Альма Либрем – Бастарды его величества (страница 9)

- Я пришла выпустить вас отсюда, - ответила она.

- И приказать убраться вон?

Диана с удовольствием поступила бы именно так. Но, проворачивая ключ в замочной скважине, слышала в скрипе железа ответ: она не имеет права выбрать этот путь. Кэрант и Хордон - единственные, у кого и вправду есть основания называться сыновьями Его Величества. Остальные могли быть последствием ошибки. Да и лицо легко изменить, если потрудится сильный маг. А вот одарённый крепостной...

Она вошла в камеру, не став запирать её, впрочем. Кэрант опёрся плечом о прутья и наблюдал за Дианой, словно задавался вопросом, что она здесь делает.

- Испачкаетесь, - хмыкнул наконец-то он. - У вас красивое платье.

- Это свадебное, - пояснила Диана. - Как вы здесь оказались? Можете мне рассказать?

Кэрант закрыл глаза, словно пытаясь обратиться к своим воспоминаниям, а потом промолвил:

- Баронесса ван Бэйрст прибыла в столицу в гости к своей подруге. Сегодня утром она должна была уехать - и сделала это. Когда я услышал о смерти короля и о том, что семь его сыновей должны прибыть ко двору, понял, что должен бежать.

- Вы были уверены в том, что являетесь сыном Его Величества? - презрительно скривилась Диана. - Простой крепостной? Даже если вам сказала об этом мать, всё равно абсурдно то, что...

- Я одарён. Этого мало?

Этого было много. Аргумент Кэранта нельзя было перебить никакими доводами рассудка. К тому же, с каждой новой фразой Диана убеждалась в том, что не может оставить его здесь. Во имя всей Алиройи на трон должен взойти достойный. Вычёркивать из этого списка могущественного мага?

- Зачем вы меня поцеловали?

- Весь дворец гудит о том, что королева Диана - будущая супруга того, кто заполучит корону. Имею право.

- Вы не получите корону.

- И кто помешает мне это сделать?

- Неизвестно, кто из сыновей окажется достойнее всего.

- Кто выживет, вы хотите сказать.

Она отвернулась, толкнула дверь, открывая её, и вышла из камеры. Кэрант постоял минуту и двинулся следом.

- Я думал, меня казнят.

- Вы правы, - ответила Диана. - Не относительно казни, нет... Вы правы, что одарённых мало, а это повод назваться сыном Эдмунда. Я не могу игнорировать то, что у вас есть дар. Это важно для Алиройи. Я пришла сюда, чтобы воспрепятствовать ужасной ошибке. Несомненно, тот, кто приказал заключить вас, будет серьёзно наказан. Вам выделят покои, такие же, как и другим сыновьям Эдмунда. Выбор же престолонаследника - дело не одного дня. Вы крепостной, это ухудшает ваше положение.

Кэрант промолчал. Он остановился у своей камеры, опёрся спиной о прутья, словно прощался с местом, в котором провёл не больше часа. На его лице выразительно отражалось тотальное спокойствие. Диана не понимала такой реакции. Кэрант вёл себя неестественно.

- Сегодня вечером, - произнесла она вдруг, - будет ужин, за которым должны присутствовать все бастарды. Я распоряжусь, чтобы вам помогли привести себя в порядок.

- А вдруг я не умею вести себя за столом? Разговаривать научили, а есть - нет, - развеселился отчего-то Кэрант. - Что, Ваше Величество? Не верите в это?

- Кто вы?

- Крепостной баронессы ван Бэйрст.

Диана сжала зубы. Она не понимала этого человека. Он просто не мог быть крепостным. Оказался в тюрьме невесть по чьему велению... Она вспомнила, что там, совсем рядом, стоял Вилфрайд - следовало забрать Кэранта с собой, познакомить их, попросить актёра пояснить младшему брату, даже если у них нет родственной крови...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Диана, почему вы просто не распорядились, чтобы меня отпустили? Почему вы так смотрите, я задаю неудобные вопросы? Диана?

- Вы слишком много болтаете!

Диана вскинула руку в привычном для её мужа жесте и застыла только тогда, когда Кэрант перехватил её руку. Это было представление. И она не справлялась с собственной ролью. Всего этого было слишком много.  

Она только сейчас заметила, что плачет. По щеке скатилась одинокая слезинка, и Кэрант, заметив это, явно смягчился.

- Не могу утешать прекрасную даму в таком виде, - прошептал он ей на ухо. – Ещё и посреди тюрьмы. Что случилось, Ваше Величество?

У неё не было ответа. Диана запуталась и, признаться, ума не могла приложить, что делать дальше. Здесь, где её не видел никто, кроме заключённых, забившихся в углы собственных камер, она вдруг почувствовала себя слабой марионеткой в руках какого-то очень умного кукловода. И то, как на неё смотрел Кэрант, пугало. У него был удивительно мудрый, как для крепостного, взгляд, и в неверном свете факелов Диана не могла избавиться от уверенности, что мужчина совсем не тот, за кого себя выдаёт.

- У Его Величества было семь сыновей, - постаралась твёрдо говорить она. – И я хочу соответствовать этому пророчеству. Коль уж вы заявили, что тоже сын Эдмунда, то должны присутствовать при официальной процедуре. Сегодня вечером, как я уже сказала, должен быть ужин. Вам помогут отмыться, принесут новую одежду, и вы будете на нём присутствовать. Это всё, что должно нас связывать. Это всё, что я должна была сказать. Мне следовало просто отправить кого-нибудь, чтобы вас отпустили, но я опасалась, что вы можете причинить людям вред. Или они неправильно истолкуют приказ. Увы, сегодняшний день и так продемонстрировал мне слишком много непокорных.

Она отвернулась и собиралась уходить, но почувствовала, как руки Кэранта опустились ей на плечи. Диана и так практически ненавидела его, хотя понятия не имела, что именно в нём вызывало столько негатива. Она боялась этого человека в первую очередь потому, что он мог оказаться настоящим сыном Эдмунда с самой большей вероятностью. Его дар, так или иначе, был нужен Алиройе. Она видела слишком много нестыковок в чужом образе, хотела услышать историю Кэранта, но вряд ли решилась бы спросить напрямик.

Наверное, это из-за того, что с ним одним – если забыть о Вилфрайде, - она контактировала сегодня. И день, и без того сложный, провоцировал множество вопросов.

Кэрант не стеснялся чужих взглядов. Его ладони скользнули по предплечьям Дианы, переместились на талию, и он всё так же стоял у неё за спиной.

- Вы испачкали мне платье, - прошептала Диана. – Оступитесь, пожалуйста.

Он был одарён и неуправляем. Вот и всё, что могла сказать о человеке, которого так боялась, молодая королева. Его магия буквально текла по пальцам, и она чувствовала, как сильно прошибало током от каждого, даже мельчайшего, прикосновения.

Никто не позволял себе лишнего. Этот человек, отсутствующий даже в списках короля Эдмунда… Почему он так легко переступал через все грани?

- Пойдёмте отсюда, - велела она. – И поскорее. Вам ещё следует привести себя в порядок.

Кэрант молча последовал за Дианой, не отставая ни на шаг. Она, впрочем, ощущала ту невероятную тяжесть секретов, что тянулась и за ним, и за нею самой. Миновала молчаливую стражу – те не посмели остановить ни королеву, ни бывшего узника, - добралась до Вилфрайда и облегчённо коснулась его руки. Тот улыбнулся, помог девушке взойти на крутые ступеньки. Кэрант следовал за ними, и Диане казалось, что его взгляд, скользивший то по ней, то по её спутнике, полыхал огнём.

- Вы похожи, - отметил он, когда Вилфрайд и Диана вышли на свет. – Очень похожи.

Это было странное замечание, и Диана пропустила его мимо ушей.

- Помогите своему младшему брату обустроиться, пожалуйста. Уверена, есть и седьмые покои, - обратилась к актёру королева. – И… Стража! – громко позвала она. – Проводите меня в зал заседаний и найдите советника Гормена!..

Глава девятая

...Зал заседаний был не тем местом, куда часто пускали женщин. Король Эдмунд отказывался следовать современным тенденциям, для него представительницы прекрасного пола были просто дополнением к постельному ложу. Диане об этом было известно, потому её не удивила стража, сначала даже скрестившая копья перед своей королевой.

Но, узнав её, они покорно отступили в стороны, убирая оружие, смиренно склонили головы в ожидании наказания.

- Я хочу, чтобы вы не заходили в зал во время моего разговора с советником Горменом, - велела Диана. - И не желаю слушать возражений, если они вдруг у вас появится.

- Как прикажете, Ваше Величество, - хором ответили мужчины, покорно склоняя головы.

Вероятно, Эдмунд хорошо надрессировал своих людей. Никто из них не смел и слова молвить против королевской воли, даже если сомневался в принятых Её Величеством решениях. Диана никогда не думала, что чувство власти будет доставлять ей такое удовольствие, но откровенно наслаждалась тем, как легко подчинялись её велению стражники и слуги. Даже если они и пытались оказать сопротивление, всё равно, сцепив зубы, вынуждены были отступать.

Здесь окна были целы, но чувствовалось лёгкое запустение. Зал совещаний находился не так далеко от тронного, но не пользовался таким успехом - король предпочитал общение в своих личных палатах, а сюда спускался только во время войны или когда надо было принять большое количество людей. Вероятно, ушлые слуги убирали здесь куда реже, изучив привычки короля, или даже сам Эдмунд велел не тратить время на заброшенный зал.

Диана миновала стол, провела пальцами по его деревянной поверхности, оставляя лёгкие пыльные следы, и застыла в самом конце, не решаясь занять кресло, предназначенное для короля. Потом, решившись, с трудом отодвинула его. То было тяжёлым, и девушка даже пожалела, что не воспользовалась помощью стражи, а решила сделать всё сама. Может быть, к их услугам следовало прибегнуть и при общении с Горменом?