Алсу Идрисова – Давай не будем, мама! (страница 4)
Лиана вновь отошла и села на диван.
– Ты не понимаешь, – с ненавистью бросила она, – я устала так жить, Аркаш, пойми! Я устала от безденежья, устала от картошки на ужин, от бесконечных «Сделай», «принеси», «подай», «убери». Сколько можно?! На что я трачу свою единственную драгоценную жизнь?
Аркадий не отвечал.
– Я хочу немного пожить в сказке, как восточная принцесса! Разве я хочу чего-то ужасного? Каждый человек сам выбирает свою судьбу. Ты свой выбор сделал – жить в ипотечной квартире и питаться дешевыми продуктами. Пожалуйста, это твой выбор! Но я так не хочу!
– Называй вещи своими именами, – вскинулся Аркаша, – будешь не восточной принцессой, а турецкой подстилкой, которую во все…
– Замолчи! Ты не понимаешь, что говоришь! Ахмет – романтичный, нежный мужчина, не чета тебе! Он знает, как сделать женщину счастливой, понятно?!
Аркадий устало прикрыл глаза – сил кричать и спорить у него не было. Вся энергия уходила на то, чтобы поддерживать организм в режиме «Вдох-выдох». Надо жить. Ради дочери. Вдох-выдох.
Лиана подошла и ласково потрепала его по небритой щеке. Он отшатнулся, как от удара. Она улыбнулась тонкими губами и, закрыв чемодан, пошла к выходу.
– Ты не переживай, Аркаш, – бросила она на ходу, – я там устроюсь и заберу Софию к себе – Ахмет очень любит детей. А пока она поживет с тобой – и оформи ей загран, хорошо? Ей будет с тобой лучше – она привязана к тебе больше, чем ко мне. Она поймет меня, когда станет чуть постарше, я уверена!
Аркадий вдруг тонко завыл, словно одинокий волк, словно пес, которого намеренно забыли на даче – вложив в этот звериный вой всю свою душевную боль.
Она в ужасе обернулась – Аркаша стоял на коленях и тихо плакал.
– Пожалуйста, не уходи, Лианочка, солнышко мое… Я умру без тебя, сдохну… Не уходи, не бросай нас!
– Не говори глупостей! – разозлилась Лиана, надевая туфли. – Отвезешь Софку к своей сестре на время, если не найдешь няню – они с ее Настюхой не разлей вода… Ну вот, молодец, ребенка своим воем разбудил!
Софийка, потирая сонные глазки, выскочила из комнаты – такая милая в своей пижамке с енотиками, – и удивленно уставилась на родителей.
– Мам, а ты куда? – громко спросила она, переводя глаза с матери на отца. – И когда вернешься?
– Скоро, зайчик, скоро, – смалодушничала Лиана, наспех целуя Софийку в макушку. – А ты пока напиши список подарков – я тебе все куплю, обещаю!
– Ураааа!
Взяв Софийку на руки, Аркадий из окна кухни следил, как из подъезда выпорхнула Лиана. Внизу ее уже ждал темный кабриолет – закинув чемодан на заднее сиденье, она уселась вперед, и машина бесшумно отъехала, увозя мать семейства в новую сказочную жизнь.
– Софийка, мама не вернется, мама нас бросила, – безжалостно сказал Аркадий, обнимая дочку. – Но ты не грусти, у тебя есть я. Все у нас будет хорошо, вот увидишь!
Ранний летний рассвет позолотил верхушки деревьев старого городского парка, заглянул в окна верхних этажей. В доме номер пятнадцать на руках у отца громко и безутешно рыдала маленькая девочка…
Глава 4
Всю неделю с Настюхой и Аленой сидели на даче. Каждый занимался своим делом: Настя целыми днями гоняла на велике с соседскими ребятишками. Я солила помидоры.
Ну, а Алена продолжала меня игнорировать.
Выглядит это очень смешно и забавно. Она ведет себя так, словно меня в природе не существует. Демонстративно не смотрит на меня или смотрит «насквозь» – так, что я начинаю думать: уж не прозрачная ли я?
Ставлю на стол тарелки, громко зову детей. Настена выбегает радостная – аппетит у нее от постоянного пребывания на свежем воздухе зверский. С жадностью бросается на еду.
Аленка выходит из спальни королевой в изгнании. Губы поджаты в куриную гузку. На лице написано презрение ко мне и ко всему, что я делаю. Тем не менее, тяжело вздыхая, берет ложку и начинает есть.
И выражение лица у нее такое, словно она одолжение мне делает!
– Ты бы хоть «спасибо» сказала! – не выдержала я однажды вечером, после того как целый день провела на кухне, а Аленка страдала над учебником, делая вид, что занимается.
– Спасибо, – процедила сквозь зубы Алена.
– Пожалуйста! Ты бы хоть помогла мне, хоть раз бы спросила: «Мама, может, помочь тебе надо? Покушать приготовить, полы протереть?» Ты же в этом доме живешь, дочь, неужели тебе не хочется…
– Условие, поставленное вами, звучало предельно и ясно, – Алена уперла руки в несуществующие бока, – я живу с вами на даче и занимаюсь английским. Если хотите включить в договор дополнительные пункты о необходимой уборке, вам придется пойти на компромисс и сесть за стол переговоров.
– И что же ты хочешь? – тихо закипая, спросила я.
– Для начала необходимо вернуть мне телефон, – загнула Аленка изящный пальчик, – не запрещать мне встречаться с друзьями, вы не имеете на это права! И еще – мне надоело тут жить, я хочу в город, ты мне еще одежду на осень не купила!
– О, какое чудо, вы перешли на «ты», сударыня?!
Аленка слегка покраснела и, сцепив зубы, тихо поинтересовалась:
– Ну так что? Ты согласна пойти на компромисс? Я буду помогать тебе по дому, а ты в свою очередь…
– Позволю тебе бухать, встречаться с асоциальными личностями, разрешу забить на учебу? – ехидно поинтересовалась я. – Нет! Не дождешься!
Аленка с ненавистью оглядела меня и, отодвинув тарелку, выскочила из-за стола. На пороге кухни она остановилась, обернулась и сказала, не глядя на меня:
– Благодарствую за прекрасный обед, маменька. Буду всю жизнь благодарна вам за то, что вы для меня делаете…
Настя, с аппетитом уплетая вторую котлету, с удивлением посмотрела на меня.
– Почему Алена так странно разговаривает?
– Думает, что выросла! – повела я плечами. – Не бери в голову, Настен… Пиццу с грибами будешь?..
Убрав посуду и перемыв всю кухню, я вышла в сад собирать яблоки для варенья и зелень для засолки помидоров. Август стоял жаркий и душный – парить начинало с раннего утра. Хорошо, что мы на даче – в городе наверняка дышать нечем! Интересно, как там Серега?
Надо бы еще и мяты засушить на зиму – все лето руки не доходили. Господи, все сама, все на мне… Хоть бы помогла, бессовестная, ведь не занимается – я точно знаю!
Ворча себе под нос, я вернулась в дом с ведром, полным яблок и листьями смородины для засолки. У крыльца меня кто-то поджидал.
– Ооо, подругааа, – протянула соседка по дачному участку – Лялька, та самая, у которой мы оставляли Настену в прошлый раз. – Знаешь, что у тебя на лице написано?
– Что? – без интереса спросила я, машинально выравнивая обувь на крыльце и убирая пару лишних босоножек в обувницу.
– Заездили меня, бедную, несчастную! – запричитала тонким голосом Лялька. – Вот она какая я – святая мать-героиня! Че случилось-то? На тебе лица нет! Смотрю через забор – все какие-то грустные шмыгаете туда-сюда. Одна Настюха веселая. Ну, что стряслось? Вытряхивай!
Весь смысл жизни Ляльки – найти для дочери богатого и успешного спутника жизни. Сама она не работала в жизни ни дня, предпочитая сидеть на сильной шее мужа. Не знаю, почему сей факт меня так раздражает?
Лялька слушала молча обо всех моих злоключениях – и о бывшей Сереги, которая сидит у меня буквально в печенках, и о выкрутасах Аленки, и о ее неподходящей компании.
– А что ты ее так терроризируешь? – наконец спросила она. – Как она у тебя замуж выйдет, если затворницей будет все время сидеть? Я вот свою всегда отпускаю, если компания хорошая.
– Так я вообще не знаю, что это за компания! – понизив голос, зашептала я. – Все какие-то страшные, неопрятные, неухоженные. Девицы вызывающе одеты, парни какие-то мутные типики…
– Ты так доверие дочери вообще потеряешь – она тебе уже врет, а это неспроста! – покачала головой Лялька. – Значит, ты слишком остро отреагировала на какую-то ее выходку – она запомнила это и…
– Слушай, ты что, врач? – обозлилась я. – Что ты меня лечишь тут?
– Да я же сама через это прошла! – укоризненно сказала Лялька. – И вечеринки организовывала, и на мотоцикле стала учиться ездить – чтобы ближе к дочери быть, понимаешь? Вот ты хоть знаешь, что она сейчас читает? О чем мечтает? Чего хочет?
– Да ничего не хочет она! – махнула я рукой. – Как бы подольше поспать да посидеть с телефоном…
– Послушай меня – старую, умудренную опытом женщину! – сказала Лялька проникновенно. – Позови в гости ее друзей – так ты будешь знать, с кем она общается.
– Ляль, она не согласится, она…
– А ты попробуй! А насчет Сережкиной бывшей – я тебе так скажу: врага надо знать в лицо. Хочет позвать он ее в гости – а ты согласись, на своей территории спокойно будешь себя чувствовать. И перестань устраивать ему скандалы – даже если он еще не изменяет тебе, то очень скоро своими истериками ты сама его в ее объятия толкнешь! А оно тебе надо?
Я молчала – крыть мне было нечем, тяжело меняться в моем возрасте, тяжело. Но будем надеяться, что любые изменения – к лучшему. Так, пожалуй, к визиту Жанны стоит основательно подготовиться!
Глава 5
– Ты долго вокруг нее собачкой на побегушках скакать собираешься?!
– Что опять не так? Я же тебя за руку держу весь вечер, как ты и хотела! Какая собачка?!
Я закатила глаза и принялась яростно обдирать с яблони пожелтевшие листочки. С другой стороны дома до нас доносились взрывы смеха и звон бокалов.
Аленкин силуэт маячил в окне спальни – предложение пригласить ее друзей на дачу она с презрением отвергла. Ну и пусть сидит теперь в своей комнате – Серега на пару часов выдал ей телефон.