Альтер М. – Лес мертвецов (страница 1)

Альтер М.

Лес мертвецов

Глава первая: Там, где обрываются тропы

Солнечный свет, густой и золотой, как растопленный мед, с трудом пробивался сквозь плотный полог из вековых сосен и елей. Он не столько освещал, сколько расцвечивал полумрак, лежащий у подножия исполинских деревьев, ложился причудливыми пятнами на ковер из бурой хвои и упругого зеленого мха. Воздух, холодный и влажный, нес в себе неповторимый аромат – смолы, влажной земли, преющих листьев и чего-то еще, неуловимого и древнего, что можно было обозначить лишь одним словом: Лес.

Антон остановился, опираясь руками на колени, и с наслаждением вдохнул полной грудью. Его спина была мокрой от пота, несмотря на прохладу, а плечи ныли под тяжестью рюкзака, набитого под завязку.

«Легкая прогулка на выходные», – с горькой иронией вспомнил он слова Ивана. Легкой эта прогулка обещала быть как раз до того момента, как они свернули с хорошо натоптанной туристической тропы и углубились в чащу, которую на картах Иван с таким пафосом называл «Черноборским массивом».

– Ну что, капитан, – выдохнул Антон, обращаясь к высокому парню в ярко-красной ветровке, который уверенно шагал впереди, сверяясь с навигатором. – Далеко ли до обещанного рая? Или мы здесь уже ночевать будем?

Иван обернулся, и его обветренное, угловатое лицо расплылось в широкой ухмылке. Он был в своей стихии. Походы, палатки, костры – это был его личный способ сбежать от скуки офисной жизни, и он вкладывал в это дело всю свою нерастраченную энергию.

– Расслабься, старик. Еще пару километров, и выйдем к тому самому озеру. Место, я тебе говорю, волшебное. На картах его нет, туристы сюда не ходят. Чистота, первозданность! – Он широко взмахнул рукой, словно представляя им будущий лагерь.

– Первозданность – это когда медведи по ночам в палатку заглядывают? – раздался сзади голос. Это была Марина. Она шла, старательно переступая по кочкам, ее лицо, обычно безупречное, было раскрасневшимся от усилия, но в карих глазах теплилась усмешка. – Я, конечно, за единение с природой, но хотелось бы это единение дозировать.

– Ни один медведь не рискнет подойти к нашему лагерю, пока там Сергей готовит, – парировал Иван, кивая на четвертого участника их маленькой экспедиции.

Сергей, плотный, спокойный парень с внимательными глазами, лишь усмехнулся в ответ, поправляя очки на переносице. Его огромный рюкзак, набитый провизией и кастрюлями, позвякивал на каждом шагу. Он был молчаливым гением их компании, и его кулинарные способности на костре были уже притчей во языцех.

– Обещаю, медведи будут плакать от счастья и выпрашивать рецепт маринада, – сказал он, и его басок пророкотал как-то особенно умиротворяюще.

Замыкала шествие Лика. Она не отставала, но шла как-то отрешенно, почти не глядя под ноги. Ее взгляд скользил по стволам деревьев, по свисающим гирляндам мха, по причудливым наростам на корнях, словно она читала в них какую-то тайнопись. Лика была душой их компании – художница, мечтательница, верившая в приметы, духов и энергетику мест. Она и уговорила всех назвать это путешествие не просто походом, а «экспедицией в неизвестность».

– Чувствуете? – вдруг произнесла она, остановившись. Ее голос, обычно звонкий, сейчас прозвучал приглушенно. – Воздух… он другой. Гуще. И звуки… Слышите? Ни птиц, ни насекомых.

Все невольно замерли и прислушались. Лика была права. Та оглушительная тишина, что обрушилась на них после того, как они свернули с тропы, сейчас казалась еще более глубокой. Исчезло щебетание птиц, не было слышно даже комариного звона. Лес стоял в безмолвном, почти торжественном ожидании. Только старые сосны изредка потрескивали, словно перешептываясь о чем-то своем.

– Воображение, – отмахнулся Иван, но и его уверенность на мгновение дрогнула. – Просто глухое место. Птицы, наверное, там, на опушке, все и остались. Идем, скоро выйдем.

Он снова зашагал вперед, и остальным ничего не оставалось, как последовать за ним. Антон, превозмогая усталость, пошел рядом с Мариной.

– Ну как ты? – спросил он тихо.

– Ноги отвалятся скоро, но в целом ничего, – улыбнулась она. – Красиво, правда? Жутковато, но красиво. Как в сказке про Кощея.

– Только чтоб меня в сундук не спрятали, – хмыкнул Антон.

Они шли еще с полчаса, и пейзаж вокруг начал меняться. Сосны и ели стали еще выше, еще мощнее. Их стволы, черные и шершавые, напоминали колонны какого-то гигантского, заброшенного храма. Света становилось все меньше, и тот зеленоватый полумрак, что их окружал, начинал казаться вечным. Воздух и впрямь стал другим – тяжелым, влажным, с явным привкусом гнили и стоячей воды.

Иван то и дело сверялся с навигатором, и на его лице появилась тень беспокойства.

– Странно… – пробормотал он. – Должны были уже выйти. По карте озеро вот тут.

– Может, карта кривая? – предположил Сергей. – Или спутники глючат? В таких чащах это бывает.

– Возможно, – неохотно согласился Иван.

Внезапно лес расступился. Они вышли на край неглубокого оврага, на дне которого змеился ручей с темной, почти черной водой. А на противоположной стороне, среди деревьев, виднелось то, что они искали, но виднелось оно не так, как они ожидали.

Это была не уютная поляна у зеркального озера. Перед ними лежала обширная, болотистая низина, посреди которой плескалось озеро – не синее и прозрачное, а мутно-зеленое, покрытое ряской и плавающими островками бурой тины. Вода стояла неподвижно, как расплавленное олово. А на самом мысу, вдававшемся в озеро, стояли строения.

Заброшенный лагерь.

С первого взгляда было понятно, что ему наступило не одно десятилетие. Несколько бревенчатых бараков с провалившимися крышами стояли, покосившись, словно пьяные. Окна зияли черными дырами, из которых свисали клочья мха, похожие на седые бороды. Посередине, на заросшей бурьяном площадке, темнел остов кострища, сложенного из крупных, почерневших от копоти камней. Кое-где между бараками виднелись странные, низкие постройки, больше похожие на землянки или склады.

– Вот черт… – тихо выругался Иван. – Ни на одной карте этого нет.

– Зато есть озеро, – с горьковатой иронией заметил Антон. – Ты же обещал озеро. Обещание выполнено. Правда, с сюрпризом.

– Заброшенный пионерлагерь, что ли? – предположила Марина, смотря на него с нескрываемым любопытством. Ее усталость как рукой сняло.

– Слишком уж глухо для пионерлагеря, – покачал головой Сергей. – Скорее, какая-то лесохозяйственная база. Или геологов. Судя по состоянию, брошено лет сорок-пятьдесят назад.

Лика не произнесла ни слова. Она стояла, вглядываясь в лагерь, и ее лицо было бледным и напряженным.

– Мне здесь не нравится, – наконец сказала она. – Давайте уйдем. Найдем другое место.

– Куда уходить? – возразил Иван. В его глазах загорелся азарт исследователя. – Уже почти вечер. Через час стемнеет. А здесь есть где укрыться. Посмотри – те бараки еще целыми кажутся. И вода рядом. Место идеальное!

– Идеальное для чего? – резко спросила Лика. – Для ночевки в компании призраков? Ты чувствуешь эту энергию? Она… тяжелая. Мертвая.

– Энергия у тебя в ногах кончилась, вот и кажется, – отшутился Иван, но шутка прозвучала неубедительно. – Все, решение принято. Разбиваем лагерь. Но сначала разведка. Кто со мной?

Антон и Сергей, после недолгого колебания, согласились. Марина предпочла остаться с Ликой, разбирать палатку и собирать хворост для костра – вдали от мрачных построек.

Перебравшись через ручей по скользкому бревну, они вошли на территорию лагеря. Тишина здесь была еще более гнетущей. Даже их шаги по потрескавшемуся асфальту дорожки и хрусту битого стекла под ногами казались кощунственно громкими.

Бараки были пусты. Внутри пахло плесенью, пылью и чем-то еще – сладковатым и тошнотворным, как запах давно разложившейся плоти. На полу валялись обрывки газет, пожелтевшие и истлевшие, обломки мебели, какие-то железные койки с проржавевшими панцирями сеток. Стены были покрыты слоями грязи и паутины, но кое-где проступали остатки росписи – блеклые, почти стертые изображения звезд, серпов и молотов, и какие-то странные геометрические символы, нанесенные поверх них темно-красной краской, похожей на запекшуюся кровь.

– Веселенькое местечко, – констатировал Антон, освещая фонариком угол барака. – Прямо романтика.

– Смотрите, – Сергей стоял у одной из стен и указывал на большой лист фанеры, прибитый гвоздями. На нем кто-то углем нарисовал нечто, напоминающее схему или карту. В центре был круг, обозначавший, судя по всему, лагерь. От него во все стороны, вглубь леса, расходились линии, но все они, одна за другой, обрывались, упираясь в нарисованную толстую, извилистую черту, что опоясывала круг, словно барьер.

– Что это? – спросил Антон. – Игра такая? Лабиринт?

– Не знаю, – ответил Сергей, вглядываясь в рисунок. – Но похоже на карту побега. Неудачного, судя по всему.

Иван тем временем исследовал кострище. Камни были не просто черными от копоти. Они были оплавлены по краям, словно от чудовищного жара. А вокруг, на земле, он нашел несколько странных предметов: сильно проржавевший нож с обломанным кончиком, пустую жестяную коробку из-под консервов с непонятными символами на боку и несколько крупных, темных перьев, похожих на вороньи, но раза в полтора больше.