Алсу Авелин – Тайны цветочной Феи (страница 2)

Шёпот Занавеса стал чуть глуше. Свет в его переливах – чуть тусклее.

Она медленно вернулась к своему зелёному трону, но сесть не смогла. Беспокойство, тихое и настойчивое, как ползущий плющ, обвивало её сердце. Впервые за много веков её совершенный, замедленный мир дал трещину. И трещина эта была обращена в сторону, куда ей было запрещено смотреть.

А где-то далеко, по ту сторону радужной плёнки росы, в заброшенном саду, девочка по имени Лиля сидела на покосившейся скамейке и смотрела на чахлый куст белых роз, не в силах вспомнить, когда последний раз смеялась здесь её бабушка. Её тихая грусть, тяжёлая и одинокая, как холодный камень, просачивалась сквозь землю, корни, время и пространство, добираясь до самых основ Затерянного Леса и отравляя их печалью.

Но Эльдария пока этого не знала. Она только чувствовала, что её Лесу больно. И для Хранительницы этого было более чем достаточно.

Глава 2: Тревожный шёпот

Беспокойство Эльдарии не рассеялось с наступлением нового дня. Напротив, оно пустило корни, тихие и цепкие, как плющ. Утро, обычно такое ясное и предсказуемое, сегодня встретило её странной тишиной. Пение птиц звучало приглушённо, будто сквозь вату, а солнечные зайцы на поляне двигались лениво, нехотя.

Эльдария, сменив платье из утренних лютиков на дневное из нежно-розовой гвоздики, первым делом направилась к Волшебному Цветку. Сердце её сжалось. Его бутон, обычно такой упругий и холодный, казался чуть мягче, а кончик слегка потемнел, будто от лёгкого прикосновения пепла.

– Что с тобой? – прошептала она, лаская гладкую поверхность. – Ты же должен набираться сил.

В ответ не пришло ни тёплой пульсации, ни тихого шелеста благодарности. Цветок молчал. Это молчание было громче любого тревожного зова.

И тогда Эльдария отправилась в обход своих владений. Она не летела, а шла, медленно, внимательно касаясь ладонями стволов, наклоняясь к каждой травинке. И Лес начал отвечать.

Сначала это были листья папоротника у северной границы поляны. Они, обычно резные и горделиво расправленные, сегодня неестественно скрутились кончиками внутрь. Не так, как осенью, готовясь отдать соки дереву и опасть золотым сном. Нет, это был болезненный, усталый клубок, будто листья пытались спрятаться, съёжиться от непонятной боли. Их зелень потускнела, потеряла изумрудный блеск.

Потом она заметила цветы. Скромные лесные колокольчики, которые всегда звенели нежным ароматом, теперь стояли безмолвные. Их чашечки были полны, но запах исчез, будто его выпила какая-то невидимая тень. Эльдария наклонилась и втянула воздух – только лёгкая пыльца щекотала ноздри, но никакой музыки запаха не было.

Но самое тревожное ждало её у ручья. Вода, которую она вчера убаюкивала, текла сегодня необычно тихо и густо. И на её поверхности, среди обычных пузырьков воздуха, плыли странные образования – полупрозрачные, маслянистые сферы, отливавшие тусклым серым перламутром. Они не лопались, достигнув берега, а прилипали к мху, который на мгновение темнел под ними. Эльдария осторожно коснулась одного такого пузырька кончиком пальца. И тут же отдёрнула руку.

Внутри не было воды или воздуха. Внутри была печаль. Чистая, безымянная, тяжёлая грусть. Она просочилась сквозь кожу холодной иголкой и застряла где-то глубоко, под сердцем. Эльдария закрыла глаза, и ей показалось, будто она слышит далёкий-далёкий звук – не плач, а просто тихий, бесконечно усталый вздох.

И тогда заговорил сам Лес. Не словами – он никогда не использовал человеческие или фейские слова. Он говорил ощущениями, образами, которые всплывали в сознании, как тени от облаков на воде.

Тяжело… – прошелестело у неё в висках, и ноги сами собой стали ватными.

Темно… – добавил холодок, пробежавший по спине, хотя солнце всё так же светило.

А потом, уже едва уловимо, словно эхо из глубокого колодца: Корни… холодные…

Эльдария поняла. Болезнь шла извне. Она проникала не через воздух, а через землю, через самые глубокие, самые древние корни, связывавшие всё в Лесу в единый организм. И если страдали корни, то рано или поздно завянет и Волшебный Цветок, и папоротники, и ручей замолкнет навсегда.

Действовать нужно было сейчас. Но как? Она знала каждую травинку в своём королевстве, но эта напасть была чужой, нездешней. Нужен был совет того, кто старше самой болезни. Того, чьи корни уходят так глубоко, что помнят, как формировались холмы.

Ей нужно было к Дубовику.

Путь к Великому Дубу был не близким и не лёгким. Он рос не на солнечной поляне, а в самой глухой, самой древней части Леса, куда даже тропинки боялись заходить. Эльдария шла, чувствуя, как с каждым шагом воздух становится гуще, насыщеннее запахом прелых листьев, сырой земли и древесной смолы. Свет сюда почти не проникал, его заменяло таинственное зелёное свечение мха, покрывавшего всё вокруг.

И вот, наконец, он появился перед ней. Дубовик. Это был не просто дуб. Это была гора из дерева и времени. Его ствол, тёмный и испещрённый глубокими морщинами-трещинами, был так широк, что если бы обнять его, то и двадцати фей не хватило бы. Крона его терялась где-то в высоких сумерках, а могучие корни, подобные спинам каменных драконов, выступали из земли, образуя целые гроты и пещерки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.