allig_eri – Кости мотылька. Книга 1. Я умру завтра (страница 63)

Взгляд стал даже острее, ведь почти у всех птиц он превышает человеческие пределы. Мне не составило труда, даже в темноте, обнаружить лодки, которые плавали вокруг целой горы самых разных обломков. Нет, правильнее будет сказать, что вся вода на протяжении, наверное, километра вокруг была в той или иной степени замусорена: доски, сломанные вёсла, мебель, куски обшивки, мешки непонятно с чем, одежда и трупы. Много-много трупов.

Среди них пробирались лодки — как широкие и большие, так и совсем маленькие, в которые с трудом помещалось шесть человек, — надеясь то ли кого-то спасти, то ли что-то найти.

Я сделал вокруг них круг, одновременно видя, как на меня показывали пальцем. Многие, как стало понятно, видели моё всплытие, а также эффектное превращение.

Ага… а вот и мои… «друзья». Трое магов сидели в широкой лодке, возле десятка других, незнакомых мне людей. Впрочем, я знал далеко не всех плывущих на корабле. И мне нужны не они. С ними я… поговорю потом. У Гилтава и Ольфрена спрошу лишь, почему они бросили меня и сбежали, на что, скорее всего, получу ответ, дескать, спасали свои жизни, пока один идиот — я — пытался самоубиться, выясняя разные ненужные глупости.

Что сделаю в таком случае? По-хорошему, надо послать их на хер к Троице. Значит, так и поступлю. Мне осталось слишком мало времени жизни, чтобы плести интриги, как непременно поступил бы, окажись нормальным человеком. Зачем отказываться от «друзей»? Пусть даже они откровенно никчёмные? Нет, надо использовать всё, что приплыло в руки! Но так бы решил прежний я. Нынешнему подобное не интересно. Я не хочу проводить время в компании тех, кто с радостью сбежит, оставив товарища в беде.

Хм… а как бы я поступил на их месте? Ну, шкаф бы точно попытался убрать, это не так уж и сложно. Только, разумеется, не таким образом, как это сделал Ресмон!

А вот и второй мой вопрос… Что делать с Ресмоном? Он придурок, но он хотел помочь и не бросил меня. Кхм, точнее, не бросил до момента, пока не превратил своим камнем в отбивную. Сучий потрох.

Опускаться к ним я, однако, не спешил. Толку никакого. Тем более что Ольфрен продолжал щеголять повязкой через лицо. Значит, лечения ещё не получил. Нет… меня интересовали другие. И я их нашёл. Вон целое скопление лодок, в центре которых четверо человек в характерной форме волшебников — серых камзолах и жакетах — водили руками по, очевидно, раненым людям. Чуть далее от них заметил других магов, которые тоже лечили, хоть и менее эффективно. Почему менее эффективно? Так к ним люди подходили сами, а к первым — подтаскивали. Разница, что называется, очевидна. Похоже, среди второй группы были те колдуны, для кого целительство — второстепенная форма магии.

С удивлением обнаружил во второй группе Люмию. Хм… вроде бы она не говорила, что умеет?.. Ой, да какая разница! Главное, что удалось отыскать нужное место.

Громко каркнув, чтобы дать о себе знать, начал медленно нарезать круги, спускаясь вниз. Снова каркнул, когда на меня обратили внимание.

— Дурацкая птица, не мешай! — рявкнул какой-то кретин из вояк, вскидывая ружьё.

Поднапрягшись, создал вокруг себя подвижный барьер. Зря, пуля улетела очень сильно мимо.

Однако это дало народу понимание, что я — не случайная птица. Безмозглые отбросы! Это же откуда, интересно, посреди залива мог взяться ворон⁈

Пф-ф… ладно, Кирин, спокойно! Вот, едва стало лучше, как тут же гонор, хе-хе, пошёл. Всё как я люблю.

В следующий миг я приземлился прямо рядом с четвёркой настоящих целителей. От меня тут же отступили простые люди, подтянулись сионы, кое-кто из которых поблёскивал характерными амулетами антимании, в то время как маги-лекари споро переглянулись, отрываясь от своих дел.

Ух, сейчас будет больно!

Решив не тянуть кота за хвост, фактически без всякой раскачки принял прежнюю форму, оказавшись в теле человека. Хорес! Изо рта тут же вырвался скулёж побитой дворняги, а раскосые глаза, наполовину выдавленные из черепа, да ещё и полуслепые, сузили обзор до нескольких размытых метров. В то же время, оказавшись не в воде и не в защитном водяном куполе, я неуклюже развалился в лодке лекарей, отчего сам себе надавил на всё, что только можно: живот, конечности, плечи…

Вокруг загомонил народ. Благо, что целители тут же переключились на меня, начиная быстро оказывать профессиональную помощь. Пока один сосредоточился на голове — мозг — это главное, другой споро срезал одежду (руны на ней давно приказали долго жить), получая доступ к телу, третья тут же приложила руки к моей груди, а четвёртая занялась животом.

Закончив с одеждой, оставшийся не у дел парень вздохнул, покосился на занятую тройку и вернулся к другим пациентам.

— Экстренный случай, — расслышал я его слова. — Сами видите.

— У нас все случаи такие! — крикнул было кто-то из толпы, но его тут же заткнули остальные. А несколько сионов, хмуро смотрящих на ситуацию со стороны, быстро навели порядок.

— Конечно, мага надо в первую очередь лечить, — чуть позже постановил один из офицеров, чей голос оказался мне смутно знаком. — Он и в птицу обращаться может и водой управлять. Существенную помощь сумеет оказать!

Эти слова немного успокоили остальных, а потом и вовсе, по мере восстановления моего лица, парень-лекарь выкрикнул:

— Это Кирин! Рунист!

О, настроение в очереди снова изменилось. Если оно и раньше было больше на уровне «прошёл без очереди — ладно, он полезный», так теперь стало «обязательно поставьте паренька на ноги, он очень и очень полезный!» Признаться, это грело мою мелкую, завистливую и жаждущую признания душонку.

— Ты где так умудрился поломаться? — проворчала веснушчатая девушка, которая занималась моей грудью. — Все рёбра в труху…

К счастью, вопрос не требовал реального ответа.

— Кишки недалеко ушли, — хмыкнула вторая, с короткими каштановыми волосами.

— Вот мне не затирайте, я пока глаза в череп засунул, так подумал, что уже проще новые вырастить, — заспорил парень.

Я на это лишь едва слышно хмыкнул, не решаясь отвлекать магов. Был уже опыт… Во время лечения лучше вести себя тихо, чтобы колдуны не сбили свой эмоциональный настрой, а то вместо исцеления создадут молнию и пробьют ею меня насквозь. Сугубо случайно, конечно же!

Однако не прошло и часа, как меня поставили на ноги. За это время изменилось немногое. Поток жаждущих получить исцеление не уменьшился, а, казалось, увеличился. Хорошо ещё, что распределялись на сильно раненых и не сильно. Но вторые шли к непрофильным целителям, а первых было не прям чтобы совсем уж много, хотя кто-то успел умереть. Бывает. Такова их судьба.

Более-менее целые и находящиеся в нормальном состоянии люди занимались тем, что обыскивали обломки, пытаясь найти полезные вещи.

То и дело слышались споры и ругань. Пару раз доходило до драки. Как в плане очереди, так и в плане поиска. Кое-где и вовсе уже искали виновников аварии, а также причины взрыва. Тут отличились мои товарищи, криво и кое-как, на свой крестьянский манер, пересказав добытые мною сведения. Однако этого хватило, и проверки лишь ужесточились. Выжившие офицеры едва ли не строили людей на узких деревянных досках лодок, а также спорили друг с другом, кто станет главой.

Наиболее важные из них, как я уже догадался, успели сложить голову.

Сионы, небольшая группка которых также уцелела, уже навели друг у друга порядок, выбрав вожака. То ли самого сильного, то ли знатного, а оттого и уважаемого. А мы, маги… просто разбились на разные группки, занимаясь кто чем. Лекари лечили, иные жгли огни, давая обзор и занимаясь сушкой вещей. Кто-то управлял водой, подтягивая обломки поближе, иные же и вовсе изображали статуи: неподвижно сидели, не зная, чем себя занять.

Пока к нам не было какого-то особого внимания, кроме требований исцелить. Но за этим процессом добровольно решили присмотреть сионы, которые первым делом прогнали через лекарей своих раненых товарищей, а теперь просто заняли позицию поблизости, контролируя остальных и не допуская драк.

— Спасибо, — сказал я, осторожно поднимаясь на ноги и прикрывая пах. Лодка качнулась, но не очень сильно. — Думал, придётся как-то пытаться самому…

— Если ты не тайный гений в целительском мастерстве, то не уверена, что был бы результат, — усмехнулась девочка с веснушками. Её взгляд скользил по моему голому телу столь обыденно и естественно, словно я был элементом мебели — стулом или столом. Таким простым и повседневным, что… даже невольно вздрогнул. Вот он, настоящий лекарь! Она привыкла видеть сотни обнажённых мужчин и женщин, отчего стеснительность наготы если и была, давно исчезла.

— Мой потолок — залечить порезы, — улыбнулся я. — Впрочем, думаю, время поговорить у нас будет позже, а пока я отойду, чтобы меня не смела очередь жаждущих вашего внимания.

— Это ты, парень, верно говоришь, — буркнул какой-то сион, чья лодка подплыла ближе. — Можешь пока сесть к нам. Думаю, никто не против?

Ещё двое человек, сидящие рядом и кутающиеся в плащи, мотнули головами.

— Спасибо. — Осторожно запрыгнул к ним, усаживаясь на грубую деревянную лавку — холодное дерево сразу даровало горсть неприятных ощущений моей заднице, — тут же начиная копаться в сумке — единственной вещи, оставшейся нетронутой. Моя прежняя одежда оказалась так лихо порезана лекарями, что даже не стал собирать лоскуты по их лодке, просто ушёл, прикрывая пах более-менее большим куском ткани — кажется, с камзола. Хорошо ещё, что в сумке лежала запасная одежда. Но вот камзола жалко… он у меня был один. Из запаски только рубашка и штаны! Прохладно…