реклама
Бургер менюБургер меню

Альманах колокол – Альманах «Российский колокол». Спецвыпуск «Истории любви». Выпуск №2 (страница 13)

18
       Коль без любви пытаетесь прожить? Спасибо вам, что вы вошли мне в душу, Вдохнули жизнь, заставили страдать. Но жаль, что я покой ваш не нарушил И нечего нам будет вспоминать.

Елизавета Ковач

Участник конкурсов «Москва-2009», «ЛитЭра-2017»; «Москва поэтическая – 2017», «Славянская лира – 2017». Публиковалась в сборнике стихов «Восторженный Пегас» (г. Лысьва, 2016), в антологии современной русской поэзии «45-я параллель» (2017); литературной газете «Литературный Крым» (2017). Грамота одесского городского совета – литературного конкурса имени Паустовского (2016); диплом Европейского конгресса литераторов за сохранение традиций украинского языка; диплом международного фестиваля «Славянские традиции» (2016) за растущий творческий потенциал в драматургии; грамота смоленского областного литобъединения «Родник» за сохранение чистоты русского языка; победитель конкурса стихов издательства «Образ» (Москва, 2017); победитель международного литературного фестиваля «Под небом рязанским» (2017, 2018); победитель международного форума «Славянская лира» (2017, 2018) в номинациях «Драматургия», «Пейзажная лирика»; международного литературного фестиваля «Центр Европы» (Полоцк, 2017) в номинации «Молодёжная поэзия»; лауреат 2-й степени в номинации «Юмор, ирония, сатира» и обладатель звания «Автор – Стильное перо» международного литературного фестиваля «Русский стиль» (2017).

«Я помню дыхание южного ветра,…»

Я помню дыхание южного ветра, Который ласкал нежно руки и плечи, И наши немыслимые километры К нулю приближались в тот трепетный вечер… Твой рот ненасытный, твой взгляд плотоядный, По стенам неслись африканские тени, И нега до дрожи, и было понятно, Что мы проживали ночные мгновенья, Как онкобольной свой последний день лета, Впивались зубами в плоть каждой минуты, Друг другом облиты, друг другом согреты, Срывалось бельё, кольца, совесть и путы… Заснул измождённый, уставший, спокойный, Таким бы тебя я тогда рисовала, Но я не умею, а вечер был знойный, Нас было так много, нас стало так мало… Я мысли свои разделяла с луною, Которая всё подглядела случайно, Рождался рассвет над твоим изголовьем, Рождалась ещё одна крымская тайна… Я помню… хоть в памяти блекнут все краски, Звучишь по ночам иногда в нотном стане, Ты кем-то накормлен, ты кем-то обласкан, Но образ мой носишь в нагрудном кармане…

«…Я сдавала в ломбард печаль,…»

…Я сдавала в ломбард печаль, Мысли грешные, Взгляды, что посылала вдаль, Безутешные, В каждой жилке тоску и тьму Заключённую, Из бессонных ночей тесьму Извлечённую, Я сдавала в ломбард слова Потаённые, И хихикала вслед молва: «Разведённая…» Приходила к окошку вновь С горьким именем И сдавала в ломбард любовь… Да не приняли… И тогда я сдала кольцо Обручальное… И забыла твоё лицо Беспечальное.

«Мы отдали мечту на заклание…»

Мы отдали мечту на заклание И до боли упились несбывшимся… Пусть кричу я теперь птицей раненой И молюсь за детей неродившихся. И в подушку реву от усталости Слабосильными, нервными строчками… Знаю: добрые люди без жалости Расправляются так с одиночками. Искупила слезами, молитвами, Звали заводи, звали проруби, А в душе – только ямы да рытвины,