Альма Либрем – Истинная для некроманта (страница 13)

Скривившись, я взвесила в руке кубик, который забрала с лекции. От него веяло моей магией - а это значило только то, что я прихватила с собой артефакт, наполненный чарами Эйдара. Его сила ощущалась сквозь тонкую пленку моих ограничителей, и мне в какой-то момент показалось, что я на себе ощущаю эту теплую и одновременно разрушающую энергию.

Странное дело.

Нет, всё же, я никогда не сталкивалась в точно таким даром вживую. Разве что в каком-то музее, например, той же артефакторики. Может быть, чем-нибудь подобным веяло от одного из артефактов? Но странно тогда, что я настолько хорошо запомнила энергетическую волну. Значит, и рассказ, сопровождавший артефакт, был очень интересным.

Но о чем именно речь? И почему я нормально не могу вспомнить?

Можно было посетить зал артефакторики, но я этого делать не стала. Вместо этого, все ещё отгоняя прочь мысли об Эйдаре, вернулась к себе в комнату. У моей соседки на сегодня были назначены отработки – второкурсница умудрилась прогулять какое-то занятие, – потому можно было уделить минут тридцать, а то и целый час таинственному передатчику, оставшемуся от Теренса.

Я добыла его из тайника, взвесила в руке и задумалась: а имею ли моральное право открыть? Или хотя бы попытаться? Любопытство было в этом случае моей слабой стороной. Я не хотела нарушать правила, но… Что же там? Почему оно так сильно заинтересовало Эйдара?

И с какой радости Барнетт никак не идет из моей головы?

Отругав себя за глупые мысли, я ещё раз примерилась к артефакту и решила: всё же попробую. Профессор Теренс, если не задумывал ничего плохого, не пострадает. В конце концов, даже если я увижу его тайное любовное послание или весточку родным, никому не побегу рассказывать об этом. Тихо закрою и постараюсь осторожно вернуть. Если же там что-нибудь жуткое…

Тогда моим долгом будет доложить обо всем ректору или даже более значимым службам. Будет ли это предательством? Нет. Это будет попыткой спасти тех, кого Теренс поставит под угрозу. Хотя мне и не верилось в то, что он способен задумать дурное, но всё же…

Несколько стандартных заклинаний и даже одно витиеватое, найденное в одной из книг сегодня, не помогли. Передатчик был глух к моим попыткам его взломать, а мой собственный дар, приученный к использованию в техномагических целях, не направлялся на разрушение… В отличие от той энергии, которую Эйдар сегодня направил в кубик. И ведь он явно не экономил.

Я вспомнила обо всем, что говорила профессор Мэлоун, и решительно поставила новосозданный артефакт перед собой на кровать. Опустила на верхнюю грань передатчик и представила себе, как истончается моя защита, пропуская внутрь артефакт Теренса.

Я не сомневалась, что кубик не был полым, но артефакт буквально провалился в дерево. Я поспешила захлопнуть щит и почувствовала, как магия Эйдара вскипает внутри, направляясь не на защитные стенки – словно он считал мой дар дружественным, – а на передатчик.

...Прошло, должно быть, больше получаса, прежде чем кубик просто превратился в труху. Моя защита не выдержала, я же чувствовала себя попросту обессиленной. Передатчик был исцарпан, его крышка немного погнулась, и, должно быть, ещё двух-трех таких кубиков хватило бы с головой, чтобы его вскрыть, но их запасом я, само собой, не обладала.

Равно как и запасом энергии. Больше всего мне сейчас хотелось закрыть глаза и попросту уснуть. Едва нашла в себе силы, чтобы спрятать артефакт, причем не так надежно, как обычно – и как раз вовремя, потому что дверь распахнулась, и моя соседка влетела в комнату.

– И что ты тут делаешь? – гневно воскликнула она, глядя на меня.

Глава двадцать шестая

Рьяна

Я помрачнела. Отношения с соседкой у меня были не из лучших, не хватало ещё, чтобы она что-то увидела. А тем более, нашла передатчик и обнаружила на нем руну, обозначающую, что это собственность Теренса! Почувствовать магическое вмешательство она вряд ли способна, ещё слишком юна и неопытна, а вот разболтать всей академии о том, что я что-то замышляю – вполне.

– Я тут живу, – холодно отметила я. – И прав у меня побольше, чем у тебя, если ты забыла. Как там отработка?

– Я на неё не пошла, – гордо ответила соседка.

– Кларисса, – закатила глаза я, – ты, очевидно, хочешь сделать все, чтобы избавить меня от собственного надоедливого присутствия, не так ли?

Второкурсница устроилась на своей кровати, скрестила руки на груди и уставилась на меня, как на врага народа. Очевидно, она в очередной раз нашла какой-то повод посчитать меня той самой противной занудой со старшего курса, которая ещё не забросила попытки заставить её что-то делать.

– Отработать и потом можно, – гордо заявила я. – Я ходила в дуэльный клуб!

Дуэльным клубом у нас в академии называли зал для практики боевых магов. Периодически туда приходили студенты, которые желали испытать свои силы. Конечно, они практиковались, учитывая все правила безопасности, да и в зале стояла сильная защита, а рядом, если что, всегда крутился дежурный целитель. Я была не в восторге от этой практики, хотя несколько раз даже участвовала сама, и понимала: администрация академии таким образом просто заставила студентов сражаться в рамках закона, используя заклинания, не способные причинить серьезный вред. Все были живы, здоровы и, в принципе, счастливы, а ещё получали бесценный опыт.

В дуэльном клубе в основном сражались именно боевые маги. Представители других специализаций могли к ним присоединяться, но в основном побаивались – знали, что с профессионалами сражаться будет довольно сложно. К пятому курсу разрыв в умениях становился достаточно серьезным. В реальном бою я, например, могла бы использовать свои знания техномага и победить, но в подобной дуэли, используя только боевые заклинания, скорее всего, потерпела бы поражение. К тому же, моя специализация все же была более созидательной, а не разрушительной.

– И зачем же ты туда ходила? – спросила исключительно для того, чтобы отвлечь Клариссу от рассуждений о вреде отработок, а ещё от попыток допытаться, чем же я занималась.

– А там сегодня сражался твой полюбовник!

– Кто?! – ахнула я. – Кларисса! Подбирай выражения, иначе я сейчас тебе устрою дуэльный клуб!

Второкурсница устроилась на кровати поудобнее и, всё же посчитав, что я всерьез разгневана, исправилась:

– Хорошо-хорошо. Твой ухажер, наш новенький, Эйдар. Пришел, такой немного сердитый… С краснючими глазами…

Глаза у него краснели не от злости, и я это прекрасно знала. Дуэль как способ снять напряжение? Что ж, неплохо. Надеюсь, он получил там по заслугам.

– И как? – я попыталась убедить себя в том, что интересуюсь просто для того, чтобы поддержать разговор, а на Барнетта мне плевать. – И заруби себе на носу, Кларисса, он мне не ухажер и уж тем более не любовник!

– Но тебе всё равно интересно, что с ним случилось, – хихикнула Кларисса. – Ты по уши в него влюбилась!

Я с угрозой сжала руку в кулак. На перстне заплясали искры, грозясь поджечь, к примеру, одежду моей соседке.

– Ну зачем так злиться! – моментально дала задний ход она. – Не нервничай так, Ходжес! Если тебе угодно, то он участвовал в дуэли против троих одновременно.

– Ну и дурак, – скривилась я.

Такой формат дуэлей допускался только в том случае, если маг значительно превосходил противников силой. Так, например, сражались пятикурсники против третьекурсников, показывая им более серьезные приемы, но при этом рассеивая внимание на двоих или троих, опять-таки для снижения травматичности.

Вот только если б три пятикурсника напали на одного мальчишку с другой специализации, вряд ли бы их за это погладили по голове. Эйдар слишком тщеславен!

Хотя, если честно, я вдруг заволновалась.

– Ну, дурак или нет, но он победил, – хмыкнула Кларисса. – Всухую. Их заклинания даже не достигали цели! Так что, Ходжес, ухажер у тебя что надо. Красивый, сильный. И за что такой заучке, как ты, достался!

– Когда-нибудь тебе отрежут язык, Кларисса, – мрачно пообещала я, вспоминая давнее наказание для сплетниц. – Или наложат вечное заклинание немоты.

Пытаясь показать, что разговор окончен, я схватила первую попавшуюся под руки книгу и сделала вид, что внимательно читаю. Однако на самом деле я едва понимала, что вижу перед глазами. Единственная здравая мысль, крутившаяся в голове, была об Эйдаре.

Кто же он такой и где учился, если здесь так откровенно демонстрирует свои способности?

Невольно вспомнился артефакт… И дурацкие сплетни, уже окружавшие нас.

Я поняла: ничего не узнаю, если не пойду на уступки. И, возможно, информация стоит того, чтобы пообещать Эйдару отдать передатчик. А там уже посмотрю, что делать.

Глава двадцать седьмая

Эйдар

Чтобы хоть как-то сбить разбушевавшиеся эмоции, решил пойти проверенным способом: отправился в Дуэльный клуб. Сначала надо мной смеялись, мол, пришёл тут техномаг из вшивой академки, возомнивший о себе невесть что. А ведь сразу предлагал, поставьте против меня три четверокурсника. До них дошло, что я не шутил, только после нескольких разгромленных студентиков.

Из клуба ушёл довольный. Успокоившийся. Ярость постепенно сходила на "нет", но думать о Рьяне я не мог перестать. Чёрт бы её побрал со всеми её глупостями. Умная девушка, а творила невесть что.