allig_eri – Все еще жив (страница 74)

Силакви подошёл к ней ближе, заглянув прямо в глаза.

— Это сила бога, девочка, — произнёс он. — То, что ты сейчас ощущаешь. Я могу не только общаться с ним, но и пользоваться его способностями. Самой каплей, в отличие от императора, но этого достаточно. Хорес… умеет запечатывать. Всё, что только можно представить. Даже время. Даже пространство. Даже смерть, — Киан усмехнулся. — Именно таким образом я оставался в сознании и слышал ваш разговор. Даже жаль, что было сказано так мало. Но ничего… у нас ещё будет время.

Силакви бросил взгляд в сторону запертой двери, а потом снова на Ольтею.

— Можешь не пытаться сопротивляться. От подобного не спасёт ни Слеза, ни амулеты. Потому что магия, какая бы она ни была — низшая форма искусства. Высшая же — божественная мощь. Именно поэтому мы, люди, сколь бы высоко не забрались, всё равно будет уступать богам.

Ольтея не могла говорить, имея возможность лишь испуганно смотреть, словно кролик перед удавом.

— Ты спрашивала «зачем»? Это очень просто. Долгое время я считал… и до сих пор считаю, — поправился он, — что Милена притупляет стремления Дэсарандеса к спасению этого мира. Из-за неё он ходит окольными дорогами, в то время как ему следует идти напрямик. Эта девка делает его слабым, отчего ставит весь план под угрозу, — нахмурился он. — Но я не планировал её убивать. Нет, я всего лишь думал управлять ею, что неплохо начало получаться, до определённого момента. И даже когда она стала брыкаться — по твоей, как я сейчас понял, вине — я всё равно был терпелив, не желая ей вреда. Это знает и бог, — жрец посмотрел вверх, — и Дэсарандес. Я искренен в своих стремлениях, более того, я даже имел на этот счёт разговор с самим Хоресом.

«Этого не может быть!» — в ужасе бился внутренний голос Ольтеи.

— Скажи же мне… — Киан дотронулся рукой до щеки женщины, даруя ей возможность говорить, — что сделал бы любой ребёнок, если бы мог понять своего отца?

Ольтея моргнула. Может, ещё есть шанс?..

— Это зависит от отца… Вот ответ, который ты хочешь от меня услышать, — сухо произнесла она.

— Нет. Это и есть ответ, — отстранился Силакви.

— Я всего лишь хотела помочь ей! — крикнула Ольтея. — Неужели ты думаешь, что мы разные? Что, как и отцы, одни из нас могут быть хорошими, а другие плохими⁈

— Я знаю это, — ответил Киан. Жрец смотрел на женщину, как на щенка в мешке, которого вот-вот бросят в реку. — Лишь теперь я понял это до конца. Милена — слабая девочка, которая нуждается в помощи. И ты сумела влезть к ней в душу, создав там иллюзию той, кем не являешься. Я же, тот, кто и правда хотел навести порядок во всём том бардаке, который творится в Империи, оказался не у дел. Под подозрением! И теперь, когда Милена отчаянно нуждается в моём совете, она боится и ненавидит меня.

Спустя некоторое время, стоя в раздумьях, мужчина хмыкнул.

— Это ведь ты убила Хиделинду, верно? — спросил он.

Всё, что могла теперь сделать Ольтея — просто стоять и дышать. Никогда за свою жизнь женщина не испытывала такого ужаса, как сейчас. Её охватило ощущение слабости, как будто она была столбом воды, который вот-вот рухнет и растечётся в тысяче жидких направлений. Чувство сковывающего напряжения, как будто внутренняя лебёдка наматывала каждую нить её сущности и каждую жилку.

В каком-то роде она даже находила это любопытным — как и само это неожиданное любопытство.

Но через краткий миг её внимание привлекло иное — маг. Каким-то образом один из версов — тот самый некромант! — умудрялся двигаться! Медленно, едва заметно, но двигаться!

«Почему? Как? — думала Ольтея. — Неужели это и правда божественная сила? И если да, то выходит, что маги и правда получили дар Хореса? Поэтому могут противиться происходящему⁈»

— Сумма грехов, — продолжил говорить Силакви, стоя спиной к колдунам и не замечая их действий. — Нет ничего более благочестивого, чем убийство. Ничего более абсолютного.

«Если я сумею отвлечь его, то верс взорвёт Огненную сферу, — осознала Ольтея. — Киан снял Слезу и всё ещё не надел её — это мой шанс!»

— Всё это ложь, — произнесла женщина, пользуясь тем, что с тех пор, как Силакви до неё дотронулся, всё ещё могла говорить. — Домыслы и манипуляции. Я готова показать свою память в любой момент.

«Ну же, ублюдок, продолжай смотреть на меня…» — молила Ольтея.

Но будто бы что-то прочитав на её лице, жрец обернулся, заметив происходящее.

Поздно. Некромант достаточно сжал Огненную сферу, чтобы случился выброс пламени. Таинственное состояние зависшего времени пропало, но Киан успел прыгнуть в сторону подоконника, схватив Слезу за мгновение до того, как огонь охватил всё вокруг.

Маги сразу же загорелись, дико крича. Ольтея же, ощутив возможность двигаться, как и Силакви не обратила на пламя внимание. Слеза точно также находилась на её шее. Поэтому с резким щелчком она выдернула свой тонкий, искусно сплетённый пояс, входящий в комплект зачарованной одежды. Это было единственное, что она могла использовать в качестве какой-то помощи в ожидаемой схватке, ибо была абсолютно безоружна. Как и сам Киан.

Женщина прыгнула на спину высшего жреца, в момент, когда он только схватил Слезу, и обвила пояс вокруг его шеи, не обращая внимание на потоки яростного огня, уничтожающие всё, кроме них двоих.

Ольтея прижимала голову Силакви к своей груди, несмотря на весь его рост. Она крепко сцепила челюсть, изо всех сил натягивая зачарованную ткань.

Высший жрец упал на колени, лицо его потемнело, а руки судорожно цеплялись за душащую ткань. Его шёлковые рукава задрались, открывая изящную красоту покрытых молитвами наручей.

— Что, больше не осталось никаких фокусов⁈ — кричала Ольтея, пытаясь удержаться на его спине. Её руки, грудь и плечи вздувались от напряжения. Несмотря на то, что она была высшим сионом, Силакви ни капли не уступал ей в силе, очевидно пройдя те же самые процедуры, но никак их не афишируя.

Её противник уже перестал дышать и теперь боролся только за то, чтобы защитить свою сонную артерию. Женщина собрала все свои силы, резко дёргая пояс в стороны — раз, а потом другой. Но в следующее мгновение левая рука Киана затрепетала над наручем на правом предплечье. Появился клинок, торчащий чуть выше его локтя, который жрец тут же погрузил в бок Ольтее, заставив её дёрнуться и замереть.

Новый удар выбил искры из её глаз. Следующий, пришедшийся ей под рёбра, вызвал лишь лёгкое содрогание. Пояс выскользнула из рук женщины, и Силакви упал вперёд, на свои руки. Он задыхался, как и любой человек, но пришёл в себя гораздо быстрее обычного. Казалось, всего за несколько мгновений он сбросил с себя слабость и повернулся лицом к умирающей Ольтее.

Женщина отшатнулась на два шага назад, разинув рот и зажимая рукой хлынувшую из тела кровь. Никаких слов произносить не требовалось. За дверью уже слышались приглушённые крики и стук молота. Но высший жрец не мог рисковать, а потому стремительно бросился вперёд и впечатал кулак прямо в череп неудавшейся заговорщице. Левая бровь и глазница Ольтеи рассыпались, как хлебная крошка.

Кровь предательницы побежала по щелям между камнями пола, высыхая от пылающего внутри огня быстрее, чем успевала куда-нибудь затечь. Кровь и пепел от двух обратившихся прахом тел версов.

— Отдаю должное, у тебя почти получилось, — произнёс Киан, а потом сорвал Слезу с её шеи, позволив остаткам огня вонзиться в плоть заговорщицы.

Ольтея думала, что уже ничего не ощущает. Она ошиблась. Жар проник в неё, охватывая с такой силой, что женщина закричала.

Силакви смотрел, как белая кожа жарится прямо на его глазах. К сожалению жреца, пламя погасло слишком быстро.

Ещё через минуту с двери, наконец, сняли зачарование и успешно выбили. Высший жрец повернулся к людям, столпившимся за порогом. Их злые и изумлённые глаза ощупывали раскалённый мрак помещения, отделяя живых от мёртвых.

— Хорес… он убил их, — прошептал чей-то голос за спиной изумлённой императрицы.

— Очевидно, тайны, которые нашёл некромант, стоили того, чтобы остаться неузнанными, — новый голос, достаточно тихий, но хорошо слышимый.

— Я говорил, нужно обыскать его, это же работа Огненной сферы! — всполошился Беза.

— Милена, — произнёс Силакви. — Ты должна понять меня…

Но женщина уже увидела обгоревшее тело своей любовницы.

— Целителя сюда, срочно! — выкрикнула она, бросаясь к ней.

— Уже поздно, она мертва, — пожал Киан плечами. — Лучше скажи мне, ты знала, что так произойдёт?

— Что знала⁈ — злобно посмотрела на него Мирадель. — Думаешь, я запланировала это, чтобы убить мою лю… лучшую подругу⁈

— Милена… — вздохнул Силакви. — Я…

— Ты и правда замышлял предательство, — решила императрица. — Так ещё и убил…

Она нахмурилась, как будто только сейчас осознала последствия произошедшего, а затем гневно взглянула на капитана гвардии.

— Беза, схватить его, — уточнять кого именно не было смысла.

У входа, тем временем, собиралось всё больше изумлённых людей. Кто-то побежал за целителями, кто-то — сообщить сведения остальным министрам и придворным.

— Ваша милость? — побледнел Карсин. — Ч-что вы сказали?..

— Милена, — заговорил Киан, и в его голосе послышался какой-то тёмный рык, — меня никто не схватит.

Он спокойно повернулся и зашагал по мраморным залам, перед расступающимися людьми.