Альма Либрем – Полюби меня до завтра (страница 29)
Черт! Да я в самом деле, оказывается, дорожила Антоновым!
- Но почему же жертва? – тем не менее, спросил он, не позволяя затянуться молчанию. Сценарист, который как раз собирался дать отмашку и запустить рекламу очередного стирального порошка, скривился и уставился на нас, как на врагов народа.
Следующей будет табличка "заносчивые придурки", если он не изменит своим привычкам и не побежит допечатывать что-нибудь ещё.
- В тот момент, - вздохнула я, - мне казалось, что весь мир против меня. Мои родители, - я хихикнула, - не могли расправиться с кредитом на корову, я сама жила в ужаснейшем доме, в котором даже отопления зимой не включают, потому что его жители слишком много задолжали за коммунальные услуги. К тому же, меня на работе поставили в такие…
- Жуткие условия, - влез Женя. – Мы не слишком-то дружили, помнишь?
- Помню, - отозвалась я.
Боюсь, мы будем не слишком-то дружить и после этого чертова интервью. А ведь могли бы по инерции превратиться в настоящую пару!
Если б я всё-таки стерла свой блог или осталась на старой площадке, где его трудно было раскручивать дальше, меня б никто не тронул! Но мне хотелось большего! Хотелось стать, черт возьми, известной, писать, если не книжки, то хотя бы блоги.
Пишешь, довольна?
- Но, - наконец-то, не удержавшись, промолвила я, - те, кто читают меня, знают, что важно не отчаиваться, и всё пойдет на лад.
Женя усмехнулся. Он перевел взгляд на список вопросов, скользнул взглядом по последним и выхватил, очевидно, тот, который насторожил его больше всего.
- Каюсь, я не читал твой блог и даже считаю его больше подходящим для женской аудитории, - произнес он, не сводя с меня взгляда, - но ты позиционируешь всё то, что там пишешь, как правду. Это значит, что множество личных подробностей твоей – нашей, Мария, - жизни стали достоянием общественности. Каким же образом тебе удавалось всё это так тщательно скрывать?
- Люди не замечают совпадений, - тихо ответила я, - даже когда что-то читают. Какие-то особенно яркие детали я, конечно, упускала, как и многие интимные подробности…
- То есть, хочешь сказать, что ты не называла, например, свой секс служебными обязанностями?
Я почувствовала, что стремительно краснею. Женя был спецом, он умел самый невинный разговор развернуть так, чтобы гостю приходилось откровенничать.
На протяжении этих двух месяцев, что мы работали вместе, я была в восторге от его способностей и знала, что острый Женин язык – это дополнительная прибавка к нашим рейтингам.
Но было одно "но". Мне не хотелось ощутить всё это на своей шкуре. А сейчас я чувствовала себя так, как будто откатилась на много месяцев назад в прошлое, когда мы просто сидели за соседними мониторами в офисе и постоянно грызлись.
- Я хочу сказать, - протянула я, - что я не говорила о своей интимной жизни в блоге вообще. Мне кажется, это лишнее.
- Ну, это всё-таки было частью твоей жизни.
Ага, и ты, Антонов, в ней участвовал.
- Личная жизнь не обязательно должна ставать достоянием республики, - усмехнулась я, если честно, чувствуя себя последней козой. – Я делилась своими чувствами, а не тем, как провожу ночи.
Женя прищурился.
- Сейчас я мог бы поинтересоваться, как ты их проводишь, - протянул Антонов, - и это было бы правильно с точки зрения журналистики. Но, собственно говоря, я не заканчивал факультет журналистики, а учился в политехе, ну и мне, надеюсь, известно чуть больше интимных подробностей, чем читателям твоего блога…
- Несомненно, - подтвердила я.
- Итак, перейдем к следующему вопросу. – он встряхнул бумажку. – Зачитаю его вслух: "Скрывала ли ты от своих близких людей факт ведения блога? И как думаешь, тебе удавалось прятать сам факт написания постов? Ты живешь не одна, думаешь, твой мужчина не догадывался, что ты ведешь "Жертву"?"
Антонов отложил бумажку в сторону, повернулся в камеру и, кивая в мою сторону, протянул:
- Её мужчина не догадывался, я вам это гарантирую. Он был слеп, глуп и, очевидно, совершенно наивен. Короче, люди, теперь вы знаете, как выглядит человек, который носит с собой вилку, чтобы лапша не оборвала ему уши!
Женя, конечно, рассмеялся, но мне этот смех показался в какой-то мере даже зловещим.
Я ещё раз повторила про себя, что это просто интервью, но как-то очень слабо утешилась.
Просто интервью, которое разрушит мои отношения, которые, как оказалось, значат для меня всё же гораздо больше, чем я думала.
- На самом деле, на пост уходило не так уж и много времени, - с улыбкой промолвила я. – Все люди часто зависают в телефоне. Мой любимый, который сидит перед вами, - указала на Женю, - просто не удивлялся, что я листаю пятнадцать минут в сутки условный Инстаграм или с кем-нибудь переписываюсь.
- В самом деле, в следующий раз буду осторожнее.
Я вздрогнула. В следующий раз со мной или в следующий раз с какой-нибудь другой женщиной? Можно было бы уточнить, но не в прямом эфире.
- Как думаешь, - продолжил Антонов, - а как тебя настигла такая популярность? Ведь имела место реклама, я правильно понимаю?
- Да, - кивнула я. – Я обратилась к своему бывшему соседу по лестничной площадке. У него крупная фирма, и он иногда берет небольшие проекты вроде моего на раскрутку.
- Это тот самый сосед, о котором я периодически выслушивал как об идеале мужчины? – ухмыльнулся Женя.
- Да, это тот самый женатый идеальный сосед, который отличается не только красотой, а и верностью супруге, - с нажимом произнесла я. – Я позвонила ему и обратилась за помощью, он согласился меня поддержать и на первом этапе даже взял траты на себя – потом мы отбили это, как только мой аккаунт стал коммерчески выгодным.
- Я так понимаю, именно возвращение долгов позволило изначально скрывать доход от блога?
- Да, - подтвердила я. – Потом, несомненно, мне бы пришлось признаться, но наш драгоценный шеф успел помочь мне стать искренней чуть раньше, чем я рассчитывала.
- Вот как… Ну что же, наш сценарист уже активно размахивает табличкой "заканчивайте" и, кажется, пристрелит нас, когда этот выпуск подойдет к концу, потому перейдем к вопросу, который больше всего волнует наших зрителей. Скажи, Маша, - наконец-то задал Женя, наверное, самый волнительный вопрос, от которого у меня едва не остановилось сердце. – А насколько ты была искренней в своем блоге?
Я закусила губу.
- Я писала только правду, - наконец-то решительно промолвила я. – Правду, правду и ещё раз правду. И, если ты захочешь её узнать, ты всегда можешь прочесть мои посты. Или поверить тому, что я тебе скажу.
Глава семнадцатая
Домой мы ехали в тишине. Вот как вышли из студии, якобы посмеиваясь над всем тем, что произошло, и сели в автомобиль, по инерции продолжая изображать счастливую пару, так и умолкли. Я смотрела в окно, рассматривая заснеженную столицу, Женя делал вид, что ему надо внимательно следить за дорогой. Обычно я радовалась, когда нам удавалось проехать без пробок, но в этот раз пожалела, что дорога оказалась такой короткой.
Если б Женя жил на каком-нибудь двадцатом этаже, можно было бы тянуть время, поднимаясь пешком по ступенькам, но до его квартиры мы тоже добрались за считанные секунды, и я переступила порог места, которое считала своим домом, со стойким ощущением, что это в последний раз.
Женя так ничего и не сказал, но с крайне живописным, мрачным видом повернул ключ в замочной скважине, закрывая квартиру изнутри, прошел мимо меня и заперся в ванной.
Я постучалась минуты через три, когда поняла, что просто стоять, переминаясь с ноги на ногу, и дальше ждать его не могу.
- Женя, - тихо прошептала я, - у тебя всё в порядке?
- Я уже не могу сходить в туалет и умыться в собственном доме?
- Нет, но…
Спустя секунду дверь распахнулась настежь. Женя, с мокрыми руками и абсолютно равнодушным видом, уставился на меня.
- Всё? Ты больше не беспокоишься, что увидишь меня в луже крови, стонущего, что это всё ты, жестокая предательница, виновата?
- Я всё могу объяснить.
- Всё нормально, - ухмыльнулся Антонов. – Я нисколечко на тебя не сержусь. Можешь забить и не заморачиваться.
- Жень, я…
- Я ж сказал, забить и не заморачиваться. Мы просто строили карьеру подручными средствами. Ну, у каждого свои кирпичи, что поделаешь.
- Я хотела…
- Поделишься ссылочкой?
Я застыла.
- Какой ссылочкой?
- На блог. Хотя… Нет, знаешь, я предпочту туда не заглядывать. По сайту знаю, что пишешь ты очень круто, но я как-то не настроен читать художественную литературу.
- Блог – это не художественная литература.
- Ты думаешь, - изогнул брови Антонов, - я поверю в ту радостную сказку о том, что ты действительно писала правду, правду и только правду? Не старайся, Маш. Всё нормально. Это рабочий подход, ты зарабатывала деньги. Мы друг другу ничего не обещали, это я сам виноват, что единственным моим развитием была подготовка к эфирам.
- Женя, ты всё не так…
- Есть будешь?