allig_eri – Скованные одной цепью (страница 61)

— Лучше, чем я ожидал, — согласился он.

— Что сейчас? — огляделся я. — Станем защищать вторую баррикаду?

— Логвуд уже встретился с Лоджем, Гаюсом, Дэйчером и Эдли, — назвал он самых высокопоставленных и умелых командующих. — Решили, что это будет лучшим выбором. А ещё мне сообщили, что выражают благодарность магам, которые очень своевременно уничтожили сайнадских колдунов. Если бы не это, у бригадира не получилось бы запереть гвардейцев в ловушке.

— Мы сделали свою работу, — пожал я плечами. — Безусловно сделали хорошо, — позволил себе скупую улыбку, — но и только.

Со вздохом Маутнер поднялся на ноги.

— А ещё, по их мнению, беженцы всё ещё слишком медленно поднимаются наверх.

— Ты же говорил, что их Серые Ворóны гонят?

— Возможно пустынникам всё-таки понадобится помощь, — оскалился капитан. — Я уже направил туда три десятка Полос. Пусть помогут, пока у нас есть время. А теперь давай-ка прогуляемся на верх. Хочу посмотреть, что делают сайнады.

Под «прогуляемся» Маутнер имел в виду, что я доставлю его наверх при помощи водных щупалец. В принципе, я мог позволить себе столь лёгкое чародейство без особых опасений, так что уже через десять минут мы стояли на вершине, осторожно выглядывая из-за деревьев.

— Гляди, — кивнул капитан.

Первая баррикада медленно догорала. Вокруг неё громоздились кучи трупов, взрытая копытами земля выглядела как свежевспаханное поле, на котором как раз взошёл странный урожай: обломки копий, брошенные ружья и мечи, воткнутые дротики и блестящие на солнце пули, которых было так много, что некоторые участки казались усыпанными чешуёй.

По внутренней стороне огненного полукруга несколько десятков солдат поспешно снимали сей урожай, вытаскивая оружие из земли и тел. У Первой было слишком мало ресурсов, чтобы бросать столько оружия.

— Не туда. На сайнадов, — поправил меня Маутнер.

Оторвал взгляд от суеты солдат, я глянул дальше. Малый воевода и его войска готовились к очередной атаке. И на этот раз было понятно, что они подходят к делу со всей серьёзностью. Разделялись на чёткие отряды, которыми управляли «головы». По тысяче, значит… Между ними то и дело сновали гонцы. Как минимум три группы в несколько сотен человек направлялись в сторону ближайшего леса. А за армией, на достаточном расстоянии, разбивали командующие шатры. Похоже Зарни осознал, что придётся задержаться.

Интересно, он делает это ровно в том месте, которое заминировали сапёры? — подумалось мне. — Или вряд ли можно рассчитывать на такую удачу? Ха-а… надо было, наверное, Ариану с ними посылать. Глядишь, Оксинта помогла бы своей избранной.

— Уже знают, что не возьмут врата долины с ходу, а потому готовятся к битве всерьёз, — озвучил капитан мои мысли. — Если полагаешь, что предыдущая атака была сильной, то посмотришь, что здесь будет твориться через час.

— Чёрт бы их побрал, — вздохнул я. — Вот зачем вообще лезут? И так отхватили себе столько земель! Могли бы и остановиться, сказать: «Мы утёрли Дэсарандесу нос, ведь прошли куда дальше Фирнадана». Но нет, продолжают переть и хоронить своих же солдат. Да, мы отступаем, но потерь им создаём куда больше, чем они нам! — сплюнув, мотнул головой. — У них уже больше половины Нанва в руках…

— Дерьмо у них в руках, — оборвал меня капитан. — Или забыл, что приказом Логвуда мы сжигали и уничтожали вообще всё, что только было можно? Сайнадам оставляли лишь руины и пустые каменные коробки. Ценности были взяты с собой и уверяю, аристократы до сих пор тащат свои сраные сундуки, набитые золотом. Что по пути сюда, что в гору сейчас. И плевать им, что это замедляет нас. О нет, заменили телеги, побросали фургоны, но основное-то, основное — у них при себе. Наверняка за нашей спиной нынче больше богатств, чем в сокровищнице самого Велеса. И они, — кивнул он в сторону готовящейся к битве армии, — прекрасно об этом знают. И видят, как всё это утекает от них. Остаётся лишь гнать и гнать дальше. До самого Магбура. Но лучше, в идеале для них — перебить всех нас прямо здесь. Уверен, Зарни планирует ещё до темноты захватить долину.

— Не захватят, — хмыкнул я.

Взгляд Маутнера вперился в моё лицо.

— Ты что, всё ещё охвачен горячкой боя? Я понимаю, ты — Сокрушающий Меч Кохрана и уже доказывал это. Волшебник, который может больше. Просто факт. Однако даже ты бывал ранен. Рука, — указал он на всё ещё не до конца исцелённую конечность, — тому пример. Думаешь, наша удача будет вечной? Кое-что я скажу тебе, лейтенант. Напомню, скажем так. С последнего привала солдаты Первой маршировали всю ночь и весь день, чтобы добраться сюда. Следующую ночь окапывались без минутки отдыха, а нынче с самого утра сражаются. Они уже смертельно устали, а к вечеру будут мертвы. Клятые сайнады не простят нам все свои унижения. Станут атаковать раз за разом, пока пехота от усталости не сможет поднять мечи и щиты. Или думаешь маги снова успешно проявят себя? Теперь про вас знают. А потому помешают. Может обстрелом, может своими колдунам, которых у Зарни не меньше, а то и больше. И тогда, возможно, тебе, Сокрушающий Меч, придётся самолично сдерживать всё их колдовство, на деле доказывая ранее сказанные слова. А теперь — спускай меня вниз. Я узнал всё, что нужно. Ныне у нас не будет и минуты передышки. Сообщи об этом Лоджу, чисто на всякий случай. Я направлюсь к чёртовым Ворóнам и попытаюсь их поторопить. Даже если придётся лупить ублюдков-беженцев, да травить их собаками. Ещё проверить резню скота… Проклятье, мне бы десяток колдунов, а не только тебя с Фолторном! Триединый, каждый человек на счету, каждая пара рук…

— Есть, капитан, — оборвал я его ворчание.

Резня, которая шла у входа в долину, была ничем по сравнению с тем, что происходило в её глубине. Больных, слабых, неспособных на быстрый подъём животных сгоняли в одно место, и около ста человек с топорами и тяжёлыми ножами шагали по щиколотки в липкой от крови грязи, убивая их одно за другим. Перерезали горла, разрубали головы и шли дальше, оставляя на земле ещё подрагивающие трупы, которые потом разделывала следующая группа, собирая мясо и забрасывая на окровавленные телеги. Эти люди… что убийцы, что потрошители… у них были мёртвые лица. Не думаю, чтобы хоть кто-то из них будет хорошо спать в следующие несколько месяцев. А овцы, коровы и козы, вместо того чтобы разбегаться во все стороны, стояли, ошеломлённые, и гадили под себя от страха. Но никто не улыбался от подобной сцены. Животные словно онемели от ужаса, как если бы круг крови и тел, который припирал их к скальной стене, обладал какими-то магическими свойствами и делал бегство невозможным. А впрочем, может, так оно и было? Быть может у Геварди Нородона, который заправлял всем процессом, имелся колдун?

Я не знал этого, но заметив старика-купца подивился тому, как сильно его засаленная одежда была забрызгана кровью. Увидев меня, он лишь махнул рукой и приказал убираться прочь. Грубовато, но я видел выражение его глаз, осознав, что спорить невозможно. Казалось, вокруг бойни даже сам воздух вихрился. Смрад крови, желчи и дерьма почти не давал дышать. Я ушёл оттуда так быстро, как смог, чтобы хотя бы внешне поддерживать собственное спокойствие и не давать новый повод для паники — их и так было чрезмерно.

Тем временем продолжался подъём. На узкую, идущую откосами дорогу всходили несколько десятков тысяч человек. Почти все с телегами и фургонами, но только облегчёнными, отчего подъём ускорился примерно в два раза. Селяне, купцы, ремесленники, знать и скот… Наверное, впервые в жизни все были равны в правах и обязанностях. Имели лишь одно право: идти вверх — и одну обязанность: идти вверх. Откосы были завалены тюками и мешками, что оказались слишком тяжелы, чтобы их нести. Люди ругались, плакали, бормотали себе под нос, но восходили — друг за другом. А толчея и теснота… Что же, не удивлюсь, если потом будут гулять легенды о человеке, который умер по дороге, но, мол, теснота была столь велика, что он не упал, а оказался вынесен человеческой рекой на самую вершину и только там рухнул на землю.

Несмотря на контроль, допускающий лишь самых резвых животных и самые лёгкие телеги, добрая половина беженцев всё ещё толпилась у подножия Алербо.

Я видел, как Маутнер и Торкон со своими людьми рычали на беженцев, подгоняя их и направляя вверх что было сил. Как-либо ещё ускорить процесс не было никакой возможности. Даже боги, сошедшие с небес, пожалуй, не заставили бы их взбираться быстрее…

И пока я бегал, то передавая сведения, словно обычный гонец, то строя своих магов, то наблюдая за работой остальных, начался очередной штурм. Тот, который обещал быть самым серьёзным.

Артиллерия, мимо которой я как раз проходил в этот момент, уже была подготовлена. Использовались обычные снаряды, которые слитным залпом мелькнули над баррикадой. Тяжёлые пушки подпрыгнули на своих позициях, и тут же их обступили артиллеристы. Заскрипели натягиваемые верёвки, которыми машины возвращали на прежнюю позицию.

С первого же взгляда становилось понятно, что их обслуга ничем не уступала в умении пехоте: ни один взмах, ни одно движение или жест не были бессмысленными, все находились на своих местах и действовали как слаженный механизм.