Альма Либрем – Снегурочка для миллиардера (страница 12)

Я почувствовала, как стремительно краснею. Боже, как я себя веду! Любая нормальная девушка уже давно бы поднялась на ноги и вернулась к своему Деду Морозу, а не позволила втянуть себя в такую неловкую ситуацию. А мне должно быть стыдно уже за ту выходку в лифте, за те поцелуи, которыми меня награждал совершенно незнакомый мужчина, рядом с которым я какого-то черта совершенно потеряла голову.

Самое смешное, что «развратная» - это последнее слово, которое можно было применить по отношению ко мне! Ну, по крайней мере, когда я вела себя как обычно. У меня даже нормальных отношений никогда не было, я этим просто не интересовалась! Даже мой преподаватель, чего уж греха таить, больше напоминавший сошедшее с небес божество, чем живого человека, мог не сомневаться: мне от него надо только знания! Все барышни бегали за ним с надеждой отхватить свидание, а мне хотелось узнать какие-нибудь профессиональные секреты.

И теперь я, «ледяная Катя», сидела на коленях у постороннего мужчины и краснела от каждого его комплимента или шутки.

- Я не считаю тебя развратной, если что, - улыбнулся Глеб и едва ощутимо коснулся моей щеки губами. – Но ты забавная. И сидишь такая красная, словно я предложил тебе заняться сексом на столе при куче свидетелей.

- Я не согласна! – этого заявления было достаточно, чтобы я наконец-то совершила попытку встать и едва не перевернула тарелку с салатом прямо на Глеба.

Исаев явно ожидал такой реакции, потому что придержал меня, не давая встать, и дополнил:

- Как-нибудь потом и без свидетелей.

- Мы почти не знакомы, - напомнила я.

- Вот и познакомимся как раз, - ухмыльнулся он.

- Это неприлично.

- Почему? Ты ж моя невеста, - пожал плечами Исаев. – Если что, невесты – это как раз те девушки, которые потом переходят в статус «жены».

- Кстати, об этом, - раздраженно промолвила я, - как ты потом будешь объяснять коллегам, что не женился на собственной невесте?

- Есть два варианта.

- Я вся во внимании.

- Ну, первый – я просто ничего не буду объяснять. А второй – мне даже не придется этого делать, потому что я таки…

Он не успел договорить. За спиной кто-то раздраженно откашлялся.

Я отвела взгляд от Глеба и наконец-то обнаружила Лясика, буквально зависшего над нашим столиком.

- Что, Дедушка? – раздраженно поинтересовался у него Исаев.

- Подарки закончились, - мрачно промолвил Лясик, дергая собственную бороду.

- Предлагаете мне провести закупку новых?

- Нет, - отозвался Илларион. – Хочу забрать свою Снегурочку, потому что нам уже пора.

Я была в шоке. Неужели он успел отыграть все конкурсы? Но когда? Или мы так заговорились?! А я внезапно поймала себя на мысли, что хотела бы продлить этот вечер на целую вечность. И чтобы никто не смел нам мешать. И…

- Пойдем, внученька, - мрачно промолвил Илларион, хватая меня за руку. – Пора уж нам отлетать.

Нам действительно было пора, и я, решив не устраивать скандал, поднялась на ноги.

- Спасибо за чудесный корпоратив, - Глеб смотрел только на меня. Лясик его явно не волновал. – Завтра в десять, у меня в кабинете. Я скажу на рецепции, чтобы пропустили. Придешь?

- Приду, - шепнула я, даже толком не понимая, куда меня приглашают.

На собеседование? Или, может быть, на свидание?..

6

Утром я проснулась от взгляда. Пронзающего насквозь, уничижительного такого, злого, раздраженного взгляда. Не было никаких сомнений, автором такого пристального взора могла быть только моя мама…

Вчера вечером, когда я пришла домой в Снегурочьем костюме, она, казалось, даже обрадовалась. Я ж провела время с достопочтенным Лясиком, выручила его, когда она, совершенно растерявшись после потери работы, напрочь забыла о собственных обязательствах и попросту не вышла на последний собственный корпоратив. Разумеется, агентство не успело бы подобрать замену! Так что я, можно сказать, спасла Иллариона.

После этого мама с Лясиком остались на кухне, а я ушла к себе, заперлась на ключ и легла спать.

…Теперь у меня возникало два вопроса: каким образом мама попала в закрытую изнутри комнату и почему она смотрела на меня, как на врага народа?

Ну, допустим, с первым понятно. Ночью я вставала, выходила в туалет, обнаружила, что Лясик на диване и вообще в нашем доме отсутствует, потому, возвращаясь в комнату обратно, дверь закрывать не стала. Но что это за недовольство, отпечатавшееся на мамином лице?

- Доброе утро, - прошептала я, пытаясь хотя бы сесть на кровати и немного прийти в себя. – Что такое, мам? Я проспала что-то?

Ужасная мысль, что я пропустила собеседование у Глеба, надо сказать, меня взбодрила.

- Сколько времени?

- Как ты могла! – воскликнула мама, явно игнорируя мой простейший вопрос.

- Сколько времени? – сердито поинтересовалась я еще раз. – Отойди. Ты заступаешь мне часы.

Мама со спокойным раздражением, буквально отпечатавшимся у нее на лице, осталась стоять на месте. Мне пришлось выбираться из кровати, добираться до стола – и все ради того, чтобы взглянуть на часы и выдохнуть с облегчением.

Восемь утра. Все нормально. Предостаточно времени, чтобы умыться, одеться и отправиться в офис, к должности, о которой я мечтала…

Или к мужчине, о котором раньше и помыслить-то не могла.

- Ты унизила Лясика!

Я повернулась к матери.

Унизить мужчину, который позволяет себя в его тридцать два прилюдно называть Лясиком, как мне казалось, вообще невозможно. Ну и в любом случае, он был самым бесхребетным, самым занудным и самым ничего не делающим человеком на свете.

Это во-первых.

Во-вторых, я ничего такого не сделала! Помогла ему, сыграла Снегурочку, хотя, разумеется, могла этого не делать, просто послать его и на этом закончить все наше взаимодействие. Упустим момент о том, что я сама же сначала Лясика и подставила с этим Дедом Морозом. Мама, скорее всего, об этом не знает – ей просто неоткуда проведать!

- Каким это образом я его унизила? – мрачно поинтересовалась я, представляя себе, что узнаю сейчас очень много интересного об истории взаимоотношений с Лясиком.

- Он мне все рассказал, - мрачно промолвила мама. – Что ты, взяв на себя роль Снегурочки, позволила себе просто развлекаться вместо того, чтобы выполнять работу!

Я недоуменно уставилась на маму.

- О чем ты?

- Заигрывала с каким-то посторонним мужчиной. Между прочим, не слишком благонадежным! – возмутилась Елена. – И это при Илларионе, когда он в тебе души не чает, собирается на тебе жениться! Любой другой мужчина уже давно расстался бы с тобой, а он выдержал это. Он даже закрыл глаза на то, что ты сидела у этого… этого ничтожества на коленях!

Нет, ну у Лясика на коленях я не сидела. А назвать ничтожеством Глеба не смогла бы ни за что.

- Все понятно, - вздохнула я и попыталась пройти мимо матери. Мне надо было умыться, принять душ, привести себя в порядок и отправиться к работе мечты, иначе…

- Куда это ты собралась? – возмутилась мама, горой вставая в дверном проеме. – Мы с тобой не закончили разговор, Екатерина. Я не позволю тебе…

Мне вдруг стало смешно. Она мне не позволит?! Интересно, это по какому праву?

- Екатерина! Не понимаю, почему тебе весело! Ты живешь на нашей с отцом территории…

Я вздохнула. Начался стандартный шантаж. Обычно я терпела это, сцепив зубы, но сегодня почему-то не выдержала.

- Я собираюсь, мама, на со… - я запнулась. – На свидание, - использовала эту версию, сама не понимая, кто меня за язык тянул, - с тем самым неблагонадежным ничтожеством, у которого сидела на коленях на празднике. Илларион тебе его не представил? Представлю я. Глеб Николаевич Исаев, владелец фирмы, на которой мы вчера вели корпоратив. Красавец, миллиардер и весьма харизматичный, скажу я тебе, мужчина.

Мама вытаращила на меня глаза.

- Катя, ты всегда была фантазеркой, но чтобы до такой меры…

- А Лясику, - перебила я, - можешь передать, что даже если Глеб – мой вымысел, и все вокруг более-менее приличные мужчины – тоже, я с ним никогда в жизни не буду. Потому что он мне неприятен. И если ты с ним дружишь, то дружи себе на здоровье. Но меня в это впутывать не нужно!

Мама, шокированная моим радикальным заявлением, застыла от удивления.

- Катерина, - проронила она, смерив меня сердитым и откровенно недовольным взглядом, - что бы ты там себе не придумала, отбрасывать реалистичные варианты не стоит. А Илларион…

- Предел мечтаний любой женщины, да-да, я помню. Можешь мечтать о нем дальше, - зло ответила я. – Как жаль, что вам теперь не удастся работать вместе! Кстати, а за что тебя уволили?

Елена нахмурилась.