Альманах колокол – Альманах «Российский колокол» Спецвыпуск «Рождественское чудо» (страница 22)

Свадебный вечер молодые устроили в кафе «Веселые сезари», на нем присутствовали два друга-сослуживца Автандила и ее подруги Анита и Ляля.

Демобилизовавшись, Автандил перебрался к Ренате, пока она сдаст очередной семестр, сдаст экзамены и оформит академический отпуск.

– Вай ме, вай ме, убедури вар, убедури, – завыла мать Автандила Гервасия, увидев в комнате Ренату с Амираном, ругая сына, что привез со стороны женщину, а у самого была уже нареченная невеста, с которой его обручили еще до призыва в армию.

В течение месяца Рената терпела мелочные придирки-фокусы свекрови, демонстрировавшей страдания от болезней головы, ног, желудка. Она готова была все бросить и уехать к маме, но она не имела своих денег. Она решилась попросить их у дяди Нодара, который не стал ее уговаривать. Он, ни слова не говоря, дал ей намного больше, чем просила.

– Бери и не обижайся на моего племянника. Для него слово матери закон, а она тебя возненавидела и требует, чтобы Зураби тебя выгнал на улицу с сыном и без средств к существованию, думая, что Амиран не ее родной внук. Я с женой пытался тебя защитить, но она ничего не хочет слышать.

Через неделю Нодар заехал за Ренатой с сыном и под предлогом приглашения их к себе в гости увез к поезду.

Вскоре в доме у Автандила и его матери появилась фигура его нареченной жены Дареджан, которую призвала к себе Гервасия через своего родного брата Лексо, который назвал Ренату «бозишвили» и, по-русски, продажной девкой.

Гервасия и Автандил не сразу обратили внимание, что новоявленная невестка уже на третий день после появления у них в доме стала часто куда-то отлучаться и потом вообще стала приводить без стыда и совести каких-то сомнительных мужчин домой к свекрови, объясняя, что это ее дальние и близкие родственники.

Автандил разузнал, что это никакие не родственники. Он собирался выгнать ее со двора, но мама не позволила ему этого делать, не поверив сыну. В ответ на требование Автандила прекратить приводить в дом своих мужчин Да-реджан цинично отвечала со смехом:

– Мне нужна была твоя фамилия и часть твоего дома, я никуда не уйду, потому что ты здесь не хозяин, а твоя выжившая из ума мать мне доверяет.

Прошел еще месяц, и у Гервасии открылись глаза на Дареджан. Схватив грязную половую тряпку и швабру, стала гоняться за ней по всему дому, пока с воплями и криками Дареджан не сбежала со двора.

– Зураби, пожалуйста, поезжай к своей жене в Россию и привози ее сюда, ко мне. Я хочу ее видеть здесь, в моем доме. Проси у нее прощения, она хорошая, ухаживала за мной, держала дом в порядке, а я была слепая и глухая.

Рената и ее мама встретили незваных гостей с неприязнью, но из вежливости пригласили в дом, накрыли на стол. Дядя Нодар взял на себя инициативу и начал с длинного предисловия, рассказывая о цветущей и солнечной Грузии, о ее гостеприимстве, потом перешел к добросердечной матери Автандила, которая сначала не могла признать невесту без ее благословения. Теперь она сильно жалеет об этом и очень просит, чтобы Рената простила ее и вернулась в дом.

– Теперь дом Автандила и твой дом тоже, Рената, – закончил свою длинную речь дядя Нодар.

– Я никогда не вернусь туда, где меня называли продажной девкой, – сказала Рената резко.

– Мама, я еду к Автандилу, – заявила вдруг Рената маме, проводив гостей.

– Ты окончательно это решила?

– Да, мы ведь официально не разведены.

– Хорошо, делай как знаешь.

Гервасия встретила Ренату как родную дочь и признала Амиранчика своим внуком.

Приближался Новый год, но Рената обратила внимание, что никакой суеты ни в доме, ни в городе по поводу подготовки к празднику не замечалось. Она спросила Автандила:

– Зураб, здесь не принято встречать Новый год?

Автандил ответил:

– Нет, у нас принято праздновать Рождество. Но ты увидишь, что Новый год мы отмечаем стрельбой из ружей.

На самом деле, Рената была поражена оглушающей стрельбой в новогоднюю ночь, словно весь город встал на дыбы. Стрельба шла по всему городу и была сравнима с военными действиями, все небо было освещено фейерверками. Стрельба шла из охотничьих двустволок, пистолетов и ракетниц.

В десять часов вечера Нодар пригласил гостей в дом на рождественскую трапезу.

Рената растерялась, увидев огромное скопление людей в зале, и не сразу поняла, что ей делать. Помогли Автандил и Нодар, которые подошли к ней и повели на приготовленное для нее почетное место. Оглядев собравшихся, она обратила внимание на языковое многоречие: можно было услышать, наряду с местным основным говором, армянскую речь, осетинскую, мингрельскую, сванский говор, даже еврейские реплики, и все понимали друг друга.

Нодар на правах тамады встал и запел чистым тенором песню, прославляющую Богородицу и младенца Спасителя. Все поднялись со своих мест и подхватили: «Ай, ай, алило». Песня кончилась, все расселись по своим местам, но к трапезе не приступали, ожидая вступительного слова тамады. Нодар встал и, обратившись к Ренате, произнес громко по-русски:

– Друзья, за нашим столом на почетном месте мы видим женщину с доброй душой, мягким сердцем и удивительным терпением. Она простила нам все обиды, которые по нашей вине обрушились на ее голову. Теперь она среди нас. Рената, скажи нам свое слово перед небесами в ночь на великое Рождество.

Рената растерялась, увидев, что на нее устремлены глаза присутствующих. Она медленно поднялась, собираясь с мыслями, и начала говорить на местном наречии, чем привела в восторг гостей:

– Ме тквен миквархарт. Дидеба Сакартвелос. Я вас всех люблю. Да здравствует Грузия!

Последние слова заглушили громкие аплодисменты и приветственные возгласы.

Через две недели после праздника Рождества Нодар просил Ренату поухаживать за его смертельно больной женой:

– Я поговорил с Зураби, он тебя отпускает.

– Ты дал ему отступные за меня? Завтра же ты можешь забирать нас.

– Мама, это Нодар Жвания, – сказала Рената матери через полгода, приехав в Мариуполь.

– Я помню.

– Мой муж.

– А Автандил, вы разошлись? Сколько вам лет, Нодар?

– Мамочка, какое это имеет значение? Он старше меня на шестнадцать лет, разве это препятствие, чтобы любить друг друга?

– Вам виднее, – сказала мама со вздохом.

Александр Долбин

Родился в Тбилиси в 1939 году. В школе увлекался зоологией, ботаникой, физикой, географией и фотографией… За три последних года обучения в школе в ДОСААФ окончил курсы радиотелеграфистов, автошколу, курс обучения по подготовке парашютистов. Более 30 лет проходил военную службу.

Свою первую заметку в окружную газету написал, будучи курсантом. После увольнения из армии служил в райсовете народных депутатов в Москве и муниципальном совете в Санкт-Петербурге. После завершения работы у него появилось время писать мемуары, очерки, рассказы.

Новогодняя елка в далеком 1946 году

воспоминания

Близился 1946 год. Забот у заведующей и воспитателей детского сада было много. Денег на это мероприятие не выделили. А надо купить елку, сшить костюмчики малышам, пригласить на новогодний праздник Деда Мороза со Снегурочкой, закупить мандарины, конфеты, печенье для подарков детворе и победителям в различных конкурсах. К тем игрушкам, которые сохранились с прошлых праздников, нужно изготовить новые из подручных материалов. На совещании с воспитателями групп заведующая детским садом каждому из них поставила конкретные задачи по подготовке к встрече Нового года. Кроме того, нужно подсказать шефам, какие подарки желательно получить от них, и не забыла, чем озадачить родителей по оказанию помощи детскому саду.

Она побывала у шефов детского сада, которые обещали к Новому году привезти елку, выделить на костюмчики малышам белую сатиновую ткань из отслуживших свой срок солдатских простыней и пододеяльников. Заведующая этому подарку шефов была очень рада. Воспитатели решили из ткани сшить тулуп Деду Морозу, халат Снегурочке и костюмы мальчикам, которые на новогоднем празднике будут выступать в роли беленьких зайчиков.

Нужно было найти родителя, который дома смог бы сшить такое большое количество костюмчиков. Вова из второй группы, услышав разговор двух воспитательниц, сразу им сказал о том, что у мамы есть машинка и мама может шить. На следующее утро, когда мама Вовы Анна Михайловна привела его в садик, воспитательница уговорила ее сшить костюмы к Новому году.

Мама Вовы спросила:

– Кто будет Дедом Морозом и есть ли у него парик, борода, усы? Если нет, бороду и усы я принесу ко дню празднования Нового года.

Воспитательница обрадовалась предложению мамы Вовы и попросила ее пройти к заведующей детсадом.

– Справитесь ли вы с таким большим объемом работы? – спросила заведующая детским садом.

– Справлюсь, – ответила она. – Шить меня научила мама, когда мне было шестнадцать лет, теперь я обшиваю всю нашу семью. Сейчас работаю в гримерном цехе Театра имени Котэ Марджанишвили, изготавливаю парики артистам театра. Полагаю, что главный гример позволит мне сделать для детского сада и бороду, и усы.

И добавила:

– Шапки Деду Морозу и Снегурочке, а также костюмчики для зайчиков попросите сшить маму Оленьки из первой группы. Она шить может и не откажется.

Попросили и других родителей помочь в подготовке елки, украшении помещения, участии в работе созданной в детском саду комиссии по сбору денег на подарки детям с задачей приобретения сладостей и фруктов. Задействовано около половины родителей, что очень радовало заведующую детским садом и воспитателей.