Альтер Драконис – Отброс аристократического общества 4 (страница 14)

Орю, висящий в воздухе напротив Чёрного, скривился, взмахнул мечом, сплюнул, и ответил:

– Знаешь, мил человек, ты меня просто бесишь. Даже не из-за твоей злобно-пафосной речи, а из-за полного отсутствия интеллекта. На самом деле ты просто перекачанный болван с чрезмерно развитым чувством собственной важности. Сейчас я преподам тебе урок смирения. До смерти.Сброс ограничителя.

– На каком языке они говорят? – ко мне подошла Розалин. – Я слышу речь, но не могу понять ни слова.

– Странно, – с трудом выдавил я. – Я всё понимаю. Они сейчас ругаются.

Бард засветился внутренним светом, а черты лица заострились. Он увернулся от выпада призрачного меча, отбил ещё один, развернулся на месте, отшвырнув ножнами катаны летящий со стороны спины клинок Древней Силы. Да уж, в отличие от Чхве, Орю держался в воздухе легко и непринуждённо.

– Я не чувствую магии, – удивлённо произнесла Розалин. – Чтобы вот так ловко крутиться, нужно манипулировать потоками маны на уровне не меньше магистра, прямо на ходу просчитывая сложные уравнения, а здесь ничего похожего и в помине нет. Как он это делает?!

Оба противника танцевали в воздухе, нанося и отбивая удары. Летели цветные искры, когда катана барда разрубала клинки Чёрного, но те нарождались вновь и вновь. Впрочем, ситуация сложилась патовая, летающие лезвия пробить оборону милорда Каминари не могли.

– О, сейчас стало чуточку интереснее, – изобразил довольно натужную радость Чёрный. – В отличие от того, предыдущего…

– Не стало, – отрезал Орю. –Сброс ограничителя.

– О, теперь я понимаю их речь, – Розалин взяла меня за руку, – как только прикоснулась к тебе. Что происходит, Кайл? Что за ограничители?

– Сам хотел бы знать, – помотал головой я. – Слушай, Розалин, у тебя остались зелья восстановления выносливости? Я еле на ногах стою.

– Конечно, – засуетилась Розалин. – Только аккуратнее с ним, в твоём состоянии после стимулятора потребуется долгий отдых.

Силуэт барда исказился, он стал воздушнее, размытее и словно бы прозрачнее. Его движения приобрели нечеловеческую плавность, летучие мечи, даже нарастив скорость, промахивались буквально на пару сантиметров, бард ускользал от удара в самый последний момент. Мне даже показалось, что он телепортируется в воздухе на небольшие расстояния.

Чёрный начал потихоньку пятиться, порождая призрачные клинки целыми стаями. Орю, уже не заморачиваясь фехтованием, сыпал цветными искрами, срывавшимися с лезвия его меча, и воплощения Древней Силы разбивались со стеклянным звоном, падая на землю призрачной пыльцой.

– Что, не нравится? – послышался знакомый, но странно искажённый голос барда. – Замолчал, шутник хренов? Не выделываешься больше? Твоё счастье, что я не могу сбрасывать печати разом, а то бы давно снёс твою пустую башку с плеч. Поживёшь ещё немного.Сброс ограничителя.

– Ого, – только и произнесла Розалин.

Чёрный и правда, заткнулся, и хотя из-за шлема его лица было не видно, я почувствовал, что бойцу «Руки» сейчас не до смеха. Да, этот парень мог использовать свои Древние Силы гораздо лучше, чем я, но, похоже, энергия кончалась и у него, в отличие от преобразившегося барда. Тот и не думал уставать, волчком крутясь вокруг запыхавшегося рыцаря.

– Пора заканчивать представление, – холодно бросил Орю, и его катана, преобразившись в самоподобный фрактал, вроде того, что мы видели в мире Фиолетовых осколков, нанесла резкий рубящий удар. Чёрный рыцарь почти по-женски взвизгнул, под его доспехами что-то с резким звоном тренькнуло, и путь падающему лезвию преградил странный щит, состоящий из тонких, словно проволока, светящихся синих спиралей. Впрочем, натиск он не сдержал, фрактальное лезвие сокрушило защиту, щит вспыхнул и растаял, но удар резко потерял энергию, вместо того, чтобы отрубить врагу голову, он просто сбил с него шлем.

Наконец-то я увидел лицо нашего врага.

Это был определённо мужчина, но возраст его я распознать не смог. Моложавый, вроде бы и не старый, но что-то в его облике говорило, что он далеко не юнец. Но самое странное было не это. Кожа рыцаря была молочно-белой, такие же белые волосы и почти бесцветные, с лёгкой краснотой глаза.

Альбинос?

– Отход! – вновь взвизгнул супостат, и за его спиной раскрылся цветок аварийного портала, в который вражина моментально провалился за мгновение до очередного удара катаны.

– Ушёл, паразит, – мрачно констатировал Орю. –Установить ограничитель на шестой уровень.

Бард вложил уже ставший самым обычным оружием меч в ножны, и плавно спикировал к нам. Сейчас он выглядел самым обычным образом, никаких тебе свечений и прочих запредельных штучек.

– Что за ограничители? – накинулась на него Розалин. – И как ты ухитрялся так летать?

– Ты что, – удивился бард, – понимала, о чём мы говорим?

– Честно говоря, нет, – созналась волшебница, – пока до Кайла не дотронулась. Только тогда начала понимать.

– Как интересно, – бард задумчиво посмотрел на меня, – а не должны были. Обойти мою защиту… Так. Стоп. Оставим этот разговор, здесь совсем не место.

– Нет уж погоди, – упёрла руки в бока Розалин, – я знаю, какой ты мастер уходить от ответа. Если сейчас я всё не выясню…

– Чхве как? – перебил её Орю. – Кровотечение остановили?

– Не знаю, а что? – удивилась Розалин. – С ним жрецы.

– А то, – бард бросился к лестнице, ведущей со стены, – рана у него не простая.

Орю поскакал вниз, перепрыгивая через ступеньку. Мы с Розалин устремились следом. Я, наглотавшись зелий, чувствовал себя более-менее сносно, так что не отставал от моей шустрой невесты. Орю, почти спрыгнув с последнего лестничного пролёта, побежал к палаткам врачевателей, да так шустро, что мы едва поспевали.

Чхве мы нашли в одной из палаток, расположившихся на Привратной площади.

– Как он? – Орю с порога взял в оборот целителя.

– Не очень, – отозвался жрец. – Кровь мы остановили, но рана не затягивается, даже не смотря на влитые в него исцеляющие зелья.

– Из первой группы брали? – спросил я, входя следом.

Первая группа – это у нас эксклюзив, особо мощные, изготовляемые из так называемых «веретенец», ложных плодов мэллорна. Дело в том, что мэллорн, являясь природным насосом маны, через некоторое время оказывается этой маной переполнен, так что дерево вынуждено сбрасывать излишек при помощи плодов. Надо ли говорить, что они очень ценятся алхимиками. Даже малая толика экстракта веретенца способна резко улучшить качество любого магического отвара.

– Из первой, – кивнул жрец, – но всё равно, результата почти нет. Мы боимся давать ему больше, и так уже влили на грани передозировки.

– Ясно, – кивнул Орю и подошёл к лежащему без сознания мечнику.

Он внимательно осмотрел рану, провёл над ней рукой и вдруг, над рваными краями плоти вспыхнуло едва уловимое радужное свечение.

– Пинцет, – потребовал бард.

Ему тут же дали требуемое. Орю осторожно погрузил пинцет в рану и аккуратно вытащил из неё прозрачный осколок.

– Что это? – обомлел целитель. – Откуда? Я же всё внимательно осмотрел! Я просто не мог пропустить посторонний предмет!

Бард не ответил. Удерживая пинцетом бесформенный полупрозрачный кусок, он посмотрел сквозь него на свет.

– Так-так, – задумчиво произнёс он. – Древняя Сила, говоришь? Вот только врать не надо.

– Откуда это?! – насели на него жрец с Розалин. – Хватит темнить!

– Откуда, откуда, – Орю прищёлкнул пальцами, и на его ладони появился небольшой холщовый мешочек. – Сами видели откуда, из раны. Вы его, уважаемый жрец, потому и не заметили, что он был не совсем в материальной форме. Если точнее, то этот осколок пребывал в равновесии, находясь сразу в двух формах одновременно, астральной и физической, в конкретный момент, однако, не являясь ни одной из них. Я же нарушил это равновесие, заставив осколок воплотиться. Квантовая механика!

– Какая механика? – не поняла Розалин.

Зато я понял, какая.

– Не важно, – отмахнулся бард. – Важно то, что раны нашего друга уже затянулись.

И правда, избавившись от постороннего предмета, рана моментально зажила. Чхве выглядел как новенький, даже бледность исчезла.

– Пусть поспит, – начал прогонять нас жрец. – К завтрашнему утру он будет полностью здоров.

– Так Орю, – Розалин загородила дорогу барду, когда тот вышел из палатки. – Я требую объяснений.

– Непростой это осколок, – согласился наш поэт-песенник. – И силы у Чёрного весьма не простые. Они, Кайл, не те, что у тебя.

– Это я уже понял, – вздохнул я. – Сколько он этих мечей наплодил, да я, при столь интенсивном использовании своих талантов, давно бы уже помер от истощения.

– А вот он не помер, – задумчиво почесал подбородок бард. – Что наводит на размышления. И клинки эти… Я пока что затрудняюсь предположить, из чего они сделаны. Помните тех твинков, копии умерших родственников Рона?

– Забудешь такое, – буркнул я.

– Так вот, эти мечи и те твинки, явления одного порядка, – закончил бард.

– Не понял связи, – удивился я.

– Я пока что тоже, – вздохнул Орю, – но нутром чую, они друг с другом связаны. Уж больно методы схожи. Впрочем, нодо ещё поразмышлять над этим.

Над городом пропела многократно усиленная труба.

– Противник пошёл в атаку! – раздался голос глашатая. – Все на стены!

– Что будем делать, Розалин? – спросил у волшебницы я. – Тоже пойдём на стены?

– Не вздумай! – вскинулась невеста. – Ты же опять своими силами баловаться начнёшь. Кайл, это ты на вид бодрый, но ещё одна такая встряска тебя в могилу сведёт.