Уходящему лету машут.
Лето знойное и палящее…
Вот и нет его – песня спета.
Что-то светлое и щемящее
В том, что в Лету уходит лето.
Что-то тайное, невесомое
Промелькнуло в закатной дымке,
Будто найденное искомое
Снова сделалось невидимкой.
Что случайное? Что напрасное?
К ночи клонится день погожий,
И одно лишь яснее ясного:
Настоящее стало прошлым.
«Лето – время палящего зноя…»
Лето – время палящего зноя,
Сонных мух и жужжащих прохожих,
Это время густого настоя
Липких трав, проникающих в кожу.
Для меня – это время застоя,
Дни тягучие только итожу.
Мой спаситель, октябрь-кудесник,
Обрубил это жгучее жало,
Мандарины на ветках развесил,
И усталости – как не бывало.
Новый день – и печален, и весел —
Паутинкой повис у причала.
Сероватое тучное небо
Распороли высокие горы,
Снова облако – белая лебедь —
Распласталось на синем просторе.
Вот теперь прокатиться и мне бы
В белой лодке по синему морю.
Отведи, ветерок, все невзгоды
Опахалами пальм еле слышно.
Доплывём ещё до непогоды.
Дай нам маленькую передышку.
«Попрошайкою, осень…»
Попрошайкою, осень,
Ходишь, золота просишь,
Лист червонный и медный
Разменяла намедни.
Ветер в бешеной пляске
Стёр последние краски.
Время льётся рекою,
Ты осталась нагою.
И в изогнутых ветках
Всей судьбы твоей вехи.
Все дожди – твои слёзы,
Блики радуги – грёзы.
Но несмелое солнце
Золотится в оконце,
Значит, лучик последний
Золотой, а не медный.
Так что пой, улыбайся,
Нищеты не пугайся.
Нищеты не пугайся,
Наготы не стесняйся.
Будь бродягой лесною,
Будь любой, будь собою.
Осенняя правда
Стою средь высокого леса,
Серёжками машут осины.
Прожилка над тучей небесной
Протянется росчерком синим.
В косынке шуршащей цветастой 
