Альтер Драконис – Агентство «Нэкогами» (страница 16)

Отлично, минус два. Так, стоп, а где остальные? Я распаковал дрона-видеокамеру и поднял его повыше. В оптическом диапазоне никого. В инфракрасном – тоже. На радаре чисто. Зараза, да где же они? Попрятались, что ли? Хреново, блин, без армейских сканеров. Что делать будем? Как вариант – отступить, но это значит, что опять придётся блуждать по коридорам, а мне эта затея душу не грела. Домик-то вот он, как на ладони, даже одна створка двери приоткрыта. Только и делов, что сделать рывок, да запереться внутри здания. Скорее всего там должен быть терминал охраны, с которого можно отключить этих механических уродов. С поста охраны это сделать не получалось.

– Что-то мне всё это не нравится, – доложил я. – Ладно, действуем по плану.

Мы проскочили к соседнему контейнеру. Никого. За штабелем пластиковых поддонов вроде бы какое-то движение. Я дал туда очередь, и пули разорвав штабели в клочья, с визгом отрекошетили от дальней металлической стены. Эх, ну почему я не взял электромагнитные гранаты? С другой стороны, я ведь не воевать сюда ехал.

До вожделенной двери оставалось не более пятнадцати метров.

Ещё раз просканировав пространство, я махнул рукой Юкари и припустил к дверям. И только я начал движение, как у крыльца здания замерцал воздух. Что это такое, я понял моментально. Мозги ещё не успели дать управляющий импульс, а тело отреагировало само, ещё в движении упав на задницу и надавив на курок автомата. Запели электромагнитные катушки оружия, и очередь с резким звуком прошила корпус охранного дрона, сбрасывавшего оптический камуфляж. Эти сволочи запрыгнули на крышу здания и затаились! Вот тебе и избыточная прыжковая функция.

Над головой просвистела очередь. Что, не ждал паразит, что я пригнусь? Я извернулся и не целясь выпустил ещё с десяток пуль. Второго дрона развернуло, он навёл на меня свой кинетический модуль, но вместо очередной порции снарядов, в мою сторону полетел сноп искр. Видимо, я таки сумел перебить управляющий кабель. Что ж, железяка, сегодня не твой день. Я всадил в него в упор очередную порцию вольфрама, и второй охранник отправился в утиль.

Всё это действо не заняло и десяти секунд. Так, а где же остальные трое? И… Юкари! Что с ней?

За спиной послышался резкий возглас, раздался звук разрываемого металла, и мимо меня просвистела железная рука с кинетическим модулем. Я резко развернулся и с перекатом ушёл в сторону. Противника не было. Рядом со мной, в окружении искорёженного железа стояла незнакомка в одежде Юкари. В руке она держала нихонскую катану, на лезвии которой дрожали всполохи энергетического поля. Нихрена себе оружие. Никогда такого не видел. Обычное лезвие, совмещённое с силовым? Это что за технологии такие?

– Э-э-э… Юк… – икнул я. – Юкари? Это ты? Что с тобой произошло?

Юкари резким движением пронзила слабо шевелящегося робота, артистично загнала катану в ножны, посмотрела на меня холодным отрешённым взглядом, и вдруг уронив оружие на пол, упала на колени и громко заревела. Я подошёл к ней, осторожно потряс за плечо и спросил:

– Юкари, что это было? Я тебя даже не узнал поначалу…

Зря я это сказал. Мои слова вызвали ещё больший поток слёз и продолжительную истерику. Подхватив катану, автомат, и рыдающую девицу, я быстренько смылся в дом, закрыв за собой дверь.

Похоже, здесь раньше был штаб, или что-то вроде этого. У дверей в дальнем конце комнаты стояла секретарская стойка с выключенным голографическим кубом, в углу стоял засохший фикус, а справа располагался приличных размеров диван, на котором когда-то сидели посетители. Я усадил на него Юкари и попытался успокоить. Получилось это не сразу. Когда, наконец, рёв перешёл во всхлипывания, я сумел разобрать отдельные слова.

– Знала я, что так и будет! – рыдала на моём плече Юкари. – Ты видел… Меня такую… Стра-а-ашную… А-а-а-а!!! Я знала, что ты меня теперь разлюбишь…!

Так вот, в чём дело.

– Юкари, успокойся, – попытался образумить её я. – Не разлюблю я тебя. Подумаешь, зарубила троих роботов, с кем не бывает. Вот если бы ты их скалкой забила, тогда бы я испугался, а катана, так, фигня. Ну ладно, не плачь.

Какую только чушь не приходится нести, чтобы успокоить девушку.

В общем, спустя ещё полчаса рыдания прекратились. Мы сидели, обнявшись, моя майка промокла насквозь. Юкари подняла на меня заплаканные глаза.

– Правда не разлюбишь? Правда-правда?

– Истинная правда, – подтвердил я. – Но мне дико интересно, что же всё-таки случилось, и откуда у тебя это странное оружие?

Юкари ещё несколько раз вздохнула, вытерла глаза платочком, и начала рассказывать. Оказалось, что Юкарин дед – мастер меча и содержит додзё. Долгое время у них с женой не было детей (что довольно странно в наш век продвинутых биотехнологий), но наконец родилась Юкарина мама. Дед обломался, он-то хотел наследника, чтобы передать ему своё мастерство, а тут девчонка. Повздыхав, он принялся обучать дочку, но той все эти выкрутасы с железками были до одного места. Её больше интересовали куклы, а чуть попозже – мальчики. Дед скрежетал зубами, но, в конце концов, смирился, и стал ждать внуков. Что ж, ждать пришлось не очень долго, Рэна рано вышла замуж за перспективного молодого инженера из «Калкиота дэнки», и через три года родила Юкари. Когда дед узнал, что у него внучка, ушёл в запой на два месяца. Из запоя он вышел уже просветлённый, как он сам потом говорил, по нему скакали сотни маленьких розовых бодхисатв и нашёптывали ему тайны мироздания, но какие именно, он забыл. В общем, как истинный буси, дед смирился с испытанием, посланным ему богами, и начал тренировать Юкари, благо Рэна не возражала, и, сплавивши дочку с глаз долой, укатила с мужем в галактические дали. Юкари по началу пыталась возражать, ибо её тоже мало интересовали пляски с острыми железяками, но дед был неумолим. Мало того, что после запоя в нём проснулись псионные силы, так что «хитэн мицуруги рю» перестал быть просто красивым взмахом меча, а стал действительно силой, способной разнести булыжник на кусочки, так что Хико Сэйдзюро стал требовать от внучки таких же успехов. Но увы, в Юкари пси силы не было ни грамма, а идея пробудить её при помощи сакэ, встретила резкое неприятие Юкариной бабушки. Дед поскрипел, поскрипел, но перестал требовать невозможное. Впрочем, как потом выяснилось, затею свою не оставил. И вот однажды, погожим летним днём, Хико и Юкари отправились к отдалённому храму, для тренировки. Намахавшись мечами до упаду, Юкари присела отдохнуть, а добрый дедушка заварил травяного чайку, от которого внучка моментом отрубилась. Что было потом, Юкари не помнила совершенно, вроде бы ей снились какие–то странные сны, а по пробуждении она стала именно такой, какой я её видел, но, по счастью, только в бою. На истерику «что ты со мной сделал», подлый дед только ухмылялся и гладил бороду, приговаривая, что могло быть и лучше, но и так сойдёт. Методом слёз, криков и угроз ей таки удалось выудить у старого прохиндея, что тот «заключил договор с местным божеством» чтобы оно «руководило и направляло» его ученицу. В общем, бесовщина какая-то.

– Вот такая история, – вздохнула Юкари. – Как только я закончила высшую школу, сразу же свалила из его дома, подальше от этих боевых искусств. Когда я обнажаю катану, я становлюсь сама не своя. Кто-то другой, сидящий во мне, управляет моим телом. Меня это страшно пугает, но ничего поделать с этим я не могу. Деда я после этого не простила и укатила в Токио учиться на мангаку. Вот же старый хрен! Кто ему мешает заделать моей бабке очередного ребёнка? Что он ко мне прикопался? И кого он ко мне подселил?

И правда, не пойму я его. Раса людей давно уже победила смерть, так что от старости уже никто не умирает, ну, кроме секты натуралов, не желающих из религиозных соображений выключать встроенный в каждого человека механизм самоуничтожения. Эта генетическая адаптация простая, давно освоенная, и делается каждому в возрасте тринадцати стандартных лет. Биоинженерия позволяет взять себе любой биологический возраст, в диапазоне от тех же тринадцати до шестидесяти лет, без старения организма. На сколько хочешь, на столько и выглядишь.

– Я боюсь, что эта моя вторая личность может выйти из-под контроля, и тогда я причиню вред тем, кого люблю. Ты же видел, у меня даже лицо меняется, – вздохнула Юкари. – Я не перенесу, если это случится. Но сегодня у меня выхода не было, или я обнажаю оружие, или они меня убьют.

Кто бы мог подумать, что у моей милой домашней Юкари тоже скелеты в шкафу?

– Не расстраивайся, – я обнял её, – мы с этим как-нибудь справимся. Просто не доставай катану, и всё будет путём. Пойдём, попробуем поискать воду. Надо бы приготовить поесть, да и помыться бы не грех.

Мы двинулись дальше. Миновали большой зал для собраний с рядами кресел, пустые кабинеты с канцелярскими столами, и наконец, поднявшись на второй этаж, нашли искомое.

Здесь когда-то жил высокопоставленный чин. За шикарным кабинетом располагалась жилая зона, в которой мы и обнаружили большую ванную. Я покрутил кран, и тот, зашипев, выплюнул струю сначала ржавой, потом вполне чистой на вид воды. Отлично, одной проблемой меньше.

Отправив Юкари умываться, я пошёл на кухню и открыл стасис-камеру. Стасисник всё ещё работал, но внутри было пусто. Я порылся внутри, и нашёл лишь банку старой газировки.