приветствие.

– Сестра, что ты тут делаешь? – уставшим голосом спросил мужчина, и та с широкой улыбкой ответила, словно она злорадствует или ехидничает:

– Я узнала, что мисс Россер покидает твое поместье и решила тоже с ней попрощаться, – потом она тихо хмыкнула и продолжила, – мне очень обидно, что столь прекрасная девушка так и не станет моей родственницей.

– Иридия, ты как обычно в своем репертуаре, – ответил мистер Уанхард, пытаясь не закатить глаза, и было видно, что удается ему это с огромным трудом, – ты копия наш отец, потому он и любит тебя сильнее всех.

– Перестань, братец, – девушка широко улыбалась, подходя к брату, – ты же знаешь, я не хочу тебе ничего плохо, – а потом она перевела взгляд на девушку, – не слушайте его, мисс Россер, я хорошая сестра.

– Да, столь хороша, что не дала поговорить мне с отцом самому, и просто пожаловалась на меня ему, – строго проговорил мистер Уанхард, и девушка сжала губы, не зная, что на это можно ответить.

Втроем они спустились к выходу и оказались на улице. Экипаж мисс Россер был уже готов к дороге, и Сид стоял возле него в ожидании хозяйки, не показывая ни кусочка своей кожи, словно кто-то забыл у колеса повозки черный мешок с неизвестным содержимым. Мисс Уанхард, заметив черную ткань, незаметно улыбнулась и заговорила:

– Ваш слуга очень стеснителен, неужели он никогда не показывает своего лица?

– Его зовут Сид, и он обычно прячется, – ответила мисс Россер, осматриваясь вокруг.

Земля еще не просохла, ветер был холодным, а сквозь одеяло из тяжелых туч пробивался тусклый солнечный свет.

– Что ж, мне пора отправляться в путь, – выдохнула девушка, оборачиваясь к брату и сестре, – я была рада посетить Ваше поместье, мистер Уанхард. Вы являетесь хозяином удивительного места, у Вас здесь очень красиво, и меня приятно удивил Ваш розарий, к сожалению, от которого из-за натиска погоды, ничего не осталось. Но я надеюсь приехать сюда следующим летом, или, возможно, даже раньше, на Вашу свадьбу и застать розы цветущими.

– Спасибо мисс Россер за столь приятный отзыв о моем поместье, – отвечал мужчина, улыбаясь, – я рад, что Вам понравилось у нас.

В этот момент двери в усадьбу открылись, и на улицу вышел мистер Мак-Дугал, который растерянно смотрел на мисс Россер, а потом перевел взгляд на мистера Уанхард.

– Так это правда? Я считал, что это не более чем провокационные слухи, что помолвка разорвана! – говорил он, проходя к хозяину поместье, а потом снова перевел взгляд на мисс Россер. – Значит, Вы действительно покидаете нас?

– Да, боюсь, что это действительно так, – ответила девушка.

– Мне очень жаль, мисс Россер, – мужчина поджал губы, медленно качая головой и опуская взгляд, – я был уверен в Вашей паре, но я буду надеяться, что время всё расставит по местам.

– Я тоже буду на это надеяться, – проговорила Иридия Уанхард, – я знаю теперь, о чем молить Господа, чтобы Вы обязательно стали здесь хозяйкой.

– Иридия, – снова устало повторил мистер Уанхард, а девушка, словно чувствуя его раздражение, пыталась удержать насмешливую улыбку.

– Мне было очень приятно со всеми Вами познакомиться, – говорила мисс Россер, – теперь мне пора, – и она посмотрела в сторону своего слуги, – Сид, ты можешь садиться в экипаж.

Слуга молча кивнул и подчинился, и девушка проследовала к экипажу следующей. Лакей помог ей подняться по ступенькам и сесть на сидение, поправив подол платья, чтобы оно ни за что не зацепилось.

– Всем до свидания! – мисс Россер махнула рукой всем троим.

– До свидания, мисс Россер! Не забывайте нас! – мисс Уанхард так же махнула рукой в ответ, и экипаж тронулся.

Покачиваясь и прыгая на камушках, он направился к воротам поместья, и девушка, поправив ворот своего жакета, надеялась, как можно скорее попасть в родной Лондон, который сейчас шумел как улей. Она так хотела домой, пусть там был, она знала, разгневанный отец, готовящийся наказать её, но она хотела почувствовать покой своей комнаты, где никто не станет подкупать слуг и следить за ней в ванне, где никто не будет распускать слухов. Окончательно распрощавшись с мыслью о том, что она жительница поместья мистера Уанхард, она решила обернуться назад, чтобы убедиться в реальности усадьбы, и что это не было длинным и странным сном. Каменные, светлые стены тянулись ввысь на четыре этажа, а на южной и северной стороне упирались в небо башни, с которых было видно все поместье мистера Уанхард. Стекла в окнах были серыми, отражая мрачное небо, и у огромных парадных дверей мисс Россер увидела фигурку в розовом платье и с яркими рыжими волосами. Мисс Вуд вышла на улицу, вероятно, ликуя от осознания своей победы.

В этот момент гнев охватил душу мисс Россер, и она была готова заставить лакея развернуться обратно к стенам усадьбы, так как проигрывать было для девушки слишком болезненно, но Сид решил вмешаться, заметив её перемены в настроении.

– Мисс, – из-под капюшона стали видны два бесцветных глаза и белый нос, самый кончик которого отдавал легкой синевой, – Вам не из-за чего переживать. Вы поступили правильно.

– Думаешь? – спросила девушка, переводя взгляд на слугу.

– Поверьте мне, – он кивнул и снова скрылся под капюшоном.

Девушка тяжело вздохнула и отвернулась от стен усадьбы, надеясь, что, когда в следующий раз она решит посмотреть назад, стен поместья уже не будет видно.

Глава 4. Немой крик о помощи

Лондон. Милый, любимый Лондон встречал её шумом и палящим солнцем. Нещадные солнечные лучи обжигали брезент экипажа, поэтому внутри стало жарко. По брусчатке, подпрыгивая, мчались экипажи, а лошади, громко фыркая, бежали вперед подгоняемые лакеями. Раздался свисток констебля, требующего пропустить дам в широких пышных платьях, желающих перейти дорогу. Они были в тонких шляпках, бросающих на их лица тень, в руках они держали летние зонтики и множество разноцветных пакетов из шляпного магазина, из пекарни, из магазина туфель и еще откуда-то. Шумный Лондон так отличался от Вустершира, что Глэдис невольно широко улыбнулась, радуясь, что она вновь в шумном и любимом, родном и живом Лондоне. Сид, сидящий рядом, невольно поднял на хозяйку глаза, так как она совершенно изменилась, когда под колесами экипажа застучала брусчатка и через открытое окно почувствовался запах грязной Темзы.