Аллу Сант – Дракон под маринадом (страница 30)
— Что значит подготивить столы для сервировки? — одними губами поинтересовалась я.
— Это значит, что нужно будет перенести несколько столов вон под те лампы паса, чтобы наша слеповатый петух смог их быстро сервировать, ваша задача будет носиться между ними двумя и смотреть, чтобы всё было под рукой и готово. Спроси, сколько будем обслуживать за раз и какое у нас окно подачи?
Я очень сомневалась, что у Лучьянно вообще стоит хоть что-то спрашивать, но помянуя, как прадед помог мне на экзамене, всё же решилась.
— А какое у нас окно подачи и сколько будем обслуживать?
— Как интересно! У тебя мозг только по утрам работает или ты просто сегодня не забыл выпить настойку умника? — поинтересовался Лучьянно с издёвкой, — а то вчера именно ты слил жу, а сегодня внезапно стал знатоком сервиса! Не хочешь заменить меня на пасе?
— Беги за мангольдом, он псих и ничего не знает, — сообщил мне прадед.
— Я пойду за мангольдом, — ответила я Лучьянно, стараясь не робеть, а он грубо поймал меня за ворот моей куртки.
— Запомни, малец! Ты — просто ничего незначащая букашка и я воспользуюсь малейшей возможностью для того, чтобы тебя раздавить! — пообещал мне Лучьянно, а меня передёрнуло от ненависти в его голосе, и я поспешила сделать самое разумное, уйти за мангольдом.
Когда я вернулась на кухню с коробкой доверху набитой листьями мангольда, там уже был мой шеф и я осторожно выдохнула. Ведь Лучьянно не посмеет меня задирать при Томмасо разве не так?
Я поставила тяжесть на стол и подошла поближе для того, чтобы послушать и понять, как именно сегодня мы будем работать.
Однако оказалось, что я опоздала, и разговор подошёл к концу, стоило мне только приблизиться.
— Значит так, — принялся командовать Лучьянно, а я взглядом, полным тоски, смотрела на то, как мой шеф в молчании зажигает огромный гриль, — Мицио ты оглох? — рявкнул Лучьянно, заставив меня вздрогнуть и вновь сфокусироваться на этом ненормальном. Было ясно, что лёгким этот день точно не будет.
Лучьянно обрисовал нам задачи и сколько у нас будет на всё это времени, а мои брови поползли наверх. Я просто не понимала, как именно нам удастся всё это сделать в оговорённый им срок. Однако моё мнение никого не интересовало.
На меня вновь рыкнули и отправили работать.
Даже не знаю, что меня сейчас задевало больше, молчание моего шефа или же то, что он отдал меня на растерзание этому монстру.
Подбадриваемая воплями Лучьянно работа началась.
Я не сразу поняла, когда в водовороте заданий потеряла счёт времени, очнулась, только от требований Лучьянно ускорится.
Он совсем с ума сошёл? Мы и так работали на грани наших возможностей. На кухне было жарче, чем на пляже в жаркий летний день, а пот просто ручьём катился и по моему лицу и по спине. Хотелось есть, пить и писать, а главное лечь и, чтобы никто больше никогда не трогал. Прадед предательски молчал с самого мгновения, когда Томмасо вновь появился на кухне.
— Я сказал быстрее! Сервис начнётся через пять минут! Томми, сколько тебе нужно времени? — орал Лучьянно, а я словно вынырнула в реальность, только сейчас осознав, что именно происходит вокруг.
Лучьянно склонился над огромным столом, уставленным тарелками, и методично раскладывал на каждую капонату.
— Три минуты до первой партии, — выкрикнул мой шеф.
— Лука, заберёшь капоколло и привезёшь ко мне на тележке, Мицио срочно неси ещё капонату, а затем розмариновый песок, — потребовал Лучьянно, совершенно не отрываясь от работы. Я была потрясена увиденным, казалось, что у него глаза были на затылке, настолько хорошо он понимал и чувствовал, что происходит на кухне.
— Да, шеф! — удивительно в один голос подтвердили мы с Лукой и тут же кинулись исполнять приказ.
— Томмасо, подогрей мне тарелки своей магией, не успеваем! — внезапно рявкнул Лучьянно.
— Через две минуты, как принесу капоколло, хватит минут на сорок, — спокойно заметил мой шеф, а я снова огляделась.
На огромном длинном столе стояло в ряд не менее пятидесяти тарелок, а Лучьянно методично раскладывал на каждую из них примерно одинаковое количество овощей.
— Мицио, где моя капоната? — рявкнул Лучьянно не отрываясь и не останавливаясь ни на секунду, а я отмерла и бросилась со всех ног к нему с миской, в которой была ещё одна порция овощей.
— Одна минута! — сообщил Томмасо, а Лучьянно выругался столь грязно, что у меня покраснели уши.
— Мицио, криворукий урод! Бери мою ложку и продолжай! Капонаты везде должно быть одинаковое количество замечу, что халтуришь, убью! Лука, где ты, демоново отродье?
— Я несу жу и розмариновый песок! — раздался вопль Луки за спиной.
— Давай мне жу, а ты бери песок и посыпь одной ложкой каждую тарелку, на которой уже есть капоната!
— Я несу!
— Томмасо, подогрей тарелки, закинь следующие и помоги хотя бы с этим, пока дебилы не набьют руку!
Я еле успела отклониться, когда стол, на котором стояли тарелки, в прямом смысле этого слова вспыхнул от огненной магии и раскалился докрасна.
— До стола не дотрагиваться, нам не нужны ожоги, шевелитесь! — совершенно неожиданно рявкнул Томмасо, который до этого никогда не повышал голоса и мы и вправду ускорились. Вскоре я уже закончила и на всех тарелках была красиво выложена капоната.
— Мицио, я рискну и доверю тебе жу! — сообщил Лучьянно и я поспешила к нему, краем глаза отметив, что на кухне уже начали появляться официанты, и мы, кажется, в самом деле опаздывали. Лучьянно быстро показал мне, каким движением он размазывал по тарелке соус и потребовал повторить, а я возблагодарила свою мать, которая с самого детства мучила меня вышивкой. Ведь именно поэтому у меня были ловкие пальцы и мне не составило никакого труда повторить, то что делал шеф.
— Продолжай! Лука, поторопись! — проорал Лучьянно и, метнувшись в начало стола, принялся выкладывать свинину тут же позволяя официантам забрать уже готовые тарелки.
— Я уже готов! — с удовольствием заметил Лука, который и в самом деле завершил с розмариновым песком.
— Семь минут! — провозгласил Томмасо, а я с ужасом осознала, что всё это нам ещё придётся повторить и не один и не два раза, а восемь!
— Расставляй чистые тарелки, шевелитесь! Каждая минута на счету!
Всё вокруг снова закрутилось, хотя мой мозг уже полностью отключился, а пальцы, казалось, реагировали только на истеричные вопли Лучьянно, потому что по нормальному я уже просто не понимала.
Не знаю, как долго это продолжалось, потому что у меня перед глазами стояли только нескончаемые тарелки и повторяющаяся череда движений.
— Первое местное полностью подано! — провозгласил один из официантов, а на моём лице мелькнула робкая улыбка облегчения. Впрочем, продержалась она совсем недолго.
— До начала подачи рябчика десять минут, — провозгласил Томмасо, а мне захотелось зарыдать и спрятаться куда-нибудь, где меня бы точно ни нашли.
— Держись Мими, с рябчиком будет легче, поверь мне, — раздался в голове голос прадеда. И ему в самом деле удалось придать мне сил.
— Томми, разогрей стол, поставить пятьдесят тарелок! Лука, тащи мангольд и соус! Всё должно быть готово! — орал Лучьянно, но его крики уже не вызывали во мне больше такой же первоначальной судорожной реакции.
Я просто продолжала расставлять тарелки на столе, надеясь, что не сбилась со счёта.
— Руки прочь от стола, — послышался голос моего шефа, а я неловко отскочила и пара тарелок, которые на тот момент были у меня в руках, разумеется, вывалились и разбились вдребезги.
— Идиот! — рявкнул Лучьянно, а я было совершила попытку прибраться, но Томмасо решительно отодвинул меня в сторону.
— Потом! — сказал он, нагло забрав у меня из рук швабру.
— Оставь в покое осколки! Немедленно раскладывать рябчиков!
Лучьянно показал мне на примере одной тарелки, как должны лежать рябчики и я, вооружившись небольшими металлическими щипцами, принялась выкладывать на тарелку фаршированную птицу.
Отмечая про себя, что прадед был прав, было действительно легче, потому что в этом блюде было значительно меньше элементов, чем в первом. Вот только и сил у меня было тоже меньше.
Лучьянно с грязными ругательствами забраковал и потребовал переделать пару тарелок, но все его вопли я уже воспринимала спокойно, если не сказать отстранённо.
— Всё! Мы закончили сервис! — заключил, наконец, Лучьянно, а я истерично смеясь просто сползла на пол прямо в осколки тарелок. Но честное слово, я так устала, что мне было откровенно наплевать на такие мелочи.
— Куда? У нас ещё уборка! — Лучьянно дёрнул меня обратно вверх за воротник.
Глава 14. Неделя тишины
О том как после этого кухонного ада, я всё же доползла до кровати, я помнила очень смутно. Одно могла сказать точно, что сделала это сама. Наверное, это и тот факт, что мы справились, были моими единственными поводами для гордости.
Изначально, я совершенно не планировала засыпать, не помывшись, но Томмасо проскользнул в ванную быстрее и раньше меня, а у меня просто язык не повернулся не поинтересоваться, как много ему времени понадобиться, ни уж тем более поторопить.
Только не после всего того, что между нами произошло.
Поэтому утро следующего дня встретило меня не только дикой болью во всех мышцах, о существовании, которых я ранее и не догадывалась, но и запашком, от которого подташнивало. Понадобилось какое-то время для того, чтобы осознать тот факт, что так откровенно воняю я.