Алмаз Эрнисов – Царство Тьмы: Конец Света (страница 3)
Еще у одного не было обоих глаз.
У другого – щеки.
На телах у многих были раны – отметины зубов у одних, пулевые отверстия у других.
Все четыреста девяносто два человека, которые жили и работали в «Улье», были мертвы.
И, основываясь на том факте, что они продолжали бродить по «Улью», они были убиты Т-вирусом.
Действие его было именно таким, как прогнозировали несколько лучших ученых «Амбреллы», в случае, если вирус начнет распространяться по воздуху. Особенно после тех экспериментов в горах Арклей. «Амбрелле» удалось тогда замять кошмарное происшествие, а затем перевести проект сюда, в «Улей», где в случае катастрофы ее можно было бы локализовать.
По крайней мере, теоретически.
Уже когда Кейн и Уорд спускались вниз, потрясенные лавиной мертвых работников «Амбреллы», Кейн думал, как такое могло случиться. Скорее всего какой-нибудь слишком прыткий тип решил украсть Т-вирус и антивирус. Можег, Эбернати и ее дружок Мэтт? Ни в чем нельзя быть уверенным.
Пальба продолжалась. Но те, кто был убит в самом начале, уже поднимались. Один из них прыгнул на Шеннона и укусил его в левую руку прямо через защитный костюм. Хеддл в панике застрелил и Шеннона, и того, кто его атаковал; они оба упали. Но атаковавший немедленно вскочил и вместе с женщиной в лабораторном халате прыгнул на Хеддла.
Осборн выдернула свою «Беретту» и ринулась в толпу, стреляя на бегу.
Пустая трата времени.
Кейн повернулся и стал подниматься по лестнице. Команда Уорда сможет достаточно задержать этих созданий, чтобы Кейн успел уйти.
Он никогда не думал, что Эбернати может выступить против «Амбреллы». Но кто-то мог сделать ей предложение, от которого она не смогла отказаться. Видит Бог, на свете много людей, которым хотелось бы наложить лапу на Т-вирус. Кейн слышал крики членов группы Уорда, когда они умирали один за другим. Перрелла, Кассин и, наконец, Осборн – все погибли.
Они выполнили свою задачу. Теперь Кейн знал, что случилось в «Улье». Только это и имело значение.
Жизнь, в конце концов, не стоит ни гроша.
Глава 2
Кондиционер все еще не работал.
Рэндалл Коулмен, директор отдела новостей Седьмого канала телевидения Ракуна, не считал излишним требование поддерживать кондиционер в рабочем состоянии. Конечно, уже стояла осень, но все оборудование, находящееся в их ведении, необходимо было охлаждать.
Однако, когда на прошлой неделе кондиционер полетел, руководство не сочло его ремонт первоочередной задачей, учитывая время года.
А потом начался всплеск жары.
Все это сводило с ума. Температура поднималась под девяносто градусов
[1], а после заката падала до пятидесяти. Из-за этой путаницы с погодой половина персонала «Канала-7» болела.
Но они пока справлялись. Ассистент Рэндалла, Лорен Биллс, расставила по аппаратной несколько вентиляторов, которые гоняли душный воздух и создавали вид, что хоть какое-то оборудование продолжает работать.
К счастью, все приборы были качественными. «Ракун-7» был не каким-то там допотопным независимым каналом, который позволяет своим собратьям по сети поддерживать себя; не то что высокомерные наглецы с «Канала-9», которые считали себя крутыми (но на самом деле, как правило, использовались в качестве оправдания для снижения расходов, увольнения персонала и использования вышедшего из строя оборудования).
«Канал-7», однако, был наиболее популярной станцией в Ракун-сити, и это при том, что они не были филиалом какой-нибудь из шести сетей. Они на самом деле были независимы.
Это и нравилось Рэндаллу.
Руководство выпуском утренних новостей на «Ракун-7» было для Рэндалла только ступенькой на пути к славе, но ступенькой очень важной. «Канал-7» был знаменитой фирмой, одной из самых уважаемых станций в стране, известной тем, что выпускала отличных техников. Здесь Рэндалл мог изучить ремесло руководства и продюсирования.
Когда-нибудь в будущем это могло бы привести к работе в сетях, и в конечном итоге он смог бы начать независимую деятельность и стать режиссером на телевидении.
Конечно, то, чем Рэндалл занимался сейчас, было не более чем руководство процессом – посмотреть – отследить – пробежать: камера № 1 – у Шерри Мэнсфилд, камера № 2 – у Билла Уоткинса, камера № 3 – для среднего плана, камера № 4 блуждает. Но настанет день, когда он сможет выдвинуться, может быть, поставит комедию или какой-нибудь детектив.
Рэндалл обожал детективы.
И в конце концов он пробьется и будет ставить фильмы. А потом, может быть, он сможет вывести свой шедевр на большой экран.
Потому что он знал, что сейчас никто и не посмотрит на его прекрасный сценарий «Чешуя дракона». Сейчас он был никто, парень, выпускающий утренние новости на какой-то станции в захолустном городке.
Но Рэндалл был терпелив. Скоро он пробьется на вершину. Скоро он сможет сам планировать свою жизнь, и тогда «Чешуя дракона» увидит свет.
И неважно, что говорит мама.
В одно мгновение камера № 4 была направлена на Терри Моралес, читавшую прогноз погоды.
Терри ободряюще улыбалась. Ее искусственная улыбка на экране выглядела великолепно. Городской пейзаж позади стола ведущей – тоже, хотя и он был ненастоящим.
Ее оживленный голос слышался из динамиков, расположенных рядом с монитором Рэндалла.
«Еще только раннее утро, а температура уже целых девяносто два градуса: беспрецедентное нашествие жары продолжается».
Промокая пот на лбу, Рэндалл подумал, что в аппаратной, похоже, все сто два.
– Почему она всегда говорит «раннее утро»?
Рэндалл взглянул на ассистентку.
– Лорен, я не в том настроении.
– Нет, правда, что за дурацкая формулировка?
«Чистое небо, низкая влажность, легкий бриз с запада. И, в качестве особого подарка – содержание пыльцы в воздухе всего ноль целых, семь десятых».
– Да уж, подарок, – сказала Лорен. Как будто богини судьбы собрались и сказали: «Эй, давайте-ка опустим содержание пыльцы до семи десятых
специально для тех,кто смотрит прогноз погоды с Терри Моралес».
«Да-да, всего ноль целых, семь десятых! Рекорд для этого времени года. Хорошая новость для всех, кто страдает от сенной лихорадки и астмы. Итак, впереди у нас еще один прекрасный денек».
Лорен покачала головой:
– Ишь, как разливается.
– Да, жаль, что за прогноз погоды не дают Эмми… Переход на камеру № 3.
Переключаясь на средний план стола ведущих, Лорен спросила:
– Как ты думаешь, ее когда-нибудь возьмут обратно на место ведущей? Она достаточно мила для этого.
Рэндалл подавил смешок:
– Только через мой труп.
Шерри и Билл заканчивали передачу.
«Оставайтесь с нами – после рекламной паузы мы покажем ваши любимые места летнего отдыха».
– Готовься – рекламная пауза на три… два… один… стоп.
– Перерыв шестьдесят секунд, – добавила Лорен.
В тот момент, когда Рэндалл вымолвил слово «стоп», он увидел, как на мониторе камеры № 4 выражение лица Терри сменилось с веселого и улыбающегося на раздраженное и хмурое.
«Кто-нибудь, принесите мне чашку капуччино, черт вас побери, пока меня не вырвало!»
Как только один из перепуганных ассистентов продюсера побежал выполнять ее требование, Терри залезла в карман и достала коробочку с лекарствами. Рэндалл знал, что она набита всяческими стимулирующими, успокаивающими, расслабляющими и пищеварительными таблетками, которые ни один здравомыслящий человек не стал бы принимать вперемешку.
Однако никто не смог бы назвать Терри здравомыслящим человеком.
Никто в здравом уме не стал бы выпускать в эфир материал о члене муниципального совета, берущем взятки, когда было ясно сказано, что этого не надо делать, пока нет источника, подтверждающего эту информацию. Она утверждала, что у нее есть такой источник, и выпустила материал, чтобы позже эта ложь вскрылась, и материал признали фальшивкой. Вместо того чтобы выставить члена муниципального совета Миллера негодяем-взяточником, эта история сделала его героем, попутно облив грязью телевидение, которому никогда нельзя доверять. Это был сильный удар по репутации отдела новостей «Ракун-7», которая до этого была кристально чистой. Единственное, благодаря чему Терри осталась в штате, – это разоблачительная статья о члене муниципального совета Миллере, которую «Ракун-сити Таймз» опубликовала на следующей неделе. Как оказалось, взяточничество было каплей в океане коррупции, в котором утонул этот человек. И хотя это не реабилитировало Терри, все-таки ее положение слегка улучшилось. В конце концов, единственному человеку, который пострадал от ее действий, сейчас предъявляли дюжину обвинений.