allig_eri – Скованные одной цепью (страница 70)
— Последнее, комендант?
Логвуд промолчал.
— Последнее, — пророкотал Гаюс, — значит последнее. Ты разжалован. С позором.
— Прошу прощения у коменданта, но вы этого сделать не можете.
Логвуд повернул голову, и я на миг заподозрил, что Нарвин всё-таки сумел вывести его из себя. Полковник пожал плечами.
— Мой офицерский патент был выдан архонтом Сауды, Кендалом Фатурком. Исходя из этого, я имею права потребовать судебного разбирательства. Вы… комендант, но даже если бы вы носили звание генерала, это ничего бы не значило. Силой Нанва, что расколотого, что объединённого, всегда было то, что наша дисциплина призывает высказываться откровенно. Какие бы ни были отданы приказы — их я исполню в точности — я имею право на то, чтобы моя точка зрения была задокументирована дословно. Если нужно, могу процитировать соответствующие пункты устава, которые описывают мои права.
Все молчали, затем Гаюс повернулся в седле и обратился ко мне:
— Сокрушающий Меч, ты у нас парень головастый, хоть слово понял из того, что он тут наболтал?
— Не хуже тебя, Гаюс, — едва заметно растянул я губы в подобие улыбки.
— Религия не может помочь в этом вопросе?
— Увы, Гаюс.
Бригадир выругался.
— Разбирательство потребует присутствия адвокатов, не говоря уже об архонте Кендале Фатурке, — дополнил генерал Дирас Эдли.
— А где у нас архонт Фатурк? — риторически спросил Маутнер.
— В Магбуре, — спокойно кивнул Эдли.
Гаюс усмехнулся.
— Значит, чтобы разобраться с офицерским патентом, придётся поспешить в Магбур. — Он обернулся к Нарвину. — Если, конечно, предложения Совета Знати не важнее решения судьбы твоей карьеры, полковник.
— Вы забываете про флот, — Нарвин подался вперёд. — У Магбура он большой и сильный, всё-таки прибрежный город! У Гуннара много опытных советников, как тот же генерал Чибато Ноното. Даром, что чёрный, как смоль, зато голова соображает. Он не упустит возможность и сразу продавит решение направить за нами — в Олсмос — корабли, чтобы быстро и безопасно перевезти всех в Магбур.
— Насколько я знаю, — заметил Эдли, — весь флот сейчас стоит на якоре подле Магбура.
— Так точно. Тем не менее, как только они узнают, что мы застряли в Олсмосе, решение станет очевидным.
— Думаешь, флот поспешит нам на помощь? — Гаюс картинно нахмурился. — Что-то ты меня сбил с толку, полковник. Архонт Гуннар держит свою армию в Магбуре. Более того, там же он удерживает весь свой и не только свой флот. И никаких движений за несколько месяцев. У него была уйма возможностей направить нам помощь — по суше или по морю. Скажи, полковник, в своих родовых охотничьих угодьях доводилось тебе видеть оленя, который попал в свет фонаря? Как он стоит, окаменевший, не способный ничего сделать? Архонт Гуннар — вот такой олень. Комендант может подвести эту колонну до места в трёх километрах от Магбура, но и тогда Гуннар не выступит к нам на помощь. Ты правда думаешь, что загнав нас в безвыходное положение в Олсмосе, ты разбудишь совесть толстяка и он начнёт действовать?
— Я говорил больше о генерале Чибато Ноното…
— Который умер, захворал или попал в темницу. В крайнем случае получил конкретный и весьма жёсткий приказ сидеть на жопе ровно. Иначе армия и флот уже давно бы выступили нам в помощь. Магбуром правит один человек — единственный. Ты свою жизнь доверишь ему, полковник?
Нарвин помрачнел.
— Похоже, мне и так и эдак придётся это сделать, бригадир. — Он натянул перчатки. — И похоже, что мне больше не позволено высказывать свои взгляды…
— Позволено, — сказал Логвуд. — Но ты при этом — солдат Первой.
— Комендант, прошу прощения за свою самонадеянность, — полковник вздёрнул голову. — Времена пришли тревожные.
— А мне об этом никто не сказал, — с ухмылкой заметил Гаюс.
Нарвин вдруг резко обернулся ко мне.
— Что ты думаешь об этом, Сокрушающий Меч Кохрана?
Это ты непредвзятого наблюдателя нашёл? — мысленно вопросил я.
— О чём именно, полковник? — уточнил я.
Губы Нарвина изогнулись в улыбке.
— Олсмос или река Чирапи и лес, а затем восточные пустоши? Как представитель Триединства и человек, хорошо знакомый с бедами беженцев, ты действительно веришь, что они смогут выжить в таком тяжком походе?
Я молчал, наверное, с минуту. Никто не прерывал меня. Затем откашлялся и пожал плечами.
— Наибольшую угрозу всегда представляла и представляет армия сайнадов. Победа в Дахабских горах позволила нам выиграть время, чтобы зализать раны…
— Сомневаюсь, — перебил Нарвин. — С тех пор нас только сильнее гонят вперёд.
— Да, и на то есть хорошие основания. Теперь нас преследует Кердгар Дэйтус. Этот человек был кашмирским командиром ещё во времена его захвата Дэсарандесом. Он — весьма способный военачальник и тактик. Пилекс Зарни ему не ровня. Младший воевода погубил свою армию, ибо полагался только и исключительно на численное превосходство. Кердгар Дэйтус такой ошибки не сделает. Если враг прибудет к реке Чирапи прежде нас, нам конец…
— Вот именно! Поэтому нужно удивить его и направиться в Олсмос!
— Это будет конечной остановкой, — возразил я. — В нашем распоряжении окажется в лучшем случае два дня, чтобы наладить защиту города, прежде чем нас нагонит Кердгар. Ты сам знаешь, я не тактик, а колдун и Сокрушающий Меч Кохрана. Но даже я понимаю, что занимать Олсмос окажется самоубийством, полковник.
Гаюс заёрзал в седле, картинно оглядываясь по сторонам.
— Давайте ещё найдём собаку, чтобы выслушать независимое мнение. Вешлер, где этот уродливый пёс, который тебя усыновил? Тот, которого солдаты прозвали Кривым?
Волшебник чуть приподнял голову.
— Ты правда хочешь это узнать? — его голос прозвучал хрипло.
— Да, а почему нет? — нахмурился бригадир.
— Прячется в снегу и грязи в семи шагах от тебя.
Конечно же все тут же начали оглядываться, даже Логвуд. Наконец Маутнер указал рукой, и, присмотревшись, я различил рыжевато-коричневую шерсть среди грязи и нескольких чёрных валунов с белыми шапками. Твою же мать!
— Боюсь, — проговорил Вешлер, — независимого мнения от него ждать не стоит. Куда мы идём, туда и Кривой. Видать он выбрал кого-то из нас своей целью, как Лайф Зилгарда.
— Настоящий солдат, — кивнул Гаюс.
Выехав на перекрёсток, я развернул лошадь и окинул взглядом колонну, которая растянулась во всю длину к западу. От гор шёл хороший торговый тракт, заворачивающий напрямую к Олсмосу или чуть дальше — к Магбуру. Дорога была широкой и ровной, камни подогнаны друг к другу с геометрической точностью. По тракту пятнадцать всадников могли бы ехать в ряд. Несмотря на это, наша колонна была длиной по меньшей мере в километр.
— Обсуждение окончено, — объявил Логвуд.
— Возвращайтесь к своим подразделениям, — произнёс Эдли. Добавлять «мы идём к реке Чирапи» было не нужно. Собрание обозначило позиции всех присутствующих (кроме генерала Дэйчера, который снова ускакал вперёд) — особенно внутренние противоречия в преданности Нарвина. А кроме бытовых вопросов расположения отрядов, снабжения и тому подобного, обсуждать больше было нечего.
В каком-то смысле мне даже было жалко Нарвина. На него оказывают просто астрономическое давление со стороны Совета Знати. Полковник, как я успел узнать, происходил из благородной семьи Сауды, и угроза положению родичей делала позиции Нарвина очень шаткими.
В этом плане у Империи было проще. Помню, как читал «Новый завет» Дэсарандеса, где были замечательные строки: «Имперская армия знает лишь один набор правил. Один набор правил — и одного правителя». Так написал сам Господин Вечности, который в своё время потратил немало сил, дабы вычистить всю грязь из собственных войск. Конечно, гниль успела набраться снова, что показали последние столкновения, однако, основа по-прежнему была рабочей. Остальное… ну, если нам повезёт, Дэсарандес устроит новые чистки своим землям и Империи, затянув вопрос будущего вторжения и расширения на несколько лет.
От мыслей меня отвлёк Гаюс.
— Изен, Маутнер, я хотел бы кое-что показать вам. Давайте немного проедем.
— Что там ещё? — покосился я на него. — Думаю ты понимаешь, что дел у колдуна хватает.
— И у его капитана тоже, — хмыкнул Маутнер.
Гаюс улыбнулся своим изуродованным лицом, которым умудрился поймать сайнадскую пулю. Рану привели в порядок и подлечили — но только так, чтобы можно было не опасаться за жизнь. Для приведения лица в прежнее состояние — как, например, я проделал с Маутнером, когда ему половину морды разбили, — не хватало свободных целителей. Такое время, когда не до красоты и марафета.
— Терпение, прошу вас, — только и ответил он.
— Что же, этого добра мне не занимать, — пожал я плечами.
Жду смерти. Очень давно жду. И даже смею надеяться, что она по-настоящему окончит мою жизнь. Я… устал. Единственное, что ещё как-то держит на плаву — собственные люди из Чёрных Полос, к которым я успел прикипеть, и Силана с Джаргасом. Я даже немного поиграл с малышом, когда навещал их на второй день после спуска с Дахабских гор.
Краткий миг мира, который я почти не прятал от остальных.
Гаюс явно правильно понял моё замечание. Он прищурил единственный глаза, глядя на запад, где находилась армия Кердгара Дэйтуса — всего в трёх днях пути отсюда, и разрыв быстро сокращался.
— Это официальная просьба, господа офицеры, — сказал бригадир.