Альманах колокол – Альманах «Российский колокол» Спецвыпуск «Рождественское чудо» (страница 32)

И девочка рассказала маме про свое желание.

Мама оживилась:

– Доченька, я знаю, что делать. Поехали к твоей крестной.

Олина крестная зарабатывала гаданием, поговаривали, что она ведьма и много чего знает.

Выслушав, крестная сказала маме:

– А я тебе, подруга, уже сколько лет говорю, что с этим нужно что-то делать? Но ты ни во что не веришь. То, что случилось, не так уж и плохо. Все можно исправить.

– Да, – сказала Оля, – эльф сказал, что я должна понять как, но я не понимаю. Слезная просьба у елки только ухудшила ситуацию.

– Это не поможет. Иди в больницу, сядь возле него и проси прощения. Ты должна благодарить отца. Он выживет только тогда, когда в твоем сердце не останется ничего, кроме благодарности к отцу.

– Боже мой, крестная, просить прощения и благодарить? За что? За то, что он пьет и избивает маму?

– Это не твое дело, это дело взрослых. Дай им самим разобраться. Твой отец тебя любит, он всегда старался, чтобы тебе было хорошо. Даже в самые трудные времена он клеил мочалку на бороду и изображал Деда Мороза, чтобы тебе было весело. Когда наступала осень, он разгружал вагоны по ночам, чтобы купить тебе теплое пальтишко и сапожки. Он спился не от легкой жизни, он просто устал от безысходности.

И Оля все поняла. Оставив маму там, она вернулась в больницу. Ее впустили к отцу в палату и не выгнали, когда наступила ночь. Она не плакала, просто с ним разговаривала. Сначала просила прощения, потом благодарила. Все было так просто. Это был разговор благодарной, любящей дочери с отцом. Потом она заснула рядом. Проснулась от его прикосновения.

– Дочка, спасибо, что ты меня не бросила, – с трудом пробормотал отец.

– Спасибо, что не умер, папа.

Пришла мама:

– Олюшка, иди домой, поспи, доченька, я буду тут, пока ты не придешь.

И Оля пошла домой. Зайдя во двор, села под елку. Она уже знала, какое желание загадает. Было раннее утро, во дворе, конечно, никого не было, и она сказала вслух:

– Дедушка Мороз, я прошу, чтобы мой отец был здоров и моя семья жила счастливо и в достатке.

Папа быстро пошел на поправку, и через две недели его выписали. Оля с мамой приготовили его любимый борщ на обед, и уж совсем по-праздничному – с котлетками.

– Ого! – сказал отец, сев за стол. – Вы что, деньги заняли? Если ради меня, то не нужно было.

– Нет, папа, это крестная принесла пакет с продуктами. Сказала, что это нам в подарок к началу новой жизни.

– Умная женщина твоя крестная. – Он встал и взял в руки стакан с минералкой. – Я вот что хочу сказать…

– Папа, не надо ничего говорить.

– Нет, дочка, я должен. – Он поставил стакан и опустился на колени. – Простите меня, мои родные. Я променял вас на рюмку и чуть не потерял. А вы ведь самое дорогое, что есть в моей жизни. Не могу простить себе, что испортил вам жизнь. Это сам Господь ударил меня топором, чтобы я очнулся.

Все трое заплакали и бросились обниматься, а когда успокоились, отец сказал:

– У меня хорошее образование, помнишь, мать?

– Конечно, помню, только тогда оно было не востребовано. Как и все в те времена.

– Именно. И я из студента – прямо в пьяницы. В больницу приходили мои братья, предложили мне помощь – они оплатят мне курсы, чтобы я подтянул забытое. А я буду отдавать им, когда на работу устроюсь. Я решил, нужно нам выкарабкиваться.

Прошло несколько лет. Оля оканчивала университет. Отец стал одним из самых успешных экономистов в городе. В тот сочельник они приехали встречать Рождество на новую дачу. По Олиной просьбе папа оставил на участке большую красивую ель, которую наряжали всей семьей. Она вышла во двор в полночь, села под елку и сказала:

– Дедушка Мороз! Я благодарю тебя за все, что ты дал мне и моей семье. В это Рождество я хочу пожелать любви. Пришло время встретить жениха. Такого, чтобы был надежный и честный. И чтобы мы любили друг друга и преодолевали все невзгоды вместе, как мои родители.

Евгений Шмигирилов

Родился 24 февраля 1956 года в г. Сочи.

Написал пять книг.

Трехтомник фэнтези «Super – Queen mother»:

– Книга 1 «Последняя надежда»;

– Книга 2 «Жизнь или смерть»;

– Книга 3 «Седьмая».

А также две юмористические книги: «Радуга смеха» и «О нас с улыбкой».

Собственный сайт – http://umor-shmel.ru.

Маскарад

Празднование дня города решили провести в городском Доме культуры. Все единогласно согласились, что это должен быть бал-маскарад. И хоть городок был небольшим, но отпраздновать захотелось как следует, чтобы запомнилось. Тем более годовщина отмечалась летом – костюм мог быть любым.

Наши женщины загадочно улыбались, и про то, какие костюмы шили, никому не говорили – кроме своих подруг, разумеется, но под большим-большим секретом. Ну а те уже всем, кому надо и не надо, за просто так рассказывали, правда, просили их не выдавать и никому ничего больше не говорить. Выяснилось, что они все «феи», «принцессы», «королевы» и немного «летучие мыши». А мужики их сплошь «графья», «короли» да «рыцари».

Мне шить костюм было некому, да и хотелось чего-то свеженького и попроще.

Решил я одеться арабом. А что: лето, не холодно, да и костюм простой. В простыне белой посередине сделал дырку для головы и одел сразу. Платок у жены забрал. У дочери – пяльцы. Вышивание ее вытащил и на голову, прямо на платок. Получилось очень хорошо. Шлепанцы на босу ногу и бусы жены в руки. Темные пляжные очки завершили мой образ.

Мои так и не признали меня, даже спросили: «Вам кого?» Я был доволен, да и они посмеялись. Правда, жена немного обиделась: «Шуточки у тебя…» Но я не обиделся – лучше бы шить научилась.

Да, еще мы договорились, чтобы каждый принес на стол чего-нибудь домашнего, – огороды-то у всех есть.

Но я решил свое фирменное – торт «Наполеон». Весь день перед балом старался – блинов получилось ведро с верхом. И тут мое самое любимое началось – закрыл все полотенцем и сел сверху. Потом так и оставил закрытым – пусть «насасывается». Ближе к вечеру замотал торт в пергамент и засунул в несколько черных мусорных мешков – по размеру только они подошли. Засунул это все в сумку, кинул туда сотовый – карманов-то у меня не было – и поехал на бал-маскарад.

Проезжая мимо гаишника, я шутливо помахал ему рукой. Через пять минут оглянулся – он почему-то ехал за мной. Я подумал: «Может, он тоже на бал-маскарад?» Значит, я не один такой буду. Смышленый. Взял сумку с тортом и пошел к входу. «Рыцари» на входе подозрительно посмотрели на меня, на мою сумку, но пропустили. Гаишник тоже зашел за мной.

Я сразу пошел к столам, чтобы избавиться от груза и походить по залу, поприкалываться.

Когда я вытащил обмотанный в черный полиэтилен торт, с него соскользнул сотовый и упал на пол. Стук упавшего телефона привлек внимание находившихся рядом женщин. Одна из них посмотрела сначала на упавший сотовый, затем на черный пакет, потом на меня. Глаза ее расширились, и она закричала на весь зал: «БОМБА!»

Ее крик «БОМБА!» и удар в ухо я услышал и почувствовал почти одновременно…

Как потом оказалось, гаишник меня сопровождал до самого стола. Но это потом, а сейчас я рывками видел сидящего на мне гаишника, который бил меня с левой и с правой. Моя голова ритмично дергалась, но боли я не чувствовал. Он чего-то совсем разошелся – встал и начал лупцевать меня ногами.

«Ничего себе маскарадик», – вяло подумал я. Но даже сказать, кто я, сил не было. Я даже не понял – эта дура в шутку крикнула или всерьез. Может, гаишник ее неправильно понял?

Зрение пропало. Глаза, чувствую, заплыли – меня сейчас и жена не узнает, не то что знакомые.

Я уже не мог шевелиться. Но тут мне на помощь пришел чей-то голос. Он сказал: «Хватит бить, а то он уже, кажись, не дышит. Как мы их всех найдем, если он окочурится?» Довод был весомый. Теперь меня оттащили в угол.

Судя по звукам, людей в зале уже не было. Только слышались мужские голоса: «Подставь под колеса крышку стола – и толкаем по ступенькам. Да чего ты цацкаешься? Сбрось все и отломай ножки. Ну вот, теперь хорошо. Кажется, взрыватель дистанционный – видишь, сотовый лежит? Пойдем в укрытие, сейчас все здесь расстреляем из водяной пушки, чтобы и сомнений не было. Зря, что ли, из города тащились? А с этим что делать? Да пусть лежит. Если что, считай, ему повезло…»

В милиции меня еще несколько раз побили. Еще бы, террористы не каждый день попадаются. А когда разобрались и отпустили, кому я мог чего предъявить? Я ничего не видел.

Теперь в нашем городке я знаменитость. Такого празднования дня города никогда не было и вряд ли будет – запомнится на столетия. Я, конечно, сначала обиделся, а потом махнул на все рукой. Ну что с них взять? Даже араба живого не видели – провинция.

С Новым годом

Люблю я Новый год! Люблю я Новый год! Люблю я Новый год! А вы? Вам больше нравится Хэллоуин. Ну, тогда туда и идите, не ошибетесь.

Для кого как, а для меня Новый год начинается с книжного магазина. Там я покупаю самую большую и красивую карту мира. Обычно на год хватает. Приношу домой и вырезаю все страны мира. Затем я их вывешиваю в коридоре в порядке убывания. Моя самая большая и красивая. Спасибо предкам нашим, что создали такое. Каждый раз, когда я прохожу мимо, плечи сами расправляются, а настроение улучшается.

Опять же, напоминание, что пора в холодильник что-то вкусненькое заныкать, но ни в коем случае не есть, а так – открыть, понюхать, полюбоваться. Чем холодильник полнее, тем праздник лучше. Примета даже такая есть: если в холодильник уже впихнуть ничего нельзя, а на балконе и кухне проход, как на минном поле, узенький-узенький – считай, праздник удастся…