Альмира Рай – Свет твоей души (страница 51)
Я погибала. Медленно, но верно задыхалась. Царапала пол, хрипела и ползла куда-то, в надежде прекратить страдания. А потом и на это сил не стало. Я упала на пол и застыла, видя перед глазами лишь белый свет, который постепенно поглощала тьма, проступившая в моих глазах.
– Живым Виктусом, мертвым Марионом направляю весь Свет Тарты к истокам. Да наполнит он каждую душу, готовую принять его…
Я цеплялась за эти слова, за любимый голос до последнего удара сердца. Они стали последним звуком, который я услышала прежде, чем пустота затянула меня в свои холодные объятия. Я ни о чем не жалела. Нет. Если бы только Брадур рыл рядом, держал меня за руку… Так было бы легче уйти. Но уже и это не имело значения.
Всего капля Света. Ничтожная доля отделяла меня от достижения цели, к которой я шел пять тысяч лет. Этого времени должно было хватить, чтобы Виктус дал нам всем второй шанс. С этого момента начнется новая эра Тарты, ее возрождение и пик. А после, как и всегда во всем, наступит конец. Я видел будущее тогда. Я знал, что Виктус и Марион не смогут поддерживать нас вечно. Они оба погибали. Особенно Виктус, ведь его осколок на Тарте вытягивал всю энергию подчистую. Баланс Тьмы и Света был нарушен так сильно, что Свет почти поглотил всю Тьму. Тогда никто не понимал, что долго наш мир не протянет. Мне пришлось забрать Свет для того чтобы дать Виктусу восстановится, набраться сил. Для того чтобы возродить Тьму и возобновить баланс. Я не жалею ни о чем. Эти пять тысяч лет темных времен дали всем нам отсрочку еще в такой же срок. Еще как минимум пять тысяч Тарта будет существовать. А это немалый срок. А после уж я позабочусь оставить после себя приемника, который будет следить за балансом.
Одна капля. Ничтожная малость.
– Живым Виктусом, мертвым Марионом направляю весь Свет Тарты к истокам. Да наполнит он каждую душу, готовую принять его, – произнес я в последний раз и сконцентрировался на силе в моих руках. Купол Тьмы надежно удерживал ее, не давая уничтожить меня. Это было сродни держать гору на своих плечах – именно такую тяжесть я ощущал. Еще немного, и меня расплющит. Но по крупицам Свет тонкими лучами отрывался от общего комка и стремился ввысь, во всех направлениях, чтобы достигнуть своих целей – душ, готовых его принять. Меня не волновали все остальные. Только одна.
– Марина, – прорычал я, опустив взгляд. Она не двигалась.
А я все еще не опускал барьер Тьмы над островом, чтобы первый же луч Света попал в нее. Но она лежала неподвижно. А ее душа, собравшись маленьким белым комочком в груди, начала плавно подниматься к горлу. Я знал, что будет дальше. Она улетит.
– Нет! – процедил я, отказываясь верить в происходящее.
Я не мог так сильно ошибиться в ней. Не мог. Ее душа принадлежит этому миру. А значит, должна принять Свет. Тогда какого тролля?
С яростным ревом, я отозвал купол Тьмы и подбросил весь Свет, который удерживал в своих руках, к небесам. Он тут же распался на частицы, а те разлетелись, как вспышки миллиардов фейерверков одновременно. Даже я бы ослеп, если бы смотрел. Но мои глаза были прикованы к хрупкому телу женщины, чья душа собиралась улететь.
– Нет. Нет. НЕТ!
Я бросился к ней и поцеловал, пытаясь хоть как-то удержать ее. Но Марина как будто вовсе не хотела бороться за свою жизнь. За нас.
Маленький белый комочек пронзил меня и все же поднялся над нами. Я с неверием смотрел, как он медленно летит ввысь, будто дразнясь. Вот она, ее душа, совсем рядом, но поймать ее никак нельзя. Удержать невозможно, если только она сама не захочет.
– Вернись ко мне, – прошептал я, сам не узнавая собственный голос. А потом впал в ярость. Ничем неприкрытую, неконтролируемую. Она не может уйти, раздери меня тролль! Просто не может после всех лет. – ВЕРНИСЬ КО МНЕ!
Но маленький комочек лишь беззаботно колыхался в воздухе над нашими телами, будто танцуя свой танец смерти. Я потянулся к нему рукой, ощутил жар в пальцах, сжал в кулаке… А он опять ускользнул.
Я покачал головой, отказываясь в это верить. Что-то во мне медленно умирало, разрывалось на части от осознания, что я потерял все. Все!
И Тьма сгорала, корячилась в агонии вместе со мной. Я просто ждал этих секунд. Одна. Еще одна. Вскоре я сотру в пыль весь мир. Я уничтожу его. И себя вместе с ним.
Шум взрыва за спиной и резкий грохот на мгновение заставили душу Марины застыть. Я не видел, что там. Но Тьма подсказала, что явились другие иномирянки со своими парами. Тьма Касэрин не могла навредить моей. Но Огонь Силаны был способен выжечь нас.
«А стоит ли сопротивляться?» – промелькнула безразличная мысль. – «Стоит ли жить, если смысла больше нет?»
– Отойди от нее! – прокричал мне кто-то.
– О нет! Слишком поздно, – простонал кто-то еще.
Я оградился от них стеной Тьмы, все еще не отрывая глаз от белого комочка, зависшего в десяти падах надо мной.
– Пожалуйста, – прошептал я одними губами.
Я стоял на коленях перед ней и умолял. Чего ей еще надо?
Закрыв глаза, я расставил руки, открывая свою собственную душу. Темную и мрачную, но с частичками света. Ее света.
– Зачем мне все это без тебя?
Она знала, что без нее я не справлюсь. Моя душа тоже собралась в ком и начала подниматься по горлу. Духовная магия – самая древняя и сложная, требующая огромных сил. Но силы мне больше были не нужны, потому я собирался вырвать душу из собственного тела.
Светлый комочек моей пары вдруг потянулся ко мне. В нем были едва заметные черные частички. Давным-давно мы сплелись с ней, оставив след друг в друге. И теперь я узнал ее. Улыбнулся, окончательно убедившись, что был прав. Жаль, что уже слишком поздно.
– Брадур, остановись! – вновь раздались голоса.
Тьма ослабла, и больше не могла удерживать незваных гостей.
– Давай пирамиду! Высосем его Тьму!
Не успеют. Я почти добрался до светлого комочка. Почти.
Но вдруг резкая боль пронзила грудную клетку. От силы удара меня отбросило назад, и с падением я сделал глубокий вдох, втянув душу обратно. А когда распахнул глаза, понял, что произошло. Луч Света попал в меня. Та моя доля, которую я отдал пять тысяч лет назад, закупорив в камне Виктуса. А теперь на моих глазах еще один луч, большой и яркий стремился вниз, к телу Марины.
– Оттащите ее подальше от него, – заорала одна из иномирянок. – Чтобы пирамида и на нее не повлияла.
– Не подходите! – выкрикнул я и затаил дыхание. Душу Марины они видеть не могли. Не могли видеть и лучи Света. Но на моих глазах происходило настоящее чудо. Один шанс из ста, что луч пронзит душу и вернет ее обратно в тело. И вместе с тем Марина получит магию Гривельды – свою магию. Она была самой сильной светлой ведьмой Тарты. Только она и могла меня вынести.
– Ты зашел слишком далеко, дед, – прозвучал голос Рэна совсем близко.
А после новая вспышка боли заставила меня прервать зрительный контакт. Неведомая сила утягивала меня от Марины, а перед глазами все почернело. Тьма внутри забилась в страхе и ужасе. И с каждой секундой ее будто высасывали из меня.
– НЕТ! – заорал я, даже не зная, что хуже – не видеть Марину или терять свою магию. Они забирали у меня и то и другое.
Убью! Всех уничтожу!
Только Тьма больше не слушалась. А грудь с каждым вдохом опустошалась. Пока я вовсе не упал, чувствуя себя больным и слабым.
– Я заберу его, – прокричал Реаркадаш.
– Стой, – прошипел я из последних сил и повернулся, чтобы увидеть Марину. Но ее душу я уже видеть не мог. Без Тьмы не мог. И не знал, попал ли в нее луч, вернулась ли она ко мне. – Проверь ее. Проверь ее дыхание, – закричал я.
И начал вырываться, когда демон поволок меня в обратную сторону. Я больше не владел Тьмой, но у меня еще оставался Свет. Неподконтрольная, чужая мне магия. Но все же…
Я выплеснул на демона силовой удар, и его действительно откинуло на несколько шагов назад. Но в следующую же секунду меня обожгло волной боли.
– Не смей трогать моего мужа! – заорала Силана.
– Дайте мне проверить ее, – заорал я и бросился к своей паре. Мне лишь надо было убедиться, что она выжила. Лишь увидеть колыхание ее груди. Лишь услышать тихий вдох. Но в каких-то трех шагах от нее меня накрыла тьма. Не привычная мне, а глухая, немая, обезоруживающая тьма. Та, от которой сознание уплывает.
Касэрин!
Часть девятнадцатая. Новая эра
Удар сердца. Еще один. Я будто выныриваю из глубины. Жадно глотаю воздух снова и снова, и не верю, что жива. Я жива!
– Тише- тише, все хорошо, – слышу нежный голос рядом и ощущаю легкие прикосновения к своим плечам.
Я жива! Я дышу, я чувствую.
Яркий свет затопил глаза, и я ничего не могу видеть, но знаю, что теперь все хорошо. Я действительно сделала это, смогла. Радость и надежда топят мое сердце, и в глазах собираются слезы облегчения.
– Дыши ровно, все уже в прошлом. Все хорошо, – настаивает голос. И постепенно я начинаю осознавать, кому он принадлежит. Я даже начинаю домысливать, как и где пробудилась. А когда свет медленно рассеивается, я окончательно прихожу в себя. И в ужас.
– Почему я здесь? – испуганно прошептала я и, все еще держась за горло, отползла подальше от Силаны. Она сидела рядом и смотрела на меня с неприкрытой тревогой. Ее заверения, что все в порядке, не действовали на меня должным образом. Потому что как можно себя чувствовать хорошо после всего пережитого, если просыпаешься в чертовом подземелье?