Отчего кленовым назвала я день?
Оттого, что кленов слышится мне звень.
Зацвели духмяно, золотят пыльцой
Майского бульвара мокрое лицо.
Сяду на скамейку, чудом надышусь!
Воздухом кленовым одаряет Русь.
Ну, а песни кленов слышал кто-нибудь?
Как тоской зеленой стонет клена грудь?
Но бывает, радость с крон течет, как дождь.
Если раз услышишь – мимо не пройдешь.
А заглянет ветер – тот еще хвастун,
Пальцами коснется он кленовых струн,
Двинется с приплясом – эх, пошла гульба! –
И кленовым цветом изойдет бульвар.
И взорвутся почки, как по волшебству,
И в кленовых рунах выплеснут листву.
Чтоб однажды утром, застив солнца свет,
Вдруг кленовый пламень вспыхнул – разноцвет.
Милая Россия, мой кленовый край!
Трижды прав Есенин, что не нужен рай!
На ожерелье губ, еще в следах горчинки,
Летя, упала снежная крылатка.
Метельный вихрь помчался дальше, без оглядки,
Но не прервался поцелуй снежинки.
Он сладость встречи нес и горечь расставанья,
Он был росой небесных эдельвейсов,
Храня неведомой туманности посланье,
Невидимых высот, безвестных рейсов.
О этот вкус небес, к моим губам приставший,
Присущий жизни, как святым – блеск нимба!
Мы с ним становимся мудрее, но и старше.
А зорче, прозорливей быть – могли бы?
…Дрожит снежинка на губах в огне помады,
Меня целует так, как в раннем детстве.
Ей возраст, помыслы, характер – не преграда,
И потому тот поцелуй – блаженство,
Отпущенное каждому природой
Всего за то, что на Земле живешь…
Всего за то, что на Земле умрешь,
Не отыскав в Реке Забвенья брода.
Я стою на мосту, одиноком и светлом, как схимник,
А внизу, в толще вод, рыбы замерли – вижу их ряд.
Подставляют лучам загорелые дочерна спины
И о чем-то по-рыбьи, на наречье своем говорят.
Много лет эта речка уклонялась от дел судоходных,
А когда-то по ней каторжанами шли корабли,
Бородатые молодцы богатырской закваски народной
На мозолистых спинах груз столетий несли и несли…
И случались пожары, и сгорали здесь баржи и лодки,
А бывало, зимой, словно зеркало, трескался лед,
И летели на дно – и реке это было в охотку –
И возница, и сани, и конь – как кому повезет.
И вбирала река все в себя безвозвратно, как время,
Молодела от крови и кормила свою детвору.
Я стою на мосту… А зубастое водное племя
Не меня ль поджидает – на десерт долгожданный к утру?
Под мостом аскетичным, укрываясь от глаз рыболовов,
Неподвижно застыли – и добычу свою стерегут!
И я чувствую взгляд гипнотический – колкий, суровый, –
От него бы сбежать на прибрежный устойчивый грунт!
Вы в глубинную муть уходите скорее, рыбехи,
И не ждите в надежде, что мост – это груда трухи.
Я смотрю в вышину – и ловлю свет грядущей эпохи,
И на мост, как на схимника, льется благо с Небесной руки.
У него здесь рубеж, он скрепил берега воедино.
