Альма Либрем – Следственная некромантия (страница 38)
Сияющий с подозрением посмотрел на вывеску.
- Так это…
Сагрон не ответил. Во-первых, он никогда не видел смысла размениваться на лишние фразы и подтверждать то, что и так было само по себе понятно, а во-вторых, был не склонен к разговорам любого другого характера, кроме как нецензурных выражений, направленных на виновника всего произошедшего. И каким-то удивительным образом, даже не вникая в суть проблемы, он вычленил из толпы именно Ромерика и, смерив его испепеляющим взглядом, повернулся к двери здания.
Та открылась, то ли повинуясь воле Сагрона, то ли просто подтверждая, что совпадения случаются в жизни удивительно часто, даже когда совсем их не ждёшь, и на порог выглянула Котэсса. Она даже улыбнулась, когда взглянула на Ирвина, но потом заприметила за его спиной преподавательскую толпу, в которой многие люди были ей знакомы, и тут же помрачнела.
- Что-то мне подсказывает, - холодно промолвила она, подойдя поближе к мужу, - что это не все эти люди совершили экстренную телепортацию.
Ирвин коротко покачал головой.
- Нет, - протянул Сагрон. – Это наш отель пересёк половину страны и, покинув приветливые морские берега, которыми так славится Лассарра, вдруг оказался среди леса. И угадай, кто в этом замешан?
Тэсса недоверчиво покосилась на Ирвина. Сияющий никогда не был склонен к диверсиям и каким-либо вредоносным действиям, потому она явно не верила в то, что именно Ирвин мог стать причиной такого внезапного срыва отпуска. Но взгляд Сагрона был направлен именно на друга, и Котэсса, доверяя своему мужу, тоже посмотрела в ту сторону.
Ирвин на всякий случай сделал один осторожный шаг влево, так, чтобы иметь возможность воспользоваться магическим щитом, если вдруг что-нибудь случится, и прикрыть Ромерика, но при этом позволить Тэссе и Сагрону его увидеть.
Котэсса, взглянув на истинную причину большинства неприятностей, преследовавших в последнее время Ирвина и Лили, кажется, моментально поняла, что произошло. Она взглянула на Лили, которую Ромерик всё это время пытался поймать за ногу рукой в железной перчатке, потом на самого рыцаря, и с плохо скрываемым раздражением поинтересовалась:
- Новая жертва?
- Да-да! – поспешил подтвердить Ромерик. – Я – жертва местного произвола! И эта коварная женщина, - он кивнул на Лилиан, - разбила мне сердце! Я ради неё телепортировал замок, а она отказывается выходить за меня замуж!
Тэсса требовательно посмотрела на Ирвина.
- Нет-нет-нет! – покачал головой он. – Давайте-ка внесём ясность. Во-первых, замуж за тебя, Ромерик, отказывается выйти уже замужняя женщина…
Котэсса скрестила руки на груди и вопросительно изогнула брови.
- Во-вторых, ты не сам совершил телепортацию, а подговорил детей это сделать, не задумываясь о последствиях, - продолжил Ирвин, - а уже этого достаточно для того, чтобы посадить тебя – далеко и надолго!
Ромерик скромно потупил взгляд.
- В-третьих, проволочил замок через половину страны…
- Если уж мы вносим ясность, - а вот этот голос был Ирвину уже не знаком, - то телепортировали не замок, а мой отель. Со всеми гостями! И что вы собираетесь с этим делать? Я требую немедленно вернуть меня на место! Я буду жаловаться! Главе Следственного Бюро буду жаловаться!
На сей раз посторонился Сагрон и, позабыв о многолетней дружбе, с ласковой улыбкой на губах указал ладонью на Ирвина.
Женщина – явно обладающая даром, причём далеко не светлым, - сделала шаг вперёд и смерила Сияющего таким взглядом, что он едва не провалился под землю. В том, что отель с такой хозяйкой был свободен от нападок со стороны хоть властей, хоть бандитов, Ирвин не сомневался. Дама была неопределённого возраста – старше двадцати и, возможно, младше ста, а дальше всяко могло случиться, - а таким внешним видом обладали только очень сильные ведьмы, намертво консервировавшие своё тело. К тому же, магия, судя по всему, оказалась не врождённой, а приобретённой – Ирвин более-менее знал толк в таких вещах и был готов поклясться, что женщина если и обладала каким-либо природным талантом, но только в поиске правильных источников.
- Очень мило, - прошипела она и осмотрела толпу, да так, что несчастная Нимфадора посерела, а Ромерик, всё ещё стоявший на одном колене, решил, что перед такой дамой логичнее вставать сразу на два, поспешил под звон доспехов сменить позу. Ведьма равнодушным взглядом смерила Лили, не задержалась и на остальных преподавателях, а тут же повернулась вновь к Ирвину.
Тот почувствовал, как непривычно и незнакомо похолодело тело.
- Как жаль, - ледяным голосом произнесла ведьма, - что в нашей стране такие жалкие представители властей, - она не сводила с Ирвина глаз. – Совершенно не следят за правопорядком!
Тянула силы. Энергетический вампир – вот кем была эта женщина, обладательница отеля для любящих сердец. Любовь любит тишину! Да так можно навеки затихнуть…
Беда была в том, что Ирвин лишь думал об этом. А произнести он не мог ни единого слова. Да что там, и думал-то пассивно, словно посторонний наблюдатель, который читает книгу или смотрит представление в театре, не заинтересовавшийся сюжетом, но всё-таки желающий узнать, чем всё закончится. Следовало б как-то одёрнуть ведьму, хотя бы потянуть её рукав, но никто не замечал, как она большими, жадными глотками выпивала из Ирвина силу.
Весь мир словно был подёрнут тонкой прозрачной плёнкой. Ирвин всё видел, всё слышал, но его органы чувств отказывались воспринимать новую информацию, противились тому, что пыталось снаружи до него добраться. Существовала только ведьма, цепко ухватившаяся за энергетический источник, и он как-то вяло, нехотя отметил, что целители – вообще вкусная штука.
Магия сама по себе нейтральна. Да, она может иметь склонность к какой-нибудь одной стороне, но, не украшенная помыслами человека, остаётся серой. За редким исключением.
Боевой маг, проклятийник, бытовик, зельевар или артефактор могут просто иметь естественные склонности к своей будущей профессии – но их колдовство одинаковое изначально, бесцветное. Боевик может защищать, а может разрушать, бытовик – помогать или вносить хаос, артефактор – создавать светлые или тёмные магические предметы…
Некроманты и целители – другое дело. Это одинаково редкий дар, только если некроманты тяготеют к смерти, то целители – к жизни. Их энергия, светлая, бьющая ключом, тоже может быть перетянута на сторону зла, и это не так уж трудно – задурить ребёнку голову, прежде чем он осознал, чем именно обладает. Их даром можно пользоваться не только ради того, чтобы лечить чужие раны. Но факт остаётся фактом – у целителей самая вкусная, самая сочная магия. Её легче всего впитать. И кто б ни попытался отвлечь ведьму, он потерпит неудачу, потому что это будет всё равно что для хищника променять свежее, сочное, нежное мясо только что убитого телёнка на падаль.
Существовала только одна сила, которая потенциально была вкуснее целительской. Ирвин вспомнил о ней тоже будто невзначай – и в тот же момент связующая нить, протянувшая между ним и ведьмой, лопнула. Сияющий пошатнулся и быстро-быстро заморгал, поражаясь, кому хватило ума встать между ним и ведьмой – и самому подставиться под удар.
На это могли решиться только последние идиоты, вроде Ромерика, и это не возымело бы особенного действия, либо… Либо нечто куда более вкусное, чем свежий телёнок, но при этом более опасное.
Такой себе венценосный деликатес.
Принц Мартен – почему-то в преподавательской мантии, которую здесь предпочитали носить многие, особенно те, кто никогда не работал в НУМе, но отчаянно хотел приобщиться к нему хотя бы с помощью неудобного наряда, - стоял прямо перед ведьмой и ласково улыбался. Поза у Его Высочества была расслабленная, во взгляде сквозило завидное равнодушие, да и всем внешним видом он явно стремился показать, что энергетических вампиров ни капельки не боится.
- Здравствуйте! – бойко поздоровался Мартен. – К вашим услугам! Извольте, мне кажется, вы ведёте незаконную деятельность?
- Я?! – взвилась ведьма.
- Разумеется. Этот отель зарегистрирован где-то в Лассарре, а находится в столичном округе. Ай, нехорошо!
Ведьма впилась взглядом в принца, пытаясь глотнуть его энергии, но, судя по выражению лица, потерпела неудачу. Мартен был непробиваем. Запретный плод, как известно, сладок, и вампирша позабыла о том, что хотела подпитаться каким-то там целителем. Теперь её волновал исключительно вкусный, наполненный удивительной мощью принц. Но, поскольку представиться Его Высочество не удосужился, а в лицо его женщина, судя по всему, не знала, предположить, с кем столкнулась, ведьма не могла. Какой бы наследник престола, впрочем, находясь в своём уме, посмел бы полезть к подобного рода колдунье? Не самоубийца же он, в конце-то концов!
- Меня перенесли насильно, - строго произнесла женщина, пытаясь хотя бы словами пробить естественную защиту парня. – Вместе с моим заведением.
- И как только посмели! – ахнул Мартен, поднимаясь к ней по ступенькам и сгоняя с них оторопевших Сагрона и Котэссу. – Не стоит! – одними губами прошептал он им. – Тут неодарённым только можно!
Да Сагрон уже и сам всё понял. Тэсса, никогда не сталкивавшаяся с такого рода магами, только ошеломлённо заморгала, когда муж скрылся в глубинах замка-отеля.